Галина Гончарова – Новые дороги (страница 84)
– Это обязательно?
– Да, Риен.
Адриенна выпутала из пеленок маленький кулачок и осторожно расправила стиснутые пальчики. Провела одним из них по грани кристалла.
– Вот так?
– ДА!
Алтарь засветился голубым светом. Ярким, чистым, как глаза Морганы… как глаза самой Адриенны и малыша Чезаре…
Моргана развела руки в стороны.
– Да будет так! Чезаре, маленький мой, я люблю тебя! Пусть развеется старое проклятие!
Над дворцом грянул гром.
Синие молнии били в землю, ветер рвал кровли крыш… сухая гроза. Страшная на самом деле штука. Одна из молний ударила в крыло дворца, и то загорелось.
Шум, гам, крики…
Моргана хохотала, запрокинув голову. Но Адриенна не боялась. Она смотрела с восхищением…
А еще…
Как это можно описать?
Когда ты всю жизнь живешь в клетке, стиснутая по рукам и ногам? И вдруг тебя достают оттуда… и ты расправляешься и вдыхаешь полной грудью.
И это так восхитительно…
Голова кружилась от счастья.
В пеленках верещал малыш Чезаре. Не от страха, нет! От восторга! Он ведь тоже родился еще под проклятием. И сейчас, когда это все слетело, словно опавшие листья, упало…
Ему тоже было легко и весело…
Прошло несколько минут, прежде чем Моргана опомнилась.
– К новолунию и следа не останется. А теперь спеши наверх. Что-то мне подсказывает, что наведенный сон долго не продержится. Минута, может, еще две…
Адриенна ахнула, перехватила ребенка и как могла быстро побежала вверх по лестнице. Получалось пока не слишком хорошо, ну хоть как-то…
Моргана смотрела ей вслед.
Призраки не могут плакать?
Призракам не бывает больно?
Как же мало, господа ученые, вы знаете о призраках! Но одно точно: просвещением они заниматься не собираются.
Адриенна вылетела в часовню, запыхавшись, почти упала на скамейку… фу-у-у-у-у!
Успела?
Вроде бы да!
Никто не орет, не прыгает, не пытается найти ее величество… только вот ранки на ладонях и у нее, и у ребенка еще не зажили. Рубцы видны…
Ничего, рассосутся.
К новолунию?
Две декады еще ждать. Так много…
Так мало по сравнению со ста годами.
– Смотрите, ваше величество!
Покои королевы обыскивал лично кардинал. Король присутствовал.
Все же это не обычный обыск, это намного важнее и серьезнее. Это королева. Мать наследника. И… как ни горестно самому себе это признавать… король попросту побаивался.
А рядом с кардиналом ему становилось легче. Спокойнее.
Появлялась рядом более сильная личность, на которую можно было спихнуть и ответственность, и решения… опять же получить совет, помощь, уверения в своей правоте.
Женишься вот так…
И ведь отец все знал!
Вот все!
Знал!
И все равно подсунул ему в постель эту гадюку! Да лучше б Филиппо на Ческе женился! А эта… эта… нечисть! Вот она кто!
Сибеллин!
Кости твоих Сибеллинов давно истлели!
НЕНАВИЖУ!!!
Филиппо пересек гардеробную и склонился над ларцом, который оставила Адриенне эданна Кавалли.
– Это записи ведьмы. И зелья ведьмы.
Филиппо едва за голову не схватился.
– ВЕДЬМА!!!
Кардинал покачал головой.
– Полагаю, ваше величество, вину королевы можно считать доказанной?
– Еще бы!
– Ее надо судить.
Филиппо замотал головой.
– Кардинал, как вы себе это представляете? В чем ее можно обвинить? В ведьмовстве? В супружеской неверности? А как это отразится на моем сыне?
Ребенка он не любил. Но… если это и правда единственный наследник, который у него будет?
– Конечно, нет, ваше величество! В покушении на вас!
– Покушении? На меня?
– Разумеется! Вот яды, вот записи… плюс этот… которого взяли во дворец… Феретти! Наверняка он наемный убийца…
– Хм!
– Если взять его и допросить, он во всем сознается! Я уверен!
Еще бы! Если допрашивать на дыбе или с помощью раскаленного железа! Тут всякий сознается! Мгновенно!
А если бы кто-то сказал кардиналу, что он просто ревнует…