Галина Гончарова – От кодексов до ритуалов (страница 60)
А как можно прервать это… что бы это ни было?
Вариант был только один – вытащить подругу из круга.
Ирина пригляделась внимательнее.
Итак.
На Люсе нечто вроде белого балахона, вышитого черной ниткой. Все.
Почему она на раскладушке?
Видимо, чтобы не получила воспаление всего и сразу, это вверху пол мраморный, а здесь он бетонный. Если этот обряд длится дольше двух часов, то поди, полежи на ледяном полу. Тут и загнешься от пневмонии. А если и нет, то мучиться долго будешь. Те же почки, те же придатки… эх, многое можно угробить в человеческом организме.
Что ж.
Радует то, что обряд не смертелен. Иначе бы и тряпки какой хватило, или просто Люсю положили бы на пол.
А все-таки, как ее оттуда вытащить?
Зацепить чем-то Люсю?
Раскладушку?
Или сделать еще проще?
Ирина огляделась вокруг. ЭТО должно быть в каждой уважающей себя камере. Конечно, более современные узилища оснащены санузлом, но вряд ли здесь…
Точно!
Ведро, пластиковое, из тех, что закупают некоторые дачники, даже с крышкой…
А есть тут раковина с водой?
Ага, есть. В коридоре… не раковина, а кран на трубе, ну ничего! Ей и того хватит!
Ирина, недолго думая, подхватила ведро и направилась к трубе.
Ведро оказалось с содержимым, но так даже лучше… без всякой брезгливости Ирина долила его доверху водой. У кого огород был, тот знает, что такое компостная яма и чем она пахнет. Ой, не розами…
Девушка помнила, рисунок на полу выполнен чем-то вроде мела. А что у нас мел?
Отлично смывается!
И содержимое ведра полетело в камеру прицельным плевком.
Один раз, второй, третий…
А вода не только точит камень, она еще прекрасно смывает все рисунки. И Ирина с радостью отметила, что черное марево…
Черт!
Оно не рассеивается! Оно словно втягивается в Люсино тело!
Сволочи!!!
Но что бы это ни было, хотя бы подойти можно спокойно. Что Ирина и сделала.
Руки у подруги были ледяные.
Ведьма обернулась, желая позвать на помощь, но этого не понадобилось. Оборотень и так был рядом.
Кирилл сделал два шага в камеру, подхватил Люсю на руки и кивнул Ирине. Следуй за мной.
Ирина послушалась. Вышла из камеры, огляделась – их группа пополнилась еще двумя людьми. Совсем молоденькой девчушкой лет пятнадцати, черноволосой, симпатичной, в которой Ирина почувствовала силу, схожую со своей, но разбираться было некогда. И невысоким мужчиной лет шестидесяти, этакого «профессорского» вида, с благородной сединой, с бородкой. Эти двое были одеты нормально. Девочка – в джинсы и водолазку, мужчина в костюм, некогда дорогой, а сейчас пожеванный и помятый.
Да, в этом плане джинсы более выигрышная одежда, в них можно спать и это не сильно скажется на их внешнем виде.
Обратно шли уже всемером. Шестеро шли сами, Люсю Кирилл перебросил через плечо и так тащил для пущего удобства.
Все молчали до выхода с территории поместья.
По машинам тоже распределились так. Кирилл, Ирина, Люся, один из молодых людей – в первой машине.
Трое молодых людей и двое вызволенных пленных – во второй машине.
Закрыли ворота, чтобы не привлекать к себе внимания лишний раз – и так дали по газам, что на асфальте черные следы остались. Аж шины задымились.
– Ты мне расскажешь потом, кто эти двое? – нарушила молчание Ирина.
– Да. Куда мы сейчас?
Ирина задумалась.
А куда можно сейчас Люсю?
– У меня есть идея.
Ровно через полчаса какой-то неравнодушный человек вызвал «скорую помощь».
Не мог пройти мимо.
Женщине стало плохо в парке, лежит она на скамейке, в одной ночнушке, мало ли что с ней такое? Позвонил, конечно, и даже подождал, пока приедут. А говорят, у нас уже сочувствующих не осталось!
Врут!
«Скорая» приехала, погрузили женщину, поругались, конечно, наркош пошло – прорва, гоняй за ними, время отрывай, переширялись бы уже все до смерти, паразиты, потом уже в приемном покое начали ее раздевать, а у девушки на животе ручкой написано: «Люся». И номер телефона.
Врачи и позвонили.
В общежитие.
Описали «найденыша», вахтерша тут же поняла, о ком они говорят, связалась с Ириной, и та помчалась в больницу.
А кто нашел Люсю?
Чего хотели?
Где она была?
Это еще предстоит узнавать. Кстати, той же Ирине, нашли-то Люсю на ее территории. Так что никто ведьму от расследования не отстранит.
– Ничего пока не могу сказать. – Симпатичный врач лет сорока пяти поправил капельницу каким-то очень профессиональным жестом и посмотрел на Ирину. – Вы так здесь и останетесь на ночь?
– Не хотелось бы, – честно призналась Ирина. – Но если надо – останусь.
– Не надо. Это бессмысленно. Лучше вещи какие-нибудь принесите вашей… кто она вам?
– Подруга. Живем в общаге в одной комнате, – в приемном покое Ирина объяснения уже давала, но это там, а здесь было отделение интенсивной терапии. И этого врача она раньше не видела.
Среднего роста, среднего же телосложения, седоватый, усталый, словно ему бетонную плиту на плечи навалили. И при этом – явно хороший специалист. Это видно по всем его движениям, по отношению к больным… да просто чутье срабатывает.
То самое, ведьминское.
Ирина знала, что этот человек сделает для Люси все возможное. Он для любого человека будет стараться, такой уж характер.
– Давно она на наркоте?
– Вообще не употребляла. В нашей профессии, сами понимаете, нельзя. Как и в вашей.