Галина Гончарова – Отражение. Зеркало любви (СИ) (страница 69)
Малена покачала головой еще раз.
- Нет. Не люблю. Заявление на увольнение подпишете?
- Только поэтому? Малена?
- Это оказалось последней каплей, - призналась герцогесса. - Давайте больше не будем поднимать эту тему? Вы с Давидом друзья, хотелось бы, чтобы так и осталось.
- Издеваешься?
- Нет. Убеждаюсь, что сделала правильный выбор.
Антон скрипнул зубами.
- Ладно. Приноси заявление. Подпишу.
- Кому дела передавать?
- Женьке передай. Пока сойдет, а там посмотрим.
На заявление, на запись в трудовой книжке и штамп, потребовалось пятнадцать минут. И Малена зашла в комнату к операторам.
Женя, Нина, Валерия, Сергей.
Все смотрят как-то по-новому. Словно она это нарочно подстроила.
- Я попрощаться зашла.
- Поймала богатенького и сваливаешь? - ехидно поддела Валерия.
Малена не удостоила ее и взглядом.
- Нина, спасибо тебе за тот разговор. Надеюсь, мы останемся... пусть не друзьями, но приятельницами. Женя, Сергей, я была рада работать с вами. Женя, пойдем, я тебе дела передам?
Женя кивнула и поднялась из-за стола.
- Я и так... того, - шепнула она. - Просто сижу пока у себя, Антон запретил твой стол занимать.
Малена пожала плечами, и принялась складывать свои нехитрые пожитки. Мелочи, колготки, косметика, кружка со смешным львенком и вальяжной черепахой...
Огонек на селекторе опять горел. Вот ведь...
- Смотри. Вот записная книжка. Здесь почитаешь, что, кому, куда, график полива цветов...
Малена показывала, перелистывая страницы. Женя вроде бы слушала... а потом...
- Малена, а ты не жалеешь?
- Нет.
- А... знаешь, Антон на тебя всерьез запал.
Огонек на селекторе так и горел. Малена посмотрела на него, и ответила прямо.
- Жень, он не на меня запал. Я просто ему не дала. Любая другая женщина, которая догадается не давать ему до свадьбы, так же получит колечко на палец.
- Не-а.
- Да.
- Малена, я здесь давно работаю. Знаю, такие случаи бывали. Антон тогда давал девушкам свою визитку.
- Зачем?
- Ну, тут вариантов два. Либо они того... а когда надоест, он оплачивает девушке гименопластику, либо пусть выходит замуж, а если захочет наверстать упущенное, позвонит.
- И многие звонили?
- Было...
- Дуры, - коротко обронила Малена. - Ладно, пойду, отдам заявление - и попрощаемся.
- Тебе точно не жаль? Ведь могло бы сложиться...
Малена прищурилась. И не выдержала, сорвалась. Слишком уж многое свалилось на ее плечи - в обоих мирах. Сорвешься тут.
- Женя, что? Что у нас могло бы сложиться? Под орлиным взглядом Ирины Петровны, рядом с племенной девушкой, предназначенной для дорогого сыночка, рядом с колоннами и шеренгами его любовниц? Что? Я для Антона стала бы только новой игрушкой, а отдавать свое сердце в руки капризному избалованному ребенку - увольте! Он разобьет его, как елочную игрушку, о ближайший столб, а потом будет наслаждаться игрой света на осколках. Я этого не хочу! Да и не любит меня Антон. Я просто новинка, которой приятно завладеть, особенно под носом у соперника. Насколько ж надо себя потерять, чтобы соглашаться на такие условия и надеяться, что в Антоне проснется любовь? Ты же понимаешь, что этого не будет. Никогда.
- Ну...
Малена молча взяла заявление со стола и хлопнула дверью.
Она не знала, что Женя, не удержавшись,, тоже нажала кнопку селектора. Не знала, что об этом разговоре ее просил Антон. Да и узнала бы - что это поменяет?
***
- Значит, игрушка? Да?
- Любопытство не ведает этики? Не так ли?*
*- Юкио Мисима 'Исповедь маски', прим. авт.
- Не любопытство, а любовь.
Антон не отводил глаз, но Малена лишь пожала плечами и повторила за Матильдой.
- Объект любви не хочет быть объектом любопытства.
Иосиф Бродский оказался последней каплей. Антон сделал шаг вперед и протянул руку.
- Давай сюда заявление.
Малена молча протянула бумагу. Антон поставил подпись, и обернулся к девушке.
- Не поцелуешь меня на прощание?
- Нет.
- Тогда я тебя поцелую...
Увернуться Малена не успела. Тяжелые руки стиснули ее плечи, жадные губы накрыли рот...
Приятно?
Вот ведь... шервуль. Когда-то она мечтала об этом поцелуе. А получила его, и поняла, что зря. Все было зря. На глаза навернулись слезы...
- Держись! - рявкнула Матильда. И перехватила контроль.
В следующий момент взвыл уже Антон.
Дворовая девчонка защищалась доступными ей методами. В частности - каблуком туфли по стопе. И поверьте - это больно. Особенно когда каблук - шпилька, а нога противника обута в хорошую фирменную обувь из мягкой кожи. Не проткнула, но взвыл Антон громко, и девушку выпустил.
- Ты!!!
Матильда сказала бы многое. Но управление перехватила пришедшая в себя Мария-Элена.
- Тильда, нет!!!
И вместо матерных указаний эротического турпохода отдельно взятому директору, женщина медленно выпрямилась. Прищурилась, вытерла губы бумажным платочком, благо, только что забрала пачку из стола, брезгливо бросила его в урну и смерила ледяным взглядом Антона, который сидел на диване и осматривал ногу. Тот аж поежился, словно снежок за шиворот получил.