Галина Гончарова – Маруся-3. Попасть не напасть (страница 31)
Я перевела взгляд на поле боя.
Хм, а неплохо. Один дохлый, один лежит и не двигается, явно потерял сознание от боли, у него руки и часть лица обожгло капитально, а третий притворяется хитрой черепахой. То есть пытается уползти.
– Стоять! Убью, сука!
Получилось вполне угрожающе.
Мужчина дёрнулся и заскулил, но я его жалеть не собиралась.
– Делай, как я скажу, и останешься жив. Или я тебе на голову пущу эту молнию. Понял?
Мужчина обернулся, понял и задрожал.
– Г-г-госп-п-п-пожжжжжа!
Я фыркнула.
– Сними пояс и свяжи этого бессознательного. Как следует, я проверю.
Мужчина повиновался. Так-то, повторять ошибки предков я не собиралась. Да, предков. Как рассказывал дед, побывавший на Великой Войне, врага надо всегда достреливать. Всегда. А если ты оставишь неубитого врага за спиной, он встанет и убьет тебя. Так было.
Так – было.
Я не собиралась оставлять свою семью из-за своей неосторожности.
Теперь второй.
– Свяжи себе ноги.
Не дострелю, так увяжу и усыплю. Качественно.
– Да, госпожа.
Мужчина спутал себе ноги и взглянул на меня. Но если он надеялся, что я подойду поближе и попробую связать ему руки… смешно!
– Пистолет возьми, – распорядилась я.
– П-пистолет?
– За дуло подними, – приказала я. – Ну?
Мужчина повиновался.
Кажется, он хотел что-то сделать, но мне хватило пары секунд. Власть мага земли и так велика, а уж если в нем течет еще и кровь полоза…
Пистолет изогнулся, потек по рукам мужчины жидким металлом – и прочно сковал запястья наручниками.
– Вот так. Поговорим?
– Д-да.
– Сколько вас в доме?
– Шестеро, госпожа.
Я перевела взгляд на лабораторию.
Так, двое за моей спиной, трое лежат, один удрал. Так?
– А пленники?
– Двенадцать человек, госпожа. В подвале.
– А ты кто такой?
Мужчину я разглядывала вполне спокойно, без лишних эмоций.
Маг колдующий – сродни индийскому йогу. На эмоциях хорошо только в фильмах драться, там актеры, им положено на мордочках все изображать. А мне – нельзя.
Маг должен быть спокоен, сосредоточен на заклинаниях, и не выпускать их куда попало. А если у меня руки дрожат и адреналин в крови хлещет – о чем тут речь?
Я спокойна.
И разглядываю стоящего передо мной на коленях мужика.
Невысокий, плотный, явно из горожан, небогатых… может, городское "дно". Лет сорока – сорока пяти, волосы седоватые, бородка типа козлиной, глаза голубые, худощавый, внешне похож на очеловечившуюся крысу.
Гадость.
Общее впечатление – противное.
– Ты здесь кем был?
– Тюремщик, госпожа. Внизу…
– Понятно. Эти?
– Мой напарник, Санька. Это слуга, Никанор, а Радим, он из хозяев. Он сбежал.
– А там, в лаборатории.
– Там Док.
– Доктор? – уточнила я происхождение прозвища.
– Да… он говорил, что доктор. И лечит он хорошо, только больно уж шибко…
– И тот, кто меня сюда принес?
– Тимоха. Он кучером здесь. С лошадками, с собаками, он же и сторожем…
Я кивнула и продолжила расспросы.
Картина стала ясна минут через десять. Савка, он же Савелий, служил здесь уже больше года. Ухаживал за людьми внизу, сюда их привозили регулярно.
Бабами?
Да, пользовался. И что? Кому с того убудет? Все одно не жилицы они, коли тут оказались.
Девчонка, что в лаборатории? Да, где-то год назад ее привезли. Сначала просто бросили вниз, потом раз вызвали к хозяину и запретили ее трогать. Она живой была нужна зачем-то… вот сегодня ее и оттащили к Доктору.
Я скрипнула зубами.
Бедная моя Аришка… да, она зараза и балбеска, но неужели за это надо так жестоко наказывать? Одной трепки хватило бы, а тут…
Что теперь с ней делать? Ума не приложу…
Ладно. Будем живы – разберемся как-нибудь.
Кто хозяин?
Да помилуйте, госпожа, откуда ж Савка знает? Он и в лицо-то половину господ никогда не видел. Вот, Радима, еще парочку…
Что-то подсказывало мне, что толку от него не будет.
Радим, еще парочка… да не сойти мне с этого места, если это не подставные фигуры. Или такая мелочь, что и сказать смешно. Или расходный материал, и сегодня же вечером их попросту сольют в унитаз.
Почему нет?