Галина Гончарова – Отражение. Зеркало любви (СИ) (страница 59)
- Я тут принесла кое-что...
Нателла несла поднос, на котором была миска с ледяными кубиками, графин с водой и стакан. Ну и так, по мелочи. Салфетки, влажное полотенце, валерьянка...
- Малечка, вот, попей воды.
- Б-благод-дарю...
Малена чувствовала себя отвратительно, руки дрожали, а зубы стучали о край стакана. Пошел 'адреналиновый откат', и девушку затрясло. Давид стянул плед с кресла и укутал ее.
- Вот так, пей медленными глотками.
- Я в поряд-дке, - прозаикалась Малена. Странно, но ей не поверили. Впрочем, герцогесса постепенно приходила в себя.
- Мне надо извиниться перед вашими родителями за эту безобразную сцену.
- Ты в ней не виновата. А если кому и надо извиняться - так это Анжелке. Вот гадкая тварь, - сморщила нос Нателла. - Дэйви на ней не женится, надеюсь, и поделом стервозе.
- Дэйви? - выцепила Малена.
Давид потупился.
- Так меня называют в кругу семьи.
- Мне нравится. Намного лучше звучит, чем Додик.
А Антон отвернулся. Ну и наплевать на него. Герцогесса Домбрийская не унизится до влюбленности в труса.
А все равно больно. И Малена знала, что болеть будет еще долго.
- Вот и чудненько. Ты считай, почти член семьи...
Малена открыла и глаза и рот. И чудом не уронила стакан.
- Я?!
Нателла поглядела на брата.
- Эммм... Малена, а ничего, что Давид при всех назвал тебя своей невестой?
Ответом брату и сестре было выражение самого искреннего изумления. Кем, простите, назвал?
А ее спросить никто не хочет?
Нателла поняла, что где-то ошиблась, кашлянула и поднялась.
- Извините. Я сейчас вернусь.
Дверь и в этот раз не скрипнула. Малена поглядела на Давида.
- Я что-то пропустила?
Редкое зрелище - смущенный господин Асатиани. У него даже уши покраснели.
- Я... ты выйдешь за меня замуж?
Малена даже головой помотала.
- Давид, ты с ума сошел? Ну кто ты, а кто я?
- Кто ты - весь город завтра знать будет.
Малена хмыкнула.
- И что это дает? Я все равно тебе не пара.
- И почему это звучит так - я тебе не пара, ты ниже меня? - разозлился Давид.
- Потому что мне не нужна любовь из жалости и предложение из милости.
- Что?! Малена, ты дура? Я в тебя, наверное, влюбился еще тогда, после аттракционов... а может, и раньше.
Малена поглядела в черные глаза. Поняла, что ей говорят абсолютную правду. И вздохнула.
- Наверное, дура. Но счастливая...
Давид притянул девушку к себе поближе - и поцеловал, не обращая внимания ни на красные глаза, ни на размазанную косметику. И...
- Везет же некоторым. А я с Лораном целовалась в качестве первого опыта...
Матильда и поручик Ржевский обладали одним общим качеством. Они решительно опошляли любой торжественный момент.
***
Увы, нормально выяснить отношения молодым людям не дали.
- Дэйви, я так за вас рада! Это лучший подарок, который ты мог мне сделать на день рождения!
София Рустамовна просто лучилась счастьем, словно обогащенный уран - изотопами. Эдуард Давидович тоже улыбался.
- Что ж, сын. Хороший выбор. Достойный.
Давид кивнул.
- Я знал, что вы одобрите.
Малена кашлянула.
- Простите...
Ответом были три темных восточных взгляда.
- Давайте обговорим этот вопрос, когда все мы придем в себя? Скажите, а где сейчас моя мать?
- В комнате для гостей, - пожала плечами София Рустамовна.
Малена поднялась. Да уж, этот день еще не закончился.
- С вашего позволения, мне надо поставить точку в этой истории. Где находится комната для гостей?
- Прямо по коридору, до конца, потом налево и вниз. Вторая комната от лестницы по левой стороне.
- Благодарю вас.
Трое Асатиани пронаблюдали, как Малена выходит из комнаты.
Плечи расправлены, голова высокого поднята, и не скажешь, что несколько минут назад девушка была чуть ли не в истерике. И неудивительно.
Монастырское воспитание - оно такое. Если не сломает, то научит всегда и везде держать лицо. Привитое кровью и болью самообладание наложилось на кровь Домбрийских - и получилась адская смесь.
- Ты всерьез со свадьбой? - уточнил Эдуард у сына.
Давид набычился.
- А что - похоже на шутку?
- Очень своеобразная девушка. Очень...
- Папа хочет сказать, что такую упускать никак нельзя, - пояснила София Рустамовна.