Галина Гончарова – Дар целителя (СИ) (страница 102)
И отношения с Ветаной наладятся постепенно.
Отпускать ее Рамон не собирался, раз уж ввязался в этот брак, надо идти до конца, но дать девушке иллюзию свободы? Самостоятельности?
Неужели ему жалко? Пусть поиграет. И не таких приручали, и эту приручим...
С этими мыслями Рамон и уснул. И снилось ему что-то теплое и уютное...
***
Виконту Леклеру ничего не снилось в эту ночь. Он вообще не спал, обдумывая план мести. Вчера было многое. И пьяные сопли, и слезы, и горечь поражения...
Было желание сорвать брачную церемонию, остановило лишь понимание того, что король... мягко говоря - не одобрит.
Похитить невесту?
Не получится, ее хорошо охраняют.
Сука! Гадина, тварь, продажная девка!!!
Я! К тебе! Со всей душой! А ты!
Насмеялась и предпочла другого? Выставила меня за дверь? Не оценила по достоинству?
Так получи в обратную!
И ведь я жениться готов был, не побрезговал, хотя ты, может, и с десятком мужиков уже перевалялась, с-сучка! А ты!
Гер-рцогиня! Ты у меня кровью умоешься, тварь! Благо, я знаю, кто мне в этом поможет!
Действовать самостоятельно благородный молодой человек и не собирался. Вот еще!
Руки марать? Об эту тварь?
Нет уж!
Леклер благоразумно таил даже от себя мысль, что к Ветане его могут не подпустить, а если и подпустят, и у него что-то получится... попасть в руки Белесого Палача?
Лучше самоубиться. Сразу. Выйдет безболезненнее.
А вот чужими руками, осторожно...
Месть?
Да что вы! Справедливое возмездие за попранные чувства и растоптанную любовь! Вот!
И упущенная выгода от удачного брака тут не при чем, так-то!
Леклер умылся и принялся размышлять на тему, как больнее ударить Ветану. Именно ее, и так, чтобы она понимала, как ему больно!
Все же, он был сыном своего отца. Да, юноше были свойственны и порывы души, но чаще всего...
Не выживают в высшем свете искренние и честные, не та среда. Да и от отца юноша много чему научился. Саму предательницу ему не достать, остаются ее друзья и родные. А родных там мало, брат и кузина.
Кто?
С кого начнем?!
***
Кажется, насчет одной кровати была плохая идея, - осознала я с утра. Потому что проснулась наполовину на Рамоне. Лежала, обнимала его, как игрушку...
А что?
Большой, теплый, уютный, а я под утро замерзла, из окна дуло, и одеяло было каким-то тонким...
Пришлось осторожно сползти со спящего мужчины, и отправиться одеваться. Лечебница ждала.
Страшно сказать - она даже работала, хотя из персонала на ногах половина не стояла - отмечали вчера. Хорошо отметили, так, что раны могли одним дыханием дезинфицировать.
Первой на меня наткнулась Линда.
- Вета?
- Я. А что?
- Да... ничего. Просто ты же вчера...
- Рамон не запретил мне работать. И запрещать не будет.
Линда посмотрела как-то странно, но потом кивнула.
- Это хорошо. А то у нас лекари никакие... все в дрова...
Я кивнула и привычно отправилась на обход. А что? Свадьбы там, похороны, хоть что, но люди болеть не перестанут. И лечить их кому-то надо, почему бы и не мне? Пусть даже без дара, ручками, травками, инструментами...
Что я - без своей магии ни на что не способна, что ли?
Я - не только моя магия! Я - Ветана... Моринар? Да... и не собираюсь позорить свое имя. А потому...
- Что тут? Открытый перелом? В операционную!
***
Рамона я увидела только за ужином.
- Вета, добрый вечер...
- Добрый, - устала я за день, как собака, но прожит он был не зря. Лекари оправились только к вечеру, и я с чистой душой удрала из лечебницы.
- Поужинаешь со мной?
- Конечно. Только переоденусь...
- Я подожду.
На то, чтобы обтереться теплой водой, сменить платье и переплести волосы, ушло пятнадцать минут, служанка пыталась помочь, но я цыкнула на нее, чтобы не путалась под ногами. Я и сама привыкла все делать, и быстрее получится. А ты вот, тазик возьми, унеси. И чтобы вода в другой раз была горячей. Лучше я подожду немного, пока согреется...
Рамон удивился быстрому появлению, но ничего не сказал, молча предложив мне руку. Большой столовой мы не пользовались, вместо этого слуги накрыли стол в каминной, и оставили нас вдвоем. Было уютно и спокойно, потрескивали поленья, пахло розами от роскошного букета, мы ужинали, не произнося ни слова. Рамон, судя по всему, тоже набегался за день, и душеспасительным беседам предпочел мясо с овощами. И побольше.
Я тоже не собиралась жертвовать желудком в угоду этикету, так что мы молчали примерно минут сорок. Потом поглядели на десерт - груши в меду и взбитые белки, и дружно поморщились. Настало время поговорить.
- Выпьем? - лукаво улыбаясь, предложил Рамон.
- Наливай, - согласилась я, и получила бокал с морсом. Вкусно...
- Вета, у меня к тебе просьба.
- Да?
- Надеюсь, тебя это не сильно обременит? Я уже понял, что ты убегаешь в лечебницу с утра пораньше...
- Тебя это не устраивает?
- Мы же договорились...
Я кивнула. Договорились, но мне ли не знать, как люди легко меняют все в свою пользу?
- Я хотел предложить тебе другое. Мы ведь семья.