– Др-раконица. Хорошая, – перевела Виола.
Я независимо скрестила руки на груди. И плевать, что меня всю Алимара попросту оплевала, пока смеялась. Понты дороже! Моего страха она не увидит.
Драконица оценила и кивнула.
– Что ты хочешь узнать, человек?
– Меня зовут Каэтана, если что.
– Что ты хочешь узнать, человек Каэтана?
– Я хочу знать, бывали такие нападения, как сейчас, – раньше? Я уверена, что драконы разговаривают между собой, я уверена, что вы многое знаете и помните. Было такое?
– Нет. Разве что первую пару лет…
– Пару лет? Когда?
– Прабабка мне рассказывала, а ей – ее бабка. Когда храмы Аласты еще были активны…
Я схватилась за голову.
– Подожди-подожди. Можно я соображу? Сейчас храмы Аласты и Варта забыты, в них не проводится богослужений, они заброшены, а то и разрушены. Ивея сила богов сосредоточилась в ключевых точках, верно?
– Да.
– Химеры ползут к ним, но поскольку в храмах давно не приносились жертвы и никого не было, они чувствуют храмы достаточно слабо. Попадают в какую-то зону – и начинают ощущать. Верно?
– Да.
– Раньше, когда храмы были активны, они массово ползли к храмам Аласты. Сейчас – нет.
– И снова – верно.
– Ты хочешь мне сказать, что какая-то падла решила приносить жертвы Аласте?!
Алимара шевельнула хвостом. У драконов это равнозначно пожатию плечами.
– Вряд ли это возможно. Храмы забыты, алтари разрушены…
Я вспомнила свое общение с Аластой. М-да. Лишний раз туда никто не пойдет.
– Но теоретически?
– Может быть и такое.
Теперь настал мой черед размышлять:
– Оба нападения были в Санторине. Погоди-ка… Алимара, а ты вообще знаешь о том, как поклонялись Аласте?
– Да. Кровь, вино и мед лили на ее алтари.
– Кровь?
– Желающий пожертвовать богине отдавал свою кровь. По доброй воле. Можно было еще провести ночь возле алтаря, спать там…
– Зачем?
– Богиня могла заглянуть в твои кошмары. И если ты выдержишь испытание самым большим своим страхом, она могла снизойти к твоей просьбе.
– Брр. Интересно, ради чего можно на такое согласиться? – Меня аж передернуло. Судя по всему… кошмары, страх, кровь – вот чем питается богиня? Диета, епт-компот!
Был и у меня свой страх. Может, кому и смешно, но не мне, это уж точно.
Говард Лавкрафт.
Моим страхом были его рассказы. И жуткие Древние, которые готовы вторгнуться в наш мир, и тени над Иннисмаутом[5]…
Иногда я думала, что мэтр и правда заглянул в другой мир. И принес оттуда истории. А свой разум – часть его – оставил в жертву ИМ. Впрочем, сейчас это было неважно.
– Аласта – богиня мертвых. На что бы ты пошла, чтобы она не забирала близкого тебе человека?
Вопрос был словно удар. Ответ получился таким же:
– На все.
Я бы и Ктулху щупальца выдрала. За родных, за близких… плевать мне на все ужасы!
– Вот. Поэтому я и говорю – сейчас такого нет.
– Хм-м-м… интересно, а что есть? Какие вообще жертвы принимала Аласта? Ну, то есть… это же символы, верно?
– Не понимаю? – настал черед удивляться Алимаре.
Я попыталась сформулировать то, что чувствовала:
– Если я правильно понимаю, богам от нас не нужны какие-то материальные вещи. Им нужно нечто другое. К примеру, Лелее – любовь и страсть, Даннаре – желание плодиться и размножаться… как-то так? Сантору – бой? Азарт схватки, восторг победителя, отчаяние побежденного… Правильно?
– Перед алтарем Сантора некогда устраивали поединки. И сейчас устраивают. Бои посвящают Сантору, да…
– То есть энергия боя. А Аласте тогда что?
– Неужели ты еще не догадалась? Боль и смерть. Но смерти она получает и так, а вот боль, страх, ужас…
– Гаввах? – вспомнила я Даниила Андреева.[6]
– Не понимаю.
– Примерно то же самое, но одним словом. Человеческое страдание, человеческий ужас, как-то так.
– Да, наверное. – Алимара еще раз шевельнула хвостом.
– Когда начались нападения химер, народ ломанулся в храмы. То есть приманка была преотличная.
– Потому и храмы забросили. Подметили, что стоит там провести ночь, и туда тянет химер…
– А сейчас их опять тянет. – Я задумалась. – Алимара, скажи, я могу прийти еще раз? Мне надо посидеть над картой, подумать…
– А если я откажу?
– Я все равно приду. Но буду мучиться угрызениями совести, – нагло ответила я.
Драконица ухмыльнулась:
– Приходи. У тебя нет дочери?
– Пока нет. Но если будет – я вас познакомлю, – твердо решила я. – Виола – лучшая, номы и тебе найдем подругу.
– Вырасти дочь и приводи. Посмотрим, – еще раз оскалилась Алимара. – И так приходи, если будет необходимость.
– Приду. Спасибо.
– До встречи.
– До встречи.
И только за утлом, выйдя из пещеры и пройдя еще пару сотен метров, завернув несколько раз за угол и спрятавшись под надежным крылышком Виолы, я позволила себе расплакаться.
– Виола… спасибо тебе!
