Галина Гончарова – Маруся-3. Попасть не напасть (страница 112)
Нельзя о таком говорить. Думать – и то не стоило бы, да как о чуде не думать, когда оно у тебя на глазах совершается?
И все равно: молчать, молчать, молчать…
– Вая… дасе…
Иван Синютин тряхнул головой и вернулся к сказке о том, как двое мальчишек получили в дар от Великого Полоза золотую жилу. И что из этого вышло.
Сказка. Просто – сказка. И точка.
– Ничего не могу понять.
– Главное – жива.
Александр только отмахнулся от доктора, который в ажитации бегал по палате.
– Вы не понимаете! Это медицинский феномен!
– А мне казалось – это вы ничего не можете понять? – не удержался Благовещенский.
Ехидство пропало втуне, медик даже головы в его сторону не повернул.
– Ничего не понимаю! Этого быть не может…
– Но есть ведь!
Александр препирался вполне охотно, Машу ему пришлось временно выпустить из рук. Девушку переодевали.
Да-да, уже четвертый раз за эти сутки. И похоже, это был не конец.
Что с ней происходило – неясно, но поить ее приходилось чуть не каждые полчаса. Девушка начинала метаться, стонать, облизывать губы, кожа у нее пересыхала, температура поднималась, но стоило только поднести к ее губам больничный поильник с носиком, как Маша успокаивалась.
Она выпивала залпом чуть не четверть ведра[13] – и успокаивалась.
А потом начиналось нечто несусветное.
Обычно как выводится вода?
Да, она проходит сверху – вниз, это естественный процесс. И выпить четверть ведра, кстати – сложно.
Не в этом случае.
Маша начинала потеть.
По ее коже катились крупные капли пота, причем не бесцветного, а какого-то неправильного, рыжеватого, пачкали ночнушку, оставляли следы на простыне…
За час – полтора промокал даже матрас.
Доктора терялись в догадках.
Что происходит, как это можно объяснить… нет, непонятно.
Магия?
Но никто не знал такой магии! И даже если предположить, что из тела Маши выводится железо… Александр, честно говоря, так и думал, с тех пор, как увидел рыжеватые, похожие на ржавчину, следы на простыне, то что делать с поражениями внутренних органов?
Она-то останутся…
Допустим, не будет осколка.
Но куда ты денешь дырку от осколка?
И каков вообще должен быть состав крови, чтобы выводить железо? Растворять его, убирать…
Не так давно, около часа назад, доктора таки нацедили на исследование кровушки и понесли в лабораторию.
Вот и стоит один из них в дверях, Натан Самуилович, мнется, смотрит большими глазами (действительно большими, карими такими, с поволокой) и не знает, что сказать.
– Что у вас, коллега?
– Непонятное что-то, Мирон Яковлевич.
– Что именно, Натан Самуилович?
– Да по анализам, у нашей больной в венах крови нет.
Ошалели все, в том числе и Александр.
– К-как?
– Простите, оговорился. Крови там ничтожно мало. В основном – соединения железа.
– Соединения? Железа?
– Да. Причем в жидком, что странно, состоянии. Какие-то сложные, непонятные…
Теперь недоумевали оба доктора и Александр за компанию. Кстати он как раз – меньше всех.
– Соединения железа в жидком виде? Это они выходят?
– С научной точки зрения сие невозможно, – вздохнул Мирон Яковлевич. – Но – да. Похоже на то…
– Больная должна быть уже мертва, – отреза Натан Самуилович. – Это вообще чертовщина какая-то!
– Это – не чертовщина – Александр сориентировался первым, показывая на распятие, которое висело над кроватью. Увесистое такое, сделанное из освященного серебра, украшенное драгоценными камнями, сапфирами и рубинами.
Действительно, колье сияло незамутненным серебром, камни не светились, оставались тусклыми… как драгоценные камни, конечно, но – обычными. Глубокими, темными.
Если бы происходило нечто… богопротивное…
Александр не знал, как именно заговаривали эти распятия. Не знал, что с ними делают святоши. Но если бы Маша была проклята. Или поучаствовала в "черных" ритуалах – распятие начало бы светиться.
И погасить его было невозможно.
Обмануть, подделать реакцию, убрать ее…
В таком случае срочно вызывали специалистов из храма, а дальше уж по обстоятельствам. А сейчас как?
Нет, не понять…
– Никакой магии не отмечено?
Оба доктора плотоядно уставились на Благовещенского. Тот поднял руки вверх, показывая, что сдастся сам.
– Готов пройти любые испытания и анализы, но я ничего не делал. Слово чести.
Взгляды притухли. Не до конца, вдруг да сделал что-то? Просто не осознал, что именно сделал? Бывает же такое?
Бывает.
Но это можно будет еще потом выяснить.
Доктора переглянулись и направились к приборам.
Увы…
После долгих мучений те… ничего не показали.
Не было магического воздействия. Не было, вообще не было, Марию Храмову просто поддерживали магией, но это-то стандартно!