Галина Гончарова – Отражение. Зеркало войны (СИ) (страница 66)
Его величество не сможет даже сделать наследника, это Барист понимал отчетливо. Более чем. И если бы даже сумел, остается яд. В который невесть что намешано. И из-за которого ребенок может родиться слабым, уродливым, вообще мертвым - это если яд еще не убьет семя в теле короля.
Остается Найджел?
Срочно его женить на ком-то достаточно сговорчивом, получить потомство, а дальше, принца в монастырь, при малолетнем правителе назначить регента? Маркиза Торнейского, к примеру?
Замечательный выход. Только что делать с Дилерой Эларской? Вряд ли она согласится на нечто подобное... ее отец будет в восторге, чихнуть не успеем, как Риний подгребет под себя и Аллодию, а там и внуку несчастный случай устроит, и на трон кого из своих сыновей посадит... ну уж - нет!
Тальфер любил свою страну, может, своеобразно, но любил, и королю был предан, и вообще, любые потрясения - это финансовые убытки для его страны. Для соседних прибыль, но ему-то с того - что? Ему Аллодия важнее! Не нужно тут никакого Риния. От Шарлиз Ролейнской, похоже, решительно избавились, вот и от второй бы так же... сволочи эти степняки, не могли они два корабля перехватить! Как есть - сволочи!
Барист потер подбородок.
А где сказано, что Дилера обязана выйти замуж за Найджела?
Этого все хотят, но мало ли кто и чего желает? А если принцесса полюбит другого? Увлечется, или просто будет скомпрометирована?
Барист хмыкнул.
Ага, как же... в голове у мужчины принялась оформляться ИДЕЯ. Да, именно так, с больших букв и страшноватая, но ведь может сработать?
Еще как может!
А сегодня Найджел еще не приходил, это хорошо...
***
Если бы Варсон Шефар сейчас увидел Бариста, он бы хохотал в голос. То, что у Варса получалось легко и непринужденно, у Бариста вышло со скрипом и треском. Но вышло же?
Принц действительно навестил отца, посидел рядом, побеседовал, выпил с ним травяного отвара... хорошо хоть мальчишка бдил, и как только принц уйдет, его величество тут же получит промывающее, прочищающее и большой клистир. А сам Барист притаился за занавеской, в ожидании...
Ага.
Найджел уходит.
Шаг, второй, третий... Барист выворачивает из-за угла, спотыкается, и летит Найджелу под ноги. И распластывается самым унизительным образом, как морская звезда. Попа кверху, ноги врозь, специально захотел бы - так не раскорячился, но каблук, сволочь, подвернулся! И Барист еще и носом приложился.
Лежал, и ощущал, как на мрамор стекает кровь. Аккурат к начищенным до блеска сапогам принца.
Найджел хмыкнул.
Толстяка он не любил, но... в таким виде Барист вызывал не неприязнь, а насмешку. Не ироничный и умный мерзавец, которого постоянно хвалит отец, а какая-то подушка задастая... Джель не был злобным по натуре своей, ему достаточно было разового унижения врага.
И злопамятным тоже. И вообще...
Найджел сделал шаг и протянул руку.
- Вставайте, Тальфер...
Барист выглядел откровенно жалко. Он еще и губу чуть рассек, и кровь, смешиваясь со слюной, вообще создала жуткий узор на его лице.
- Я... ваше величество...
Рука тоже была в крови.
Джель вздохнул. Носовой платок у него был... величество? Оговорка была не случайной, Барист сказал так специально, но...
Барист попробовал встать, но нога подвернулась, и он опять едва не пропахал носом пол. Джель фыркнул. Лежащий толстяк был смешон, а смешных не боятся, и злиться на них не получается.
- Руку давайте, Тальфер, не год же вам здесь лежать...
- Благодарю, ваше ве... высочество.
Барист рассыпался в благодарностях. Джель вздохнул... ну вот куда его?
Не бросать же... еще раз ведь навернется, тюфяк.
Барист наблюдал из-под приспущенных век. Неужели так просто? Дать Найджелу почувствовать свое превосходство, показаться униженным - и бери сопляка голыми руками? Да, практически...
И - из песни слова не выкинешь. На миг Барист задумался, что можно бы и короля Найджела оставить - раз он так управляем. А потом мысленно же покачал головой.
Нельзя. Удалось ему - удастся и любому другому. И вообще, те, кто падок на лесть, никогда не становятся хорошими правителями.
А потому...
Пара фраз, и Найджел посочувствовал толстяку...
- Благодарю вас, ваше высочество. Ох... и проект кровью заляпал... теперь переписывать придется.
Найджел бросил взгляд на листок бумаги, и заинтригованный, увидел на нем свое имя. Вгляделся.
- Вот как? Интересно... на меня планы строите, Тальфер?
Барист развел руками.
- Ваше высочество, я полагаю, Шарлиз Ролейнскую сейчас можно списать со счетов. Если маркиз Торнейский вернется с победой, что может быть ему лучшей наградой, чем рука прекрасной принцессы?
- А я останусь без жены?
'Красоту' Дилеры Эларской его высочество оценил по достоинству, и спихнуть 'очаровашку' Риду был бы не против, только вот как убедить в этом отца? С другой стороны, Тальферу и не такое удавалось. И...
Совсем уж дураком Найджел не был. Понятное дело, что Дилера ему не нужна, но отказаться надо будет, не расстраивая Риния, международная политика - такая пакость!
Если Тальфер тоже что-то подобное придумывает... да и прекрасно! Можно и помочь.... Пусть этот пройдоха на сына поработает, а не на отца! Чует силу, гаденыш...
Пузырек с ведьминым зельем холодил кожу под рубашкой.
Слово за слово, и оказалось, что идея с Дилерой - неплохая. Если Рид согласится. А если нет... надо просто сделать так, чтобы ее высочество отказалась от принца, может быть, его высочество знает на кого могла бы обратить еще внимание принцесса?
Разумеется, рядом с Найджелом все меркнут, но принцесса может предпочитать, к примеру, брюнетов? Или рыжих?
Расстались почти дружески. Найджел отправился перебирать друзей, и прикидывать, кому бы спихнуть лошадиноликое счастье из Элара, а Барист, пряча под ресницами злые искорки в глазах, отправился лечить нос.
Ладно. Сегодня он пострадал не зря. За такое - и носа не жалко!
***
Ночь...
Час волка, становящийся для Рида вполне родным и привычным. Даже уютным...
На стенах крепости перекликаются часовые. А сам он, и люди, которые следуют за ним, спускаются под землю. В потайной ход.
Медленно, тихо...
Все ранены. Все устали.
И всем - наплевать. Сегодня они впервые отоспались, поели нормально, но остаться в крепости не могут. И как следует отдохнуть, и вылечить раны - тоже. Они просто уходят.
Уходят, чтобы бить врага дальше, в другом месте. А под стенами останется армия Хурмаха... ненадолго, впрочем.
Рид идет впереди.
Сегодня он еще раз пытался уговорить Стивена уйти с ними, но Варраст покачал головой. Приложил руку Рида к своей груди... сердце билось тяжело, устало, то успокаивалось, то трепыхалось...
Я загнал себя. Дальше мне нет дороги... ты уж поживи и за меня тоже?
Все это Рид понимал. И последними словами клял себя за то, что приволок старого друга и наставника на войну. Но кто ж знал? Ехали-то за невстой!
А оставить Стивена в Равеле...