Галина Гончарова – Дракон цвета любви (страница 63)
Виола выразительно шевельнула хвостом, нацеливаясь на тех, кто бежал за служанкой. До евнухов и слуг дошло – и мужчины быстренько так остановились. Только что пар из-под лап не пошел.
Правильно.
Нечего тут за девушками бегать! Мы с драконами этого не одобряем!
– Милости? – уточнила я. – Какой?
– Я знаю, кто такой Санджар и где он сейчас!
– Рассказывай?
– Умоляю, заберите нас с собой! Мы не можем здесь оставаться, нас убьют!
Виола чуть шевельнула хвостом.
Я пригляделась к девушке.
Светлые волосы, такого мышиного оттенка, голубые глаза. Личико вот только на удивление невзрачное, все в веснушках, как кукушкино яйцо. Для местных это нехарактерно, они смуглые, черноволосые, даже если кого в жены берут из других стран – санторинская кровь все перекрывает. Очень они этим гордятся.
Но у этой девушки явно материнская кровь оказалась сильнее.
– Ты не из Санторина?
– Моя мать! Она была наложницей… умерла! Умоляю, помогите!
Рассказанная нам история была проста и обыденна для гарема и Санторина. Давно пора разъяснить этот гадюшник! Два раза!
И перекопать, чтобы и следа подонков не осталось!
Эсми, так звали девушку, была служанкой. Саму ее в гарем не взяли – слишком уж внешность своеобразная. Можно нарисовать брови и ресницы, но постоянно замазывать веснушки?
Нет, не получится.
В гарем ее не взяли, а вот служанкой она была. У подруги детства.
Фирузи как раз и взяли в гарем тора. Взяли, полюбили, отравили… ничего нового.
Это кому-то кажется, что если девушку пристроили в гарем тора, то начнется у нее в жизни сплошная халва с пряниками.
Ан нет!
На раз Фирузи сошла, под настроение. Ну, на два раза. А потом – что? Когда она уже не девушка, когда на ее место куча разных других рвется, когда тора надо не только привлечь, но и удержать… а КАК?!
Вот как можно удержать рядом с собой немолодого и пресыщенного мужчину? Показать ему какие-то чудеса в постели? Тут еще кто и кому покажет!
Любовь? О любви тоже речь не шла, Фирузи послужила чем-то вроде взятки, а что потом с девушкой случится? Да какая кому разница? Дочь от наложницы? Куда ее еще использовать? Только так! Утилитарно…
И что остается? Какой-то невероятный интеллект? Какие-то интересы? Да не смешно! Этому всему учить надо, а кто научит? Слуги? Мать – тряпка гаремная? Отец, который считает, что умная баба – нелепость полная? В результате вызвал тор к себе девушку пару раз, поигрался, да и бросил. Потом еще раз обратил внимание.
Этого оказалось достаточно для беременности. Фирузи была счастлива, а когда родила девочку, еще счастливее стала.
Доченька!
Это ж так хорошо, когда твоего ребенка не убьют! Ну да, замуж выдадут, но дочь тора, даже от рабыни, даже от наложницы, это уже не абы что… может, при ней и матери место найдется. И все бы хорошо, занималась Фирузи ребенком, и ничего ей не надо было, но вот… болеть начала.
Недавно, но сильно, резко и неожиданно. Потеря веса, постоянная тошнота, рвота, понос, головные боли и головокружения…
Подруга подозревала яд. Но куда бежать?
Как докажешь?
Что сделать-то?!
В опустившихся во двор драконах Эсми увидела свой последний шанс. Пусть их только заберут! Ведь и подругу отравят, и малышка болеть начала… что-то она, наверное, с материнским молоком получила, а может, и так подсыпали? Могли ведь, в гареме такие твари, что и младенца удавят!
Я кивнула.
Как тут отказать девчонке?
– Лети к подруге, пусть берет с собой дочь и драгоценности. Вещи не берите, свои дадим, возьмите только во что сейчас потеплее завернуться. Ярина! Майя!
Девочки тут же оказались рядом.
– Каэтана?
– Яри, проводи малышку, чтобы никто не обидел. А если кто решится, – я снова поднесла ко рту рупор, – мы тут весь дворец подожжем.
Девушка опрометью метнулась во дворец. За ней – двое моих девчат.
Из дворца навстречу им показалась фигура сотника Курдюма.
– Эсы! Умоляю!!!
Кажется, наша идея ему не понравилась?
– Вы нашли Санджара? – уточнила я с хозяйственным интересом.
– Да. Санджар Демир получил от Величайшего деньги, вот… пятьдесят тысяч золотом… и еще двадцать… казначейство сказало…
Я усмехнулась.
Жизнь же… это вам не Дюма. Это он мог вложить в уста Людовика Тринадцатого подобное заявление: «Ла Шене, пойдите и поройтесь у меня во всех карманах – не наберется ли сорока пистолей, если наберется, принесите их мне сюда».[21]
Обычно приличные люди выписывают поручения на казначейство, а не вот так, горстью из кармана… хотя для короля это было как подачку кинуть. Позабавил?
Получи монетку…
По королевским размерам, но монетку.
А вот что-то серьезное проходит не так. И Людовик-то был полноправным королем. А Баязет – нет.
Конечно, у принца есть свои доходы, но на что-то реально серьезное их уже не хватит. Кстати – тот же пример. На сорок пистолей можно было прожить в Париже год, не шикуя. Но вот построить дом? Устроить лабораторию? Заниматься наукой?
Нереально. Не те масштабы.
Да и любое государство пожелает иметь такие объекты под своим чутким патронажем. А не отдавать в частные руки.
– Так, а это что?
Я вытащила из груды бумажек одну с печатью. Она уж просто сильно выделялась среди остальных.
Не умею я читать на языке Санторина! Тем более тут такая вязь… не арабская, но завитушек – половина листа.
– Эсса?! – вытаращился на меня эс Курдюм. Я скрипнула зубами.
Забыла про голос… ну и ладно. Вблизи слышно, а вдалеке – нет. Сойдет.
– Эс, я драконарий. Раньше так было и сейчас так есть.
– Эсса… драконарий… Сантор Воинственный!
– Куда мир катится? – с практическим интересом уточнила я.
– Эсса… – Ответом был почти что стон.
Я махнула рукой: