Галина Гончарова – Перекрестки (страница 119)
Всего двенадцать…
Джакомо серьезно перегнул палку и даже сам этого не понял. А с чего ему было понять?
Мию он воспитывал под себя, лепил под себя, затачивал, как клинок…
Не учел он только одного.
Клинки тоже умеют любить. Они показывать этого не умеют, а вот любить…
Искренне, неистово, до последней капли крови… крови врага. Своей-то у холодного железа нет.
А вот острие – есть. И разить оно умеет преотлично.
Когда дан Бьяджи получил письмо от дана Феретти, он не удивился. И не разозлился, чего тут злиться?
Его честь по чести приглашали в гости, намекая, что с невестой надо бы почаще встречаться, она же привыкнуть должна… Приезжайте вечером, дан. Мы все будем очень рады вас видеть!
Дан подумал, да и черканул записочку.
Коротенькую.
Какие-то любезности? Ваше письмо получил, спасибо за приглашение…
Он и в лучшие-то времена таким не грешил! А Феретти…
Ладно уж!
Если вконец честно, они ему никак не ровня! Его предложение громадная честь, и Феретти это понимают, хоть это радует. При других условиях ни за что бы он не женился. Но там, в церкви…
Пришел он встретиться с любовницей.
А увидел…
Солнце осветило Серену, и смотрела она… так, и глаза у нее светились, и волосы, словно нимб… маленькая святая.
Или просто – чудо?
Воплощенная чистота, невинность и в то же время притягательность… и он не смог противостоять. Ушел из церкви, не повидавшись с любовницей, приказал слуге проследить за даной… и плюнул!
Посватался!
Мог бы позвать и в любовницы, но… это – не то!
Любовница все же вольна располагать собой, вольна уйти… а ему хотелось не этого. Ему хотелось, чтобы сияющее солнечное чудо принадлежало ему и только ему. Навсегда ему…
Жениться?
Почему бы и нет… может, он даже детей еще заведет… лет через несколько. Когда насытится хрупкой красотой жены…
В свою очередь, дан Джакомо, получив записку, тоже не удивился.
Слуги действительно хорошо знали своего хозяина, тот не утруждал себя вежливостью, а Джакомо… Джакомо готовился к визиту.
Мия только головой покачала.
– Дядя, Рени пока еще… я поговорю с ней, и настойку дам, но, наверное, лучше, чтобы сначала я прислуживала, а потом уж пригласим ее повидаться с женихом?
Джакомо кивнул.
Действительно, Серена пока еще была не слишком спокойна. Даже та убойная доза лекарства, которую ей скармливали, не действовала. Девушка то рыдала, то истерически смеялась, то просто спала…
Нет, так дело не пойдет.
Еще передумает жениться-то…
Так что Джакомо без рассуждений согласился.
– Моя старшая племянница, дана Мия.
– Я рада знакомству, дан. Я старшая сестра вашей будущей супруги. – Мия улыбнулась в меру скромно. Мол, я тебя не очаровываю, но рада знакомству. А поскольку она все же была прехорошенькой, дан Густаво улыбнулся в ответ и приложился к ручке.
– Странно, что такая очаровательная дана до сих пор не замужем…
– Я бесплодна, – спокойно ответила Мия. Эту версию они с дядей разработали уже давно. – И приданого у меня не так много, поэтому приходится выбирать.
Дан Густаво кивнул.
Что ж, это он мог понять и принять.
– Ваша красота сама по себе приданое.
– Вы мне льстите дан Бьяджи.
– Дан Густаво, дана Мия. Мы ведь скоро будем родственниками…
– Вы так добры, дан…
Гостиная.
Вино из запыленной бутыли.
Потрясающий аромат лета, солнца, винограда, который разливается по комнате… Мия прислуживает мужчинам.
– Рени скоро придет. Она так готовится, глупышка, так наряжается…
Густаво расплылся в улыбке.
Ну вот! Разумная семья, все всё правильно поняли…
Мия улыбалась.
Она вступила в сговор с Барбарой. И точно знала, что наверх уже понесли малиновый ликер – для храбрости. Если дана Оливия его не попробует, будет вовсе даже удивительно…
Джулия?
Девочка сидит у себя в комнатах.
Остальные слуги?
Они не помешают.
И Мия улыбалась. Очаровательно и радушно, пока не…
Первым умер Густаво.
Схватился за горло, побледнел, покраснел… глаза его выкатились из орбит. Мужчина попробовал выбраться из кресла, но – увы.
Не смог.
Джакомо посмотрел на него. Потом на Мию…
Он все понял. Но сделать уже не успевал ничего. Яд работал. Просто Джакомо был крупнее, но спасти его уже не смогла бы и рвота. Всасывалось снадобье мгновенно…
– За… чем?!
Кажется, это было важно для него.