Галина Гончарова – Отражение. Зеркало любви (СИ) (страница 99)
- Я не выбирала этой судьбы! - крикнула Шарлиз. - Я этого не хотела! Каган сам взял меня! Взял, потому что я оказалась вашей - ВАШЕЙ невестой!
- А если б вы ей не были, может, и не выжили бы, - справедливо указал Рид. - Девок много, продажных тоже, даже вы, с вашим громадным опытом, не пережили бы пару сотен степняков с их страстью и нежностью.
С этим Шарлиз тоже была согласна.
- И что вы мне предлагаете? Родить ребенка и умереть от родильной горячки?
Рид покачал головой.
- Нет, Шарлиз. То же, что вы планировали сделать в Саларине. Вы бы родили ребенка и занимались своими делами, а воспитывали бы его люди вашего отца. Правильно?
Шарлиз кивнула. Это - да.
- Так поступайте точно так же в Аллодии. У вас будет свой дворец, слуги, фавориты... вот замуж вы не выйдете, потому что вдова кагана - это звучит лучше, чем жена барона, или там, виконта, а никто особо знатный на вас теперь и не женится. Ребенка мы воспитаем. А лет через пятнадцать возьмем реванш у Степи.
Шарлиз подумала пару минут.
- Какие у меня гарантии?
- Только мое слово.
- Негусто, - заметила дама.
- Чем богаты, тем и рады, - ухмыльнулся Рид, успешно подцепивший выражение от своей невесты. - Живая вы полезнее.
- Тогда верните моих людей.
- Старух? Степняков? Шарлиз, мы что - похожи на идиотов?
- Хурмах сказал, что они будут беречь меня и ребенка.
Рид покачал головой. Ну как можно быть такой красивой - и дурой? Вот, Малена не настолько очаровательна, и лицо у нее попроще, наверное, и фигура поменьше в некоторых плоскостях, но зато его жена умная. И он ее любит.
- Ребенка, Шарлиз. Вас - нет, только ребенка. Вас можно отравить, ребенка можно украсть, увезти, воспитать в любви к Степи и ненависти даже к вам, вряд ли вы будете столько им заниматься...
Шарлиз кипела от бешенства, и с радостью выцарапала бы маркизу глаза, но кровь родителей, проснувшаяся в ней, их хитрость и мудрость шептали, что Торнейский-то прав...
А раз так - какая ей разница, где и как? К отцу ее не отпустят, что там дальше будет - неизвестно, а здесь, в Аллодии, в интересах Торнейского поступить, как он сказал
Альтруизм?
Не было такого слова в Ромее. Только выгода. Только голый прагматизм, хотя последнего слова они тоже не знали. И Шарлиз кивнула.
- Я останусь. Но условия должны быть достойными.
Рид кивнул.
- Безусловно. Вдова кагана Степи... свой дворец, выезд, свита... ограничение одно. Шарлиз, если вам кто-то понравится - все должно быть без шума и огласки.
Ну, это было и раньше.
Шарлиз кивнула.
- Когда...
- Я пришлю слуг. Сегодня вы переедете в королевский дворец, а там... как насчет Эргле?
Про Эргле Шарлиз слышала. Очаровательное место под столицей, Розовый дворец, в просторечии, знаменитый тем, что вокруг него с весны до поздней осени цветут розы. И зимний сад там шикарный.
- Я подумаю, - милостиво согласилась она.
- Тогда сначала королевский дворец, а потом мы подберем что-то подходящее.
И Шарлиз склонила белокурую голову.
Мария-Элена Домбрийская.
- Вы - что?!
Ровена потупилась.
- Вы против... Малена?
Да не против она была, а просто - в тихом и глубоком шоке.
Ровена Сирт и Дорак Сетон собирались пожениться. И стояли сейчас с видом напроказивших школьников, еще и за руки держались, гады!
- Да я-то не против. А Лорена?
Дорак выдержал взгляд Малены, не отводя глаз.
- Я не стану оправдываться. Что было, то было, не отказываться же? Она красивая, да еще и герцогиня...
- Ага. А сейчас уже вдовствующая герцогиня. И финансирование куда как поменьше, - съехидничала Малена.
- Мне денег и так хватит, без подарков, - огрызнулся Дорак, - уж семью-то всяко обеспечу. И даже если завтра помру, моя вдова бедствовать не будет. Побираться не придется...
- Ровена, ты его точно любишь?
Вопрос был задан четко, глядя глаза в глаза. И Ровена поняла, что под ним скрывается. Это - не тоска по Бернарду? Не желание мужского плеча рядом? Не послеродовый психоз? Это - настоящее?
- Я впервые начала улыбаться, - просто ответила Ровена. А Матильда видела, любит... и что тут поделаешь? Да только одно. А, да...
- Ровена... он... - как задать вопрос, чтобы получить однозначный ответ. Но Ровена поняла. И медленно покачала головой. Дорак не в курсе. Никто не знает о настоящем отце малыша.
В тот день, вернувшись из дворца, Мария-Элена поговорила с Ровеной. Серьезно, вдумчиво, объяснив, что защита ей будет, но наверное, придется чуть-чуть поделиться и с Иллойским. Если поведет себя правильно. Разве малыш не заслуживает любящего деда?
Ровена подумала немного, и кивнула. Раз уж за нее даже король вступится... никуда Иллойский не денется. И малыша у нее не отнимет.
- Благословляю, - просто сказала Матильда. - А насчет смерти и жены, которая нуждаться не будет, ты не думай. Я за ней приданое дам. Собственный дом в Донэре, к примеру.
А неплохая идея, кстати. Дорак рассыпался в благодарностях, и Матильда махнула рукой. Чего уж там разрешаю.
Собственная личная жизнь ее волновала куда как больше.
Рид (гад он, вот что!!!) дистанцию не сокращал. Это ж надо, сколько замужем, а все еще девушка. Ладно, не то, чтобы она так настаивала, все же страшно, но...
Она бы попробовала пристать сама, но рана в плече у Рида воспалилась, и сейчас ему рукой даже двигать было неприятно. А первая ночь... о, эта романтика и лирика. Он, она, кровать - и перевязки. Если кому надо садо-мазо, то вы пришли по адресу. А Матильде не хотелось, чтобы муж в постели с ней стонал от боли в плече. Ладно. Рана заживает, а что побаливает и температура немного повышается, зато она чистая. С остальным разберемся.
Плюс еще - репутация. Пока официальной свадьбы не было - низзя. И точка. Малена беспокоилась, как так, два раза и венчаться, но архон Реонар махнул рукой. И заверил, что два раза - это не грех. Вот когда ни одного, это намного хуже. И вообще, вам грехи по блату отпустят. А с богами он лично договорится, он старше, так что имеет все шансы попасть к ним на прием раньше Марии-Элены. Составляйте список, вопросы решим.
Матильде архон понравился еще больше после этого заявления. Свадьба была назначена через десять дней, и она упоенно подбирала одежду. Надо было сделать так, чтобы и вовсе уж страхозавром не оказаться, и Дилеру не раздражать, при дворе и так красавиц поубавилось. Ту же Сорийскую в монастырь отправили, к ней еще какую-то Лофрейнскую, и...
Мария-Элена и половины не знала, но матушка Эралин была счастлива. Она даже упущенное Домбрийское герцогство простила, и говорила, что всегда будет поддерживать милую Малену. Флюгер рядом с матушкой-настоятельницей заметно проигрывал в скорости поворота.
Графиня Элинор переживала, как же так, ее Малечка и вдруг плохо выглядит, но Малена махнула рукой. Проще не раздражать королеву. Потом уж можно постепенно меняться. Главное - Рид ее любит в самом жутком виде. А красотками они будут на свадьбе с Давидом, там ей отвертеться не дадут.
Что ж, пора во дворец. Работа такая, называется статс-дама. А еще - психоаналитик, подруга, горничная, сторожевая собака... не пора ли попросить за вредность молоко? Пол-литра на каждый день? Или литр?
***
Матильда прикидывала фасон, сидя во дворце, в музыкальной комнате. Ее величество наигрывала какую-то мелодию на клавесине, Ардонские - все три дамы, вдохновенно слушали, как ни странно, они Дилеру не раздражали. Наверное потому, что она знала историю знакомства Марии-Элены и семьи Ардонских, и искренне сочувствовала девушке. Больше пока никого не отобрали из фрейлин, но это было делом времени.
Дилера резко опустила пальцы на клавиши, клавесин обиженно звякнул.
- Выйдите все. Малена, останься.
Дамы послушно потянулись к выходу, шурша разноцветными юбками. Дилера прошлась по комнате, хрустнула пальцами...