Галина Гончарова – Маруся. Попасть - не напасть (СИ) (страница 126)
— Как видите, Мария Петровна, все исправно. Прошу вас.
Я улыбнулась и положила ладони на сферу. Я оценила.
Поручик прищурился. И взял с места в карьер.
— Вы убили Илью Владимировича?
— Нет.
— Вы видели, как он умер?
— Да.
— Вы подозреваете кого-то?
— Нет.
Шар остался темным. Чего мне подозревать, я — знаю.
— Вы с ним раньше встречались?
— Нет.
— У вас есть к нему какие-то претензии?
— Нет.
Шар опять не посветлел. Какие там претензии? Дело житейское, дело обычное. Не успели те претензии появиться.
— В коридоре был кто-то посторонний?
— Нет.
— Только вы двое?
— Аришка и ребенок… и больше никого.
— Вы прикасались к Илье Владимировичу?
— Нет!
Поручик посмотрел с сомнением. Но дальше спрашивать не стал. И так ясно… Шар темный, я не вру, а мысль про ребенка с суперспособностями ему в голову точно не пришла. И слава богу.
— Можете убирать ладони, Мария Петровна.
Я послушалась.
А что тут неясного? Как спрошено, так и отвечено.
Мне повезло, что заряда в шарике мало. Вот если бы копать начали глубже, как на полиграфе, фамилия-имя-отчество… я бы влетела на первом же вопросе.
Но тело, похоже, уже осмотрели. И не нашли следов убийства. Допрос явно для проформы, что я, не вижу, что ли? Хотели бы копать — не так бы копали.
Кажется, это моя первая и последняя вечеринка. Ну и черт с ней! Не жалко, переживу!
— Что ж. Мария Петровна явно невиновна, — подвел итог генерал-губернатор. — Так от чего умер несчастный?
Поручик развел руками.
— Его наш лекарь осмотрел… пока вскрытие не проводилось, но говорит, на кровоизлияние похоже. Сердце, или в мозг, сосуды дело такое. Выпил, жарко стало… это и у молодых случается.
— Какой кошмар, — честно произнесла я. — Простите…
Баронесса погладила меня по плечу.
— Да, Мария. Но Бог судит так, а не иначе, и не нам говорить о воле Его.
Я благочестиво перекрестилась.
В общем-то, мне все было примерно ясно.
Вызвали полицию, но заранее намекнули, что работать придется в 'высшем свете'. Попробовал бы у нас какой-то полицейский тявкнуть на губернатора… только с высочайшего соизволения. Иначе можно и со службы вылететь, без выходного пособия.
Запросто.
Вот и намекнули, что деликатнее надо, деликатнее.
Лекарь посмотрел, сказал, что похоже на естественные причины.
Поручик обрадовался… а что? Инфаркт или инсульт дело вполне житейское. Увлекся человек, к примеру, абсентом. Или опиумом. Или… да мало ли что и как?
Проснулся, а на соседней подушке — жена. Тут бедняге и поплохело…
Ладно, это я ерничаю. Но… если бы его убили видимым способом, там, кинжал в сердце воткнули, или еще что… там копать надо. А так-то что?
Вышел мужик на пять минут, потом слышатся крики 'спасите-помогите', плохо человеку, все понятно. Когда б я с ним что успела сделать?
Или он со мной?
Версия просто не прокатывает.
Надеюсь, никто не свяжет Карпушу — и Илюшу? Ох, не хотелось бы…
***
Из гостей мы возвращались глубоко заполночь. Спасибо баронессе, святая женщина, распорядилась отвезти нас с Ариной. Сестра молчала.
Молчала, пока мы были в особняке, пока ехали и даже пока мы заходили в дом. И только потом заговорила.
— Мария… это — как?
И столько было в ее голосе всего… я поняла, что если сейчас огрызнусь, или что-то выскажу в том же духе, Арина просто заорет и помчится по улице.
Я вздохнула.
— Арин… только давай это между нами, ладно?
— Что именно?
Девчонка.
Ребенок, вот и все. А дети обожают тайны и ужасы. Но придется ее разочаровать.
— Арина, ты видела, каким был этот тип?
— Ну… да.
— Пьяный в сосиску.
— На ногах-то он стоял?
— Ну и что?
— Ну…
— Я не знаю, что он пил. Но… ты слышала, как зашипел малыш?
— Да. Как змея…