Галина Гончарова – Отражение. Зеркало войны (СИ) (страница 112)
- Так интересно же. Вы не думайте, мне ничего не надо, просто вы не выглядите как бизнес-леди - в моем представлении.
- Я жена удачливого мужа. А так - скромный историк.
Малена неопределенно хмыкнула.
Удачливый муж... это, конечно - да. Это важно. Но в наше время лучше рассчитывать на себя, а не на чужого дядю. Навидалась она таких. И историй наслушалась.
- Вы где-нибудь в институте работаете?
- Нет. В архиве, - безмятежно отозвалась Ольга Викторовна, заводя мотор.
- Наверное, это интересно, - Малена пристегнула ремень безопасности. - А чем занимаются историки в архивах?
Дай человеку поговорить о себе, любимом, он до завтра не остановится.
Малена выслушала прорву жалоб на работу в архиве. И в чем-то прекрасно она понимала собеседницу. Есть вещи, которые безжалостно выбрасывают во имя выживания. В горы, к примеру, не тащат книг, на себе тащщить придется.
А в наше время, когда человек человеку волк, товарищ и обед - действительно, ну кому нужна та история? Денег на ней не сделаешь, заработать - не заработаешь, ну и пусть горит.
Соответственно, финансирование никакое. Чего деньги тратить?
Знать что-то?
А мы уже знаем. Если чего нового в истории откроется, нам все расскажут по телевизору. Мало ли передач обо всем на свете?
А архивы...
Склад мышеяди.
Кое-какие возможности заработать остаются и там, но именно, что кое-какие. Легонькие.
Родословную нарисовать, к примеру.
Был ты холоп Свинюшкин, а станешь граф де Свиньи. Или князь Свинейский. Документы - штука такая, интересная.
Ольга Викторовна этим не занималась, а на работу ходила по принципу: 'Почему бы - нет?'. Где-то надо прогулять наряды, провести время, и вообще - не по салонам же красоты постоянно раскатывать? Озвереешь на третьем салоне.
Матильда подумала, а потом решила все же спросить.
- Ольга Викторовна, а антикваров знакомых у вас нет?
- Есть парочка. А зачем? Малена, по нашим временам продать-то несложно, но как потом доказать, что ты всё продал? Люди стараются соблюсти свои интересы, не чужие.
И настолько эти слова совпали с мыслями Матильды...
- Да не в этом дело, - честно призналась девушка. - Ничего я продавать не хочу, а вот посоветоваться хотела бы.
- По поводу чего?
Матильда вздохнула, и потянула медальон из-за шиворота.
- Эта игрушка в нашей семье уже давно. Я хотела что-то узнать о владельце, может, мы как-то связаны с ним...
Машина как раз остановилась, и Ольга Викторовна окинула взглядом подвеску. Сдвинула тонкие брови, явно заинтересовавшись. Видно же, что не современный ширпотреб.
- Та-ак... можно?
Малена не без внутреннего отторжения сняла теплый золотой кругляш и протянула женщине. Та взвесила его в руке.
- Мне кажется, что это золото. Проба есть?
- Да. Вот.
Несколько символов на ушке, которые Матильда пыталась разобрать, но так и не сообразила.
- Интересно...
- Что именно?
- Я разбираюсь плоховато. Но такие пробы ставили до 1896 года.
- Да? - для Матильды все это было китайской грамотой.
- Да. С 1896 года Россию поделили на 11 округов, и в каждом было принято свое клеймо. Ставили букву, соответствующую региону, женский профиль и пробу. А у вас не так. У вас три пробы.
- Они что-то значат?
- Личное клеймо мастера, проба, город, иногда ставили год... и мне кажется, что это восьмерка?
Матильда вгляделась в крохотную цифру.
- Д-да, похоже.
- Тогда у вас золото весьма высокой пробы. Пробирным уставом 1847 года утверждены были три пробы золота - 56, 72, 82. Похоже, у вас третья.
- То есть восемьдесят процентов золота?
- Может, и больше. Смысл был в том, что проба ставится на изделия, в которых золота - до ста процентов. Здесь может быть более высокое его содержание, но это - официальное клеймо.
Матильда медленно кивнула.
- Спасибо, Ольга Викторовна. Вот что значит - специалист. Значит - девятнадцатый век. Тогда точно концов не найти.
Ольга Викторовна явно так не думала.
- Малена, а откуда у вас это украшение?
- Он достался бабушке от ее отца, а тому от матери - длинная история.
- Хм-м... а когда родилась ваша бабушка?
- В день Победы.
Ольга Викторовна сообразила и улыбнулась.
- Девятое мая сорок пятого года?
- Да.
- А больше родители ничего не рассказывали девочке?
Матильда покачала головой.
- Время было не то. Отец умер до того, как бабушка стала взрослой, осколок засел неудачно, потом двинулся, ну и... не спасли. Мать, моя прабабушка ничего толком не знала. Упомянула, что у отца была только мать, свекра она не зналла, а что там, как там - неясно.
- Давайте попробуем зайти с другого конца. Ваша бабушка - местная?
- Да. Стопроцентно. Она на пару лет уезжала по распределению, а потом вернулась к матери. Прабабушка болела, ей требовалась помощь.
- Прабабушку звали?
- Мария Сергеевна. Домашкина.
- А прадеда?
- Илья Иванович. Домашкин.
- Если хотите, я попробую проследить вашу родню по архивам.