Галина Гончарова – Дракон цвета любви (страница 73)
Синяя Лора метнулась над самой водой, в бок уже пораненной химере, сбить, опрокинуть, плюнуть огнем и добить, чтобы та не дотянулась до оглушенной Ислы.
Только вот подранок иногда оказывается намного более опасным.
Химера опрокинулась сама – и из-под ее брюха ударили острые клешни. Как у краба, только их было много, штук двадцать…
Ударили, почти насадив на них драконицу, – и химера тут же перевернулась, уходя под воду.
Кажется, для нее это тоже стало последним усилием!
– АЛЕФИ!!!
Не были мы такими уж подругами. Но впервые погибла одна из нас.
На миг девочки замерли. Но только на миг.
Ринулись вниз Севилла и Фатима, подхватили Ислу, поволокли за собой…
И Виола сорвалась в пике, плюнула огнем, взмыла вверх… для драконов все было – так. Кто-то погиб, но кто-то жив. И дерется!
Лефи…
Нет, не так!
Надо – не так!
А как?!
Я остановила Виолу, которая собиралась сорваться в очередное пике.
Виола поняла мой замысел и послушалась. Действительно, что толку рвать когтями? Единственное средство от этих тварей – огонь. Драконы его не боятся, никакого, но вот люди… Их надо вывести из боя! И как можно скорее!
Я поднесла к губам рупор:
– Люди! Назад! ЛЮДИ!!! НАЗАД!!!
Кажется, я сорвала голос. Но меня услышали.
Что-то закричал эс Чавез. Как я его только узнала с такой высоты? Вроде бы нереально, но вот он! Весь в грязи, в крови… жив – и хорошо! Уже хорошо!
Медленно, очень медленно люди начали отходить из боя.
Мы с Виолой плюнули на все и ринулись вниз.
Сейчас мы не рвали химер, мы хватали людей – и тащили их прочь от битвы. Сами-то они сейчас и не сразу сообразят, что надо отходить.
Кажется, в когтях дракона бился кто-то из первокурсников, потом мне померещился Арчибальдо Бареси… Странно, казалось, такие существа – трусливы.
Неважно. Ничего неважно, кроме того, что схватка постепенно становится двусторонней. В ней участвуют только драконы и химеры, а люди отошли.
И мы начинаем сбрасывать с высоты греческий огонь.
Вязкая дрянь льется, обволакивает химер, но даже не заставляет притормозить.
Видя наши поступки, то же самое делают и остальные драконицы. Кувшины летят вниз, бьются, жалобно поет обреченная глина, – неважно.
Потому что через несколько секунд драконы выдыхают огонь – и на земле начинает бушевать огненный кошмар.
Драконий огонь все же горит не слишком долго. Может, десять секунд. Его не хватает, чтобы как следует прожарить химеру.
А вот эта вязкая дрянь – она продолжает гореть.
Может, если бы химеры догадались как-то уйти под воду целиком… под водой, наверное, он гореть не будет. Для горения нужен кислород.
Но мозга у химер нет.
Они не думают, не рассуждают, это просто сгустки горя и боли, которые тянутся к себе подобному. Сейчас уже не так сильно, источник мы удалили. Но…
И так хватило.
Вот одна туша осела на землю, вторая, третья… мелочь вообще выгорала в ноль. В пятна гари, в сажу на земле.
– УР-Р-Р-РА-А-А-А-А! – заорал кто-то.
Я отмахнулась. Нет, не стоит. Драконы не могут дышать огнем каждые пять минут, этот ресурс живого организма не беспределен. Пару раз – и нужна передышка.
Потом еще раз и снова отдых.
А напалму все равно, он горит и сам по себе. Да, что-то мне подсказывает, что его введут в снаряжение драконариев.
И все равно потери были велики. Слишком велики.
И Алефи Мартино…
Будь ты проклят, Баязет!!!
Я посмотрела на людей внизу. На их лица. И – махнула рукой:
А что? Мы же не обговаривали, когда открыться? Сейчас очень подходящий момент, как я думаю. Очень-очень.
Виола медленно, по дуге, спланировала вниз. За ней девочки. На землю.
Как привыкли – десятком, я впереди, остальные за мной. Двойка, тройка, четверка…
Орландо шагнул вперед. Кажется, он хотел что-то сказать, и может, ему бы это даже удалось, но Мариса порушила все планы. С хриплым криком она кинулась мужчине на шею, прижалась, повисла…
– Живой! ЖИВОЙ!!!
И разрыдалась в сорок ручьев.
Я тоже плюнула на все и стянула балаклаву.
За моей спиной послышался шорох – это девочки…
В толпе медленно свалился в обморок Эстебан Гил. Интересно, кто его ТАК впечатлил? Надо потом уточнить, неужели – Ярина? Она может…
– Как-то так. – Я развела руками. – Уважаемые эссы, если кто-то еще хочет в небо – у вас есть шанс. Впервые за сто лет. Наконец-то.
Я почти физически чувствовала, как колеблются весы.
Вот именно здесь и сейчас решится все. Оттолкнут нас – или признают.
Станем мы изгоями – или героями…
Потом король может приказать что угодно, но начало будет положено здесь и сейчас.
Вот искривились губы Джусто Соуза… почему я не добила эту тварь? Сейчас, вот еще секунда, и полетят злые слова, как комья грязи, как камни. И навсегда останутся в памяти, и по стране разойдутся… такие мероприятия надо самой организовывать. А я не сообразила.
И Орландо ничего сказать не может, потому что Мариса его целует так, что драконы приглядываются. Это – точно не поедание?
Джусто полетел в сторону от сильного тычка. И вперед выбралась девушка. Кажется, первый курс, я даже имени ее не знаю.