Галина Гончарова – Маруся. Попасть - не напасть (СИ) (страница 109)
Купец чуть приуныл. Внешне это заметно не было, но глаза чуть приугасли. Интересно, что — или кого он собирался мне втюхать?
Мы договорились назавтра с утра ехать на склад, и дружески попрощались.
Я посмотрела на Ваню и вздохнула.
— Давай домой, ага? Сил моих больше нет… и кушать хочу.
Ваня был со мной полностью солидарен.
***
Дома нас встретил… хаос.
Он же раздрай, бордель, бардак и куча других нелицеприятных синонимов.
Нанятые мастеровые высокодуховно изображали бурную деятельность. Работа при этом с места не трогалась, вот еще не хватало! Трудиться там, где можно дурака повалять? Или дурочку, учитывая мой пол?
Артельный подошел ко мне вразвалочку и сдвинул кепку на затылок.
— День добрый, хозяйка. Ну, что я скажу… работы тут — непочатый край.
— Неужели? — прощебетала я.
— А то ж! Доски гнилые, дранка…
Я слушала молча, зверея от злости.
Значит, развод обыкновенный классический. Договаривались на одну работу, а теперь мне объявляют, что фронт работ втрое больше, соответственно, и оплата тоже, а если не нравится, так они сейчас и уйдут восвояси.
Арина вышла на крыльцо, сделала большие глаза и развела руками. Мол, я не ожидала. Я махнула рукой, показывая, чтобы малявка шла в дом.
Посмотрела на Ваню.
Тот слушал, как загипнотизированная змеей птичка.
Не подмога.
Ну, тогда своими силами.
Я дослышала, кивая в особо экспрессивных местах и наблюдая, как глаза артельных становятся все масляннее. Явно довольны.
А что?
Сейчас артельный разведет эту дурочку на большие деньги, а работы не так много…
Мужчина закончил перечисление наших бед и теперь ждал от меня реакции. Я помолчала пару минут.
— Федор… как по батюшке-то?
— Силантьевич я.
— Ага, Федор Силантьевич…
Я нежно улыбнулась.
Артельный занервничал, понимая, что где-то ошибся. А я заговорила.
Коротко и ясно, в основном, прилагательными с небольшими добавлениями существительных, характеризуя артельных скопом и выводя их происхождение никак не от Адамы и Евы…
Был у меня случай.
Меняли в доме стояки… ох, как же мне сантехники нервы потрепали! Кто б знал!
Потом явился сосед сверху, майор в отставке, поглядел на весь цирк и высказался.
Душевно так…
Минут на пять.
Я слушала, как песню. Сантехники тоже.
Заметим, ровно через полчаса все сантехнические работы были закончены.
Вот, примерно это я сейчас и воспроизвела. Может, с небольшими отклонениями, но доходчиво. А потом добавила, что бездельникам и лентяям не заплачу ни копейки.
Более того, приглашу независимых экспертов. К примеру, из околотка. И послушаю, что скажут они и в каких выражениях.
Ровно через полчаса работа закипела.
Из забора выламывались старые подгнившие доски, ставились новые, кто-то полез на крышу сарая…
Так-то. Я вас, паразитов, научу любить родину. Во всех позах!
— Значит, ничего странного или необычного в этой Лощинке не было?
— Нет, ваше преподобие.
Отец Николай отчитывался вышестоящему начальству.
Протоиерей Алексий слушал внимательно. И про обход лощинки, и про ощущения…
— А магия?
Отец Николай положил на стол небольшую сферу.
Вроде бы стекло.
Толстое, темное, глубоко внутри с белым туманом…
— Остаточная. Некогда там было что-то… может, даже опасное, но сейчас эта земля чиста.
— Вот даже как…
— Да, ваше преподобие.
— Интересно, откуда девушка могла это знать?
Отец Николай развел руками.
— Я побеседовал с ее родственниками, в частности, с матерью девушки. Мария Синютина не была в городе вот уже лет пять, жила у тетки… по приезде решила поправить положение своей семьи, устроить огород и торговать овощами.
— Забавная затея…
— Ваше преподобие, идею купить землю подал ее младший брат. Иван Синютин. Он же и рассказал про лощинку. Мария съездила, посмотрела, и решила купить землю.
— Так просто?
— Да, ваше преподобие.
— Хм…
Протоиерей задумался.
С одной стороны… в Лощину и правда никто не совался.
С другой…
Любое проклятие не вечно. Кто первый перестает бояться, тот и снимает сливочки. Это как игра в рулетку, черное или красное, чет или нечет… подозрительного тут ничего нет.