Галина Гончарова – Маруся. Провинциальные игры (страница 15)
Я пожала плечами. Этак, небрежно…
– Позвольте, папенька, в чем именно заключается позор? В том, что все узнали о вашем отношении к родной дочери?
– Что?!
– Сколько времени мне было отмерено в браке с Демидовым? Год? Два?
– Да как ты смеешь?!
Ей-ей, поведи папаша разговор иначе, я не пошла бы на конфликт. Но в данном случае…
– Вы прекрасно знали, что он проклят. Вы знали, чем мне это грозит. И смеете упрекать меня за то, что я бежала, спасая свою жизнь?
– Наглая дрянь!
Папаша замахнулся на меня. Я уже приготовилась пнуть его как следует – не понадобилось. Занесенную руку перехватил Храмов.
– Позвольте представиться, князь. Сергей Никодимович Храмов, жених вашей дочери. Высочайшее соизволение уже получено, завтра свадьба. Надеюсь, вы будете.
Да-а… умеет Храмов ошеломить собеседника. Дай он князю в нос, и то эффект был бы меньше.
Папаша медленно опустил занесенную руку.
– Высочайшее соизволение?
– Предлагаю все обсудить спокойно…
Князь помолчал пару минут, приходя в себя.
– Прошу вас в кабинет, Сергей Никодимович. Мария, ты…
– Ваша светлость, этот вопрос непосредственно касается вашей дочери. Полагаю, она имеет право участвовать в разговоре.
Князь скривился, но промолчал. Только кивнул. Но я не обольщалась, это не победа, это временный успех. Его еще надо развить и закрепить.
Ну и ладно, попробуем. Куда ты, папенька, денешься, от высочайшего соизволения? Приказы императора и в этом мире не оспариваются. Они выполняются с восторженным визгом, так что берегите уши.
– Я ожидала худшего, – призналась я Храмову, когда мы ехали домой.
– Я тоже.
Но… все сложилось вполне удачно. Князь поругался примерно с полчаса, потом согласился, что замужество снимает все вопросы, а жених хоть и не идеален, но не хуже Демидова. Дворянин, герой нескольких войн, орденами увешан так, что новогодняя елка от зависти рыдает, состояние поменьше, чем у Демидова, но… оказывается, у меня достаточно богатый муж?
Будет, в перспективе…
Про все состояние Храмов мне не рассказывал, но оказывается, он владеет землей, в его собственности есть несколько заводов и рудников. Просто Демидову больше везло. А вот заводы Храмова медленно разорялись, не принося особой прибыли.
Раньше его это не сильно волновало, но сейчас…
А уж как меня это волновало!
Рудники…
Если я правильно понимаю, талисман Ниты давал Демидову возможность чуять рудные жилы. Вот и причина его удачливости. Заранее знать, где копать, где пройти мимо, где разрабатывать дальше шахту, где вкладывать деньги, где бросить – это серьезное подспорье.
А вот что могу – я? С кровью Полоза в жилах?
Хотя ответ и так ясен.
Ни-че-го. Первое время – так точно ничего. Сначала надо бы родить ребенка, а уж потом пробовать свои силы. Даже не сомневаюсь, что выложусь до донышка, а как это скажется на малыше? Что бы там Нита ни говорила, так ли хорошо полозы разбираются в человеческой анатомии?
Лучше не проверять на себе. Или хотя бы потом, когда на карте не будет стоять все мое будущее.
Папаша покивал, а я прямо-таки видела расчетливые искорки в его глазах.
Муж стар, помрет скоро, а там и дочка богатой вдовой останется. Можно ли ее потом будет подсунуть Демидову? И с детьми можно, и без детей можно. Почему нет? Тем более, фертильность чадушка будет доказана, а над ребенком, если что, и опеку взять вполне реально.
Это понимали и я, и Храмов. Но молчали.
Зачем грубыми лапами разрушать прекрасные мечты о богатстве? О больших деньгах?
Это мы знали, что папенька не получит больше того, что мы ему дадим. А он пока этого не знал. И хорошо, спокойней будет.
– Я не знала про заводы и рудники.
– А это повлияло бы на ваше решение, княжна?
– Нет. Но хотелось бы знать подробности.
Храмов чуть грустно улыбнулся.
– Да, Мария, я богат. И все это останется вам и моему ребенку. Думаю, вы сумеете сберечь состояние и не размотаете его на шпильки и тряпки.
– Я же не умею ничем управлять, – перепугалась я. – И биржа для меня лишь слово. А про заводы я вообще не в курсе, и с рудниками не дружу.
– А если я назначу управляющего?
– Я все равно буду проверять, чтобы он не воровал. Но разбираться-то лучше не стану… Итак, подробности? Вам придется меня учить, если хотите получить хорошие результаты!
– Машенька, вы полагаете, я мог бы остаться независимым от Демидова, не будь у меня своего состояния?
– Я об этом не задумывалась.
– Безусловно, у вашего первого жениха дела идут намного лучше. Но и мое состояние позволяет мне на него не оглядываться, а кое в чем и соперничать.
– Так я узнаю подробности?
– Мои рудники не слишком выгодны. Я потом покажу бумаги. Медь, полудрагоценные камни, иногда драгоценные, но очень редко. Ни золота, ни серебра.
– И это невыгодно?!
– Рудное дело всегда связано с риском…
Я была полностью согласна.
– А как получилось, что вы их приобрели?
По губам Храмова скользнула улыбка.
– Машенька, вы видите, сколько у меня орденов? Каждая награда приносит не только славу, но и деньги. А если умело их вкладывать… тратить мне было не на что, семьи нет, детей нет, а утереть нос родным очень хотелось. Молодой был, глупый…
Я кивнула.
В принципе, логично. Во что можно вкладываться, если ты не разбираешься в банковском деле? В недвижимость, в золото, в производство… в данном случае – в собственное производство.
– Мне бы хотелось побывать на рудниках.
– Машенька, вы маг земли, я знаю. Но…
Я подняла руку, останавливая Храмова.
– Клянусь. Я не сделаю ничего во вред вашему наследнику.
Сергей Никодимович несколько минут вглядывался в мое лицо, а потом кивнул.
– Верю. И искренне благодарен вам.
– Так можно будет?..