Галина Гончарова – Маруся. Попасть - не напасть (СИ) (страница 4)
Мне-то и по фиг. Жила сорок с хвостиком лет без магии, и еще восемьдесят проживу. Если не буду по ночам таскаться, где не стоило.
И помолвка эта была выгодна ее отцу. Это сто процентов.
Иначе не бесился бы так.
Открываю глаза.
Меня сверлит злой взгляд.
Интересно, а что такое синий корпус? Хотя… по контексту можно догадаться.
— Передайте Сергею Владимировичу мои извинения за случившееся. И сообщите, что я была бы рада видеть его и лично заверить, что происшедшее было только… ээээ…
"Выканье" легко слетает с моего языка.
Видимо, так девчонка к князю и обращалась?
— Чем ЭТО было?
— Досадной случайностью, которой никто не ожидал, и менее всего я, — выкручиваюсь я.
И пойдите, скажите, где я соврала?
Серые глаза теплеют.
Так. Чуть-чуть. Был декабрьский мороз, стал ноябрьский понос.
А не расслабляйся, Маруся, не расслабляйся.
— Приятно видеть такое здравомыслие. Или это очередная уловка?
Ага, уловка.
Рыбалка, ёжь твою рожь!
— Я передам ему твои слова. Не думаю, что он найдет для тебя время, но тем лучше. Ты отвратительно выглядишь.
Спасибо вам на добром слове, папенька.
Опять опускаю ресницы. А что тут скажешь?
Спасибо, я знаю?
Извини, не знаю, как я выгляжу?
Эх, прав был шеф.
Молчание — не золото! Молчание — наше спасение.
Моему отцу быстро надоедает эта пантомима "уставшая овца". Он кивает своим мыслям.
— Домой тебя пока забирать нельзя. Ты здесь еще дней на десять, если выздоровление пойдет хорошо. Я надеюсь на твое благоразумие.
Открываю глаза и медленно, согласно прикрываю их вновь.
Не беспокойтесь, папаша, благоразумие меня никогда не подводило. Вот гормоны — да, а мозгов у меня всегда хватало.
На том мы и расстаемся.
Ни "до свидания, детка, я тебя еще навещу", ни яблочек…
Что-то мне подсказывает, что девчонку пожалеть можно. Не от хорошей жизни она самоубилась.
Эх, Маруся, что-то мы попали.
Эх, Маруся, нам ли быть в печали…
Кто тут Маруся?
Я это, я.
Товарищи родители, думайте, когда детей называете.
Головами думайте. А не самомнением.
И когда извращаетесь с именами типа Марисобель или Семирамида, думайте, в какой среде будут жить ваши дети.
К примеру, мою знакомую Семирамиду так и звали сим-картой или семечкой, Изабеллу — виноградиной, а Майю пожизненно переименовали в майку. Нестиранную.
Не нравится?
А мне как не нравилось…
Знаете, кто такая Марика Рекк?
Была такая киноактриса, знаменитая, красивая, никто не спорит — шикарная женщина. Мария Каролина если что.
Моя мать от нее фанатела.
Но назвать ребенка просто Мария?
Не-эт! Мы пойдем другим путем! И Каролиной (хоть на этом спасибо!) не назвали! Обозвали Марикой.
Не Мариной, не Марией, а Марикой.
В школе меня попытались обозвать почтовой маркой. Так, для начала. Потом еще измывались, пока не получили по носам и не отвязались.
Но и так, без школы было весело.
— Вас как зовут?
— Марика.
— Марина?
— Нет, по буквам, Маша — Аня — Раиса — Инна — Нина — Анна.
И так постоянно.
А мама довольна, не ее же дразнят и не ее склоняют! Одним словом — Тьфу!
Наконец, мне это так надоело, что я всем стала представляться, как Марина. Разве что имя не поменяла. А родственники вообще до Маруси сократили.
Ну и пусть.
Дверь открылась и опять появилась сиделка.
— Ваша светлость, обед.
И что у нас тут кушать подано? Но от одного вопроса я не удержалась.
— Кто содержится в синем корпусе?
— Безумцы, ваша светлость.
Посмотрела даже с удивлением. Это типа нашего "желтого дома"? Может быть…
А добрый у меня папа, заботливый…