Галина Гончарова – Граф и его графиня (страница 59)
Джерисон, не будь дурак, тут же нашелся с ответом.
- Вас я узнал бы даже в полной темноте.
Ага, не иначе - на ощупь. Уже НЕ узнал. И вообще...
Но иронизировала Лиля исключительно про себя. Вот такая грань. Лезвие бритвы.
Нельзя дать себя подмять. Но и давить не стоит.
А что делать? А вести переговоры. Все равно человек века 21-го... нет, мы не умнее. И не лучше. Но преимущество наше в том, что мы быстрее обрабатываем информацию и привыкли к ее громадному количеству. Отсюда и чудовищная для человека средних веков работоспособность. И активность - для нас-то все в норме. Хотя лень - она всегда лень.
- Вашего дворецкого удар не хватит?
- Выживет, - буркнул Джерисон. - Нашего дворецкого...
- Хорошо. Нашего. Хотя я здесь себя дома не чувствую...
- Вы здесь были так недолго...
- Полагаю, меня бы с таким же успехом и здесь бы отравили, - Лиля вздохнула. - И даже сочувствую вам. Я себя почти не помню - тогда. Все затмевал какой-то туман... даже страшно иногда становилось. А если я из него выплывала - тут же хотелось вернуться обратно.
Не будем давить. Но виноват - ты! Каз-зел!
- Моя вина, что вас травили...
А подтекстом: 'разумеется, ты меня простишь, дорогая... женщины на меня дольше двух минут не сердятся...'.
- Вы не Альдонай, чтобы все предусмотреть.
- Но я должен был о вас позаботиться...
Рука Джерисона легла на ладонь Лилиан.
Женщина высвободила пальцы и поправила непослушный локон. Не отталкивание, нет. Но и сокращать дистанцию не дам.
- Так был составлен контракт. Да. Но теперь поздно об этом говорить.
- и почему же?
- потому что прошлое - прошло. Вы живы, я жива, мы более-менее здоровы - говорю именно так. У вас ранена рука. Я страдаю от последствий выкидыша.
- Что-то серьезное?
- по словам докторусов, мне нельзя иметь детей еще пару лет, - Лиля пожала плечами. - Иначе я могу погибнуть вместе с ребенком.
Джерисон активно изобразил сочувствие.
- Что ж, пара лет - это немного...
Лиля пожала плечами. Немного? Для тебя это будет до-олго... блин, что ж я леди Вельс заложила?
Надо было разводиться, женить тебя на ней - тебе бы и корова раем показалась...
- Осталось определиться с нашими отношениями.
- Что с ними не так? Вы - моя жена, перед Альдонаем и людьми...
Вот пусть Альдонай тебе супружеский долг и исполняет. Перед людьми...
- У нас есть дочь. И скоро придется решать, за кого ее выдавать замуж. А что до наших отношений... а как вы их видите?
Судя по масляному взгляну, направленному на ее грудь - однозначно. И Лиля не сильно ошиблась. В мозгу благородного графа сотым шрифтом было прописано 'ВСЕ БАБЫ - ТЕЛКИ'. Со всеми вытекающими. А раз телки - их надо иметь. Но не слушать.
- я буду вам плохой женой. Мне нельзя пока иметь детей. - Дойдет это до тебя - или нет?
- Это неважно. Рано или поздно докторусы разрешат рожать, - отмахнулся Джерисон.
- А до тех пор вы будете собирать любовниц?
Вот теперь вопрос был поставлен резко и жестко.
Зеленые глаза сверкнули яростными искрами.
- не буду, - спокойно отозвался граф. - Незачем. Рядом с вами все остальные женщины кажутся страшными...
- А леди Вельс с этим согласилась бы? Она несколько раз покушалась на мою жизнь.
Лилиан встала из кресла и заходила по комнате.
- я не виню вас за то, что было. Давайте признаем честно. Я нервничала перед свадьбой, я была сама на себя не похожа - в начале. А потом... потом все как-то закружилось. И вряд ли можно было посчитать привлекательной женщину, от которой оставалось только тело. Разум же... какой в дурмане разум? Но это было тогда. А что сейчас? Надо мной будут смеяться? Показывать пальцами - вот, это графиня, это граф, а это - его любовница?
- Успокойтесь, - Джерисон чуть ли не насильно усадил женщину в кресло. - Раз уж вы сами все понимаете... а сейчас - зачем мне любовница с такой красавицей дома?
Лиля насмешливо прищурилась.
- а красавица должна вытереть хрустальную слезинку и упасть к вам в объятия?
Ирония, звучащая в мелодичном голосе, даже удивила Джерисона. Нет, а что не так? Они женаты, он привлекателен, она привлекательна... ну и что время терять?
- Почему бы и нет?
- А почему - да?
- Потому что вы, госпожа - моя жена.
- а вы об этом помнили, когда крутили любовь с другими женщинами?
В голосе Лили звучала такая обида, что Джерисон невольно усмехнулся про себя.
Женщины, все они женщины...
Готовы простить что угодно, кроме других баб.
- Других больше не будет.
Джерисон даже не сомневался в силе своего обаяния. А Лиля, начиная просекать характер своего супруга, даже и не думала давить. Она - страдала.
Она уже поняла, что малейшая попытка давления приведет к установлению отношений а-ля каменный век. Дубинкой по башке - и в кровать.
Туда не хотелось. Во всяком случае - пока.
Привлекателен все-таки, г...граф! Этого у него не отнять. Ну и что? Все равно еще побегаешь за своей же женой.
Любовь?
Господи, да о чем вы?
Если ее сейчас признает и Джерисон Иртон - все. Она прошла. Подозрений на ее счет не будет.
А вот если нет... а если графа бортануть - он точно поднимет волну... начнутся неприятные вопросы, подозрения, упреки...
Лиля отлично понимала, что сейчас она держится за счет своей пользы. И точка.
Король ее терпит потому, что она его лечит. Это первое.
И потому, что из ее мастеров со временем вырастет неплохой противовес гильдиям. И они это тоже постепенно осознают. Это раньше у Эдоарда не было альтернативы. А сейчас, когда он получил возможность подмять гильдии - чтобы он ей не воспользовался?
Да он ради такого и Мальдонаю потерпит. Не то, что Лилиан Иртон.