Галина Гончарова – Новые дороги (страница 60)
– То есть мне надо срочно принести себя в жертву, чтобы она не страдала?
Мария пожала плечами.
– Вам ведь было хорошо вместе.
– Да. Но я люблю другую и не женюсь на Динч. Чем раньше все это уяснят, тетя, тем легче всем будет. Ей я сразу про все сказал и замуж не звал. Это она меня соблазнила…
– Она тебя любит.
Лоренцо пожал плечами.
– Не меня. А то, что она хочет получить. Нет, Мария, я не женюсь. Ребенка признаю, ее обеспечу – и больше со мной об этом не заговаривай.
– Я для тебя недостаточно хороша? – В дверях стояла бледная от гнева Динч. – Что, что у меня не так?! Лицо хуже?! Гру́ди меньше?! ЧТО?!
– Ты не она, – просто ответил Лоренцо, сомневаясь, что его поймут. – Ты просто не она.
Динч всхлипнула.
– Я… я без тебя умру! И наш ребенок умрет!
– Я закажу для вас лучшее надгробие. Хочешь арайский мрамор? – вежливо уточнил Лоренцо.
– ТЫ!!!
Лоренцо молча встал. Поглядел на Марию.
– Тетя, спасибо за гостеприимство. Я сегодня переночую в доме дяди Джакомо. Ключи у меня есть.
– Энцо…
– Завтра я напишу письмо Маньяни. Пусть забирают свое сокровище и делают с ней что пожелают. Я в этом представлении участвовать не буду.
Как же!
Участвовать все равно пришлось. Динч взвыла, кинулась ему в ноги, пришлось поднимать, сажать в кресло, поить водой, а потом строго заявлять, что это была первая и последняя попытка шантажа. Или берешь то, что тебе дали, или свободна. И ищи кого-то другого…
Динч пила воду и хлюпала носом.
А Мария…
С одной стороны, она сочувствовала женщине, которая оказалась в такой ситуации. С другой же… испытывала даже легкое злорадство.
Хочешь ты пробиться этим местом? А вот не всегда работает… и мальчик стал мужчиной, и не дает на себя давить, и не вешает тебя себе на шею из ложного благородства. Да, ложного…
Так что…
Динч была упорна. И попыток своих она не оставит. Но пока… пока она перетянет на свою сторону родных Лоренцо и подождет до рождения ребенка. А потом начнет давить и давить. И Лоренцо обязательно на ней женится. Куда он денется?
Он просто своего счастья не понимает! Но обязательно поймет, дайте только время! Вот!
Это для государственных дел его величество здоровьем слаб. А Адриенна тихо полагала, что и умом тоже.
А вот для охоты…
О, на охоту Филиппо собрался с громадным удовольствием. Еще и Ческу с собой прихватил.
Адриенне оставалось только делать безразличный вид. Хотя… чего ей это стоило. Вот так вот…
– Ваше величество, я вам так сочувствую, это так унизительно…
Стоит, понимаешь, главная сплетница всея дворца и смотрит такими сочувственными глазами… ну дай, дай мне что-то вкусненькое! Твой муж с другой лижется на виду у всех, а ты…
– Эданна Берелли, что унизительно? Мой муж меня оберегает.
– Оберегает? – Кажется, такая трактовка наличия любовницы не приходила в голову бедолаги.
– Конечно, – Адриенна только что руками не развела. – Я беременна. И вы сами видите, как тяжело мне приходится.
– Да, ваше величество. Вы такая…
– В нашем роду женщины созревают поздно. Мне бы еще годик-два подождать, но не получилось, его величество такой… Пылкий.
– О да!
Вот что – да?! Тебя, охапку семипудовую, не поднять и не перекатить, ты-то чего вздыхаешь?
– Вот видите! Как добрая супруга, я не отказала бы мужу в его потребностях. Но сейчас это тяжело для меня и вредно для ребенка. Поэтому мой супруг пользуется… ночными вазами.
Адриенна понимала, что ее слова дойдут до Франчески. Их еще раздуют, приукрасят и вообще… всячески поиздеваются по дороге. Но… сколько терпеть-то можно? Она тоже не каменная.
Эданна удалилась, восхваляя и понимание короля, и терпение королевы. Эданна Франческа через пару дней, узнав, что ее сравнили с ночным горшком, плевалась от злости. А король…
А до короля такие тонкости просто не доходили. Болтают – и пусть их! Это ерунда!
А вот охота!!!
И трубят рога, и мчатся кони…
Только вот волков спросить забыли. А зря…
Филиппо мчался в числе первых. Конь летел словно птица, плащ развевался за плечами… красота! Так его величество и думал, пока не услышал за спиной грозный волчий вой…
И…
Филиппо прекрасно помнил, чем для него закончилась предыдущая встреча с волками. А потому…
Но повернуть было уже поздно. Из зарослей взметнулось хищное темное тело, промахнулось, сбило с коня дана, который следовал за королем… истошно завизжала эданна Франческа… и его величество дальше действовал на инстинктах.
Пришпорил коня и помчался к реке. Там есть шанс уйти от любых волков… эданна последовала за королем. Просто на инстинктах… А волки продолжали нападать…
Падали люди, падали кони…
Это была не специальная загонная охота на волков, это придворная охота. Красивые декорации, кони, наряды – посмотреть на людей, показать себя…
Никто не был готов стать из охотников – дичью.
Волки порвали на части двадцать восемь человек. Двадцать мужчин, восемь женщин. Причем егеря, конюхи, загонщики – вся обслуга не пострадала.
Только дворянство.
Только самый цвет Эрвлина!
Чудом выбрался король, а с ним и эданна Франческа. Они добрались до реки, пустили коней по воде и сбили волков со следа. А там и из леса вышли…
Двор был в шоке. Дворянство тоже…
Филиппо рвал и метал. Но люди погибли. И надо было что-то делать!
Адриенна не злорадствовала. Нет. Вот если бы на охоте хоть один волк цапнул эданну Франческу или короля… тогда она не удержалась бы. А так… пострадали люди, которые ни в чем перед ней не виноваты. Это горе.
И… дворянское недовольство.
И… это не просто так. Адриенна была свято уверена, что волков натравили. Но кто? Зачем – понятно. Когда люди недовольны королем, они не станут его защищать. Но вот кто?!
КТО?!
Это женщинам не стоит ходить по дворцу в одиночку.