Галина Гончарова – Алые крылья гнева (страница 81)

— Не хотелось бы, но иначе как она еще помощи дождется. И ребенок… точно не выживет.

— А сейчас? — Сергей был весь напряжен, как струна, но не двигался. Верил, что плохого им эта женщина не сделает. Было что-то такое в ее алых глазах с золотым зрачком… они и сейчас оставались нечеловеческими, и становилось ясно — не врет.

— Моя кровь даст ей сил продержаться. Нет, не бойтесь, последствий не будет. Может ребенок будет покрепче, поболеет меньше.

— Да?

— Мы не вредные.

Пашка хихикнул.

— А съедобные?

— А вот это останется моим секретом, — серьезно ответила женщина. — Я потихоньку пойду, помощь скоро приедет, и мне не хотелось бы никому попадаться на глаза. Не рассказывайте обо мне, пожалуйста. Сами вылезли, все сами… повезло. Хорошо?

— Обещаю, — кивнул Сергей. — а камеры?

— А это моя забота.

— Как мы сможем тебя отблагодарить?

— Мне ничего не нужно, — пожала плечами женщина, — да я и не за награду. Так чешуйки легли.

Сергей полез во внутренний карман пиджака за бумажником, зашипел от боли, но…

— Вот, возьми. Моя визитка.

— Сергей Лукошкин, военкомат, врач-невролог…

— Меня найти несложно, а неблагодарной свиньей я отродясь не был.

— Надеюсь, не придется воспользоваться. Но я запомню, — согласилась женщина и сунула визитку в карман. — Не бойтесь ничего, я побуду наверху, пока помощь не окажется достаточно близко. Потом уеду. Только потом.

— Спасибо тебе.

— Я бы вас попробовала поднять, но… ее лучше не трогать. Носилки, и со всей осторожностью. И кровь для переливания… все понятно?

— Да.

— Тогда — удачи.

Женщина поднялась с травы и направилась к мосту, отряхивая джинсы.

— Пап, а как она? — удивился Петя.

Паша не удивлялся. Он всегда знал, что ТАК — можно. Поэтому, когда женщина выпустила когти и быстро-быстро полезла, почти побежала вверх по опоре моста, он даже не удивился.

А что такого?

Просто в мультиках правду показывают! Он теперь точно знает, и в садике скажет! А ему Настька говорила, что мультики врут. И что Деда Мороза не существует!

Вот дура-то!

— Так, ребята. Про эту девушку молчим, понятно? — нарушил тишину Сергей.

Паша кивнул.

— Да, пап. Я за мелким пригляжу, не бойся.

— Спасибо, сынок.

Кристя… беременна! А она ведь и сама не знала, точно…

Жена была бледная, как мел. И губы почти бесцветные, но она дышала. И пульс у нее бился…

А потом наверху послышались сирены, и Сергей выдохнул. Помощь пришла!

— Ну, мужик, вы в рубашке все родились, — говорил спустя четыре часа врач, вытирая пот со лба. — Такое… и все живы, и даже жена твоя ребенка не потеряла. Ей, конечно, у нас еще лежать и лежать, переломы мы собрали, что могли зашили, сотряс пройдет, но все равно — чудо!

Рядом на стуле, крепко обнимая внуков, плакали родители Кристи. Родители Сергея сейчас были в Сочи и приехать не могли, так что плакали по месту пребывания.

Счастье-то какое!

Дети и внуки ЖИВЫ!!!

Такое только в сказках и бывает! Чтобы так повезло…

— Можно ее увидеть? — спросил Сергей.

— Можно. Только в реанимацию я вас не пущу, пусть в себя придет, завтра — послезавтра ее в обычную палату переведут, там и встречайтесь. Я худшего ожидал, если честно, а она молодцом держится, сердечко бьется, и малыш живехонек. Свечку, что ли, сходите, поставьте. Кого-то Господь точно хранит.

— Схожу, — отозвался Сергей.

— Сходим, — поддержала теща — Сереженька, родной, вы сегодня у нас переночуйте, пожалуйста! Нам так спокойнее будет, сыночек!

Сережа покосился на тещу.

Анна Дмитриевна вообще-то его терпеть не могла, и относилась как к таракану особой жирности. Пришел тут, дочку увел, а сам всего лишь врач, не банкир, не министр…

— Может, мы домой лучше.

— Да ты что! Кристинька пока в больнице, и тебе уход нужен, и с детьми ты как управишься, в повязке-то…

— Ну… — замялся Сергей.

Конечно, сложно будет. Но и видеть кривые ухмылки с презрительными гримасами тоже не хотелось, он живой человек.

Анна Дмитриевна словно прочла его мысли.

— Сереженька, если б не ты… у нас бы и дочки не было, и внуков. Я полицейского расспросила, ты же их вытащил… а тот урод, пьяный вусмерть! Убивать таких тварей мало!

— Согласен, — поддержал тесть. — Но его, кажется, судьба и так наказала.

— Да? — Сергей в это не вникал. Его больше своя семья интересовала. И… та девушка обещала, что разберется, вот, она и сделала что-то? Да?

Или нет?

— У него машина всмятку, но это ерунда. А вот что у него там с позвоночником… врачи говорят, что перелом. Это теперь надолго.

— Значит, одной пьяной скотиной за рулем меньше будет, — жестко отозвался Сергей.

Это после аварии? Само? Или та женщина?

Сергею это было неважно. Возмездие пришло, настигло свою жертву вот тут, на земле, и это было хорошо и правильно. Поделом тебе, мерзавец. Ты чуть четыре жизни не оборвал, вот, посиди и подумай о своем поведении.

Сергей так и не узнает ответа, но мучиться этим вопросом не будет. Все правильно.

Хотя это действительно была работа Далины.

Когда она вылезла к своему велосипеду, машина так и стояла, наполовину обняв столб. Далина подумала, подошла поближе… окна не выдержали. И переднее стекло осыпалось, и боковое… дотянуться было несложно. Из-за стеклянного крошева мужчина за рулем и так был весь в порезах. Оставалось только ткнуть его когтем в центр спины, повреждая позвоночник, а там уж пусть лечат, пусть думают, чем его так…

Камер тут нет, Далина уже научилась искать их. Да и были бы — может, она проверяла, жив клиент или мертв?

Она дождалась звука сирен и отправилась по своим делам. Разве что на следующее утро посмотрела новости.

Чудо, как есть.

И Сергей, который дает интервью, рассказывая, как им невероятно повезло, и дети, и даже жену в реанимации показали. И «гонщика», который никогда не сможет ходить…