Галина Герасимова – Ведьмин фонарь (страница 11)

– Теперь-то мы пойдем к дяде? – нетерпеливо уточнил Олли, потирая замерзшие ладони. Похоже, мальчишка с самого начала подозревал, что этим закончится.

Мороз стал крепче – или она просто замерзла? – но если раньше всего лишь щипало нос и щеки, то теперь хотелось хорошенько их растереть, чтобы растопить покрывшую кожу изморозь.

– Может, ты сначала предупредишь своего дядю? – засомневалась Вильма. Она подозревала, что встреча с незнакомкой в собственном доме, нагло напрашивающейся на постой, не лучшее начало для знакомства.

– Да он, может, только к ночи вернется. Днем он дома редко бывает. Что же вам, на улице все это время мерзнуть? – отмахнулся мальчишка, почти скатываясь по горке, минуя ступеньки. Вильма, не рискнув повторить за ним скольжение, сбежала по лестнице следом. – А вы устали, вам отдохнуть надо. Не переживайте, дядя сам просил найти постояльца, еще до моего отъезда. И я знаю, где лежит запасной ключ, – настойчиво повторил Олли.

– Так, может, дядя за это время нашел кого-нибудь еще? – буркнула Вильма, но юнга уже не слушал и уверенно шел вперед. Пришлось поторопиться и догонять под громкие вопли кота, недовольного столь бесцеремонной транспортировкой.

«Подальше» от гостиницы оказалось на окраине Иствера. Пока шли, Вильма крутила головой, рассматривая незнакомый город. Как бы сильно она ни устала, как бы ни хотелось спокойствия, в груди ворочалось любопытство. Ведь она впервые путешествовала! Когда была маленькой, мечтала объездить все страны, посмотреть на диковинки, встретить великих героев, о которых читала в сказках. В непогоду, сидя у камина, мама рассказывала ей о суровом мире вечного льда, где бродят тролли, воют снежные волки, а рыболикие могут утащить под воду.

Сказки оставались сказками, и Вильма не увидела ни среброгривых коней, скользящих по воде, ни чарующих ледяных птиц, рассыпающихся под солнечными лучами в снежинки. И все-таки север удивлял! Конечно, в Маскарте зимы были снежными, но не настолько, чтобы от зданий оставались только дверцы да окошки! При этом некоторые жители умудрялись ходить без рукавиц и шапок. А их шубы?.. Вильма едва сдержала истерический смешок, когда испугалась стоящего к ней спиной «медведя». Стало понятно, откуда пришло поверье, что на севере живут великаны: и без того рослые мужчины и женщины, обряженные в меха, выглядели еще крупнее.

Но, стоит отметить, если на нее как на чужачку и обращали внимание, то самую малость – у жителей и без того хватало дел. Пару раз кто-то окликнул Олли, спросив, как прошло плаванье и все ли здоровы – северный акцент с непривычки резал уши. На этом общение с местными жителями закончилось.

Зато дом, куда привел Олли, был в отличном состоянии: каменный, двухэтажный, с зеленой черепичной крышей, цвет которой было практически не разглядеть из-за снежной шапки. К увитому высохшим плющом крыльцу вела вычищенная дорожка. Кто бы здесь ни жил, в деньгах от постояльцев он явно не нуждался.

Впрочем, стоило попасть внутрь, как Вильма взяла свои слова обратно. Дому явно не хватало хозяйской руки. Изнутри он производил гнетущее впечатление: воздух пропитался сыростью и затхлостью, местами протек потолок, а все, начиная от полок и заканчивая зеркалом в тяжелой чугунной раме, было покрыто толстым слоем пыли. Не верилось, что здесь кто-то жил! Хотя… Вильма пригляделась: на полу виднелись отпечатки сапог, на вешалке висел мужской зонт, а с одной стороны зеркала осталась широкая, будто проведенная рукой полоса. Видно, торопившийся хозяин мельком взглянул в зеркало и вышел на улицу.

Это насколько надо себя запустить, чтобы жить в подобном свинарнике?

Кот снова завозился, и, сжалившись, Вильма опустила корзину на пол и приоткрыла крышку. Семга стремглав выскочил за дверь, но далеко убегать не стал: заинтересовался каким-то кустом в саду и с азартом принялся разрывать под ним снег. Ну, хоть кому-то радость! Вильма прикрыла за ним дверь.

Пока она осматривалась, Олли разжег камин и позвал ее в комнату.

– Здесь гостиная, а дальше налево кухня, – бодро рассказывал мальчишка, показывая чужие владения. – Ванная комната одна, на втором этаже. Там же спальни, две гостевые и одна хозяйская. Дядя Хенли ночует в крайней комнате по коридору, так что советую занять ту, что поближе к лестнице – в ней теплее и не такая скрипучая кровать. Мы с сестренкой раньше ночевали у дяди, когда отец на несколько дней уходил в море. Так, кажется, здесь где-то было запасное покрывало. – Олли открыл платяной шкаф и еле успел отскочить, когда сверху на него шлепнулась меховая шапка, подняв ворох пыли. – Или не здесь…

– Погоди, не суетись, – окоротила мальчишку Вильма. – Сначала я познакомлюсь с твоим дядей, а после начну обустраиваться.

– И сколько ждать будете? Он ведь может до ночи не появиться!

Вильма выразительно посмотрела на мальчишку, и Олли понурился.

– Хорошо, я понял. Давайте я хоть чаю принесу. – В расстроенных чувствах он вышел на кухню, а Вильма закинула шапку обратно в шкаф и зашла в гостиную, попутно отряхивая с плаща прилипшую пыль.

С кухни раздавалось бурчание Олли, и пока его не было, Вильма позволила себе немного полюбопытствовать. Интересно было, что за человек здесь живет, а ведьма лучше других знала, как много вещи могут рассказать об их владельце. Сколько интересных историй ей в свое время поведал антиквариат! Впору писать мемуары, будь Вильма хоть чуточку заинтересована в этом!

На каминной полке стоял целый ряд фигурок из дерева: небольших, но выполненных в необычной манере, словно готовых ожить под пристальным взглядом. Белка, оглядывающаяся и сжимающая в лапах орешек, распушивший хвост тетерев, крадущаяся лиса. Фигурки были проработаны до мелочей. Приглядись, и увидишь каждую шерстинку. Только последняя из фигурок – вставший на дыбы медведь – была выполнена грубо, крупными штрихами. Вильма покрутила ее в руках, гадая, что же задумывалось автором поделки и почему зверь остался незаконченным.

– Положите на место, – раздалось от двери.

Вильма торопливо вернула фигурку и обернулась. В дверях гостиной стоял высоченный мужчина в дубленке, усыпанной снегом, сам похожий на пресловутого медведя. Голубые глаза смотрели колко, а в рыжей бороде пробивалась ранняя седина: несмотря на устрашающий вид, мужчина выглядел моложе сорока. Хотелось бы ошибаться, но он вел себя слишком вольготно, чтобы быть обычным гостем!

– Не люблю, когда трогают мои вещи, – подтвердил ее догадку хозяин дома, проходя в комнату и на ходу разматывая шарф. Интересно, он точно дядя Олли? Они были совершенно не похожи!

– Извините, не хотела обидеть. Просто редко увидишь такие искусно сработанные вещицы, – честно ответила ведьма.

Мужчина с усталым видом опустился в кресло рядом с камином и протянул к огню озябшие руки.

– Кто вы и как здесь оказались? – спросил он с легким раздражением, будто для него было привычно присутствие посторонних в доме.

– Меня зовут Вильма Сенгир. – Она позволила себе очаровательную и немного виноватую улыбку, но на хозяина дома это не подействовало. А ведь она старалась выглядеть мило. – Меня пригласил ваш племянник, Олли.

– Олли только вернулся из плаванья, – оборвал ее мужчина, поморщившись. – Вам стоило придумать легенду поубедительнее.

– Какую легенду? – окончательно запуталась Вильма.

– Не притворяйтесь! Вас ведь прислал Рейдар. Сколько он вам заплатил?

– Боюсь, возникло недопонимание. Я не знаю, о чем и о ком вы говорите, – как можно мягче возразила Вильма. Ей совсем не нравилась ситуация, в которой она оказалась, но звать на весь дом Олли, чтобы доказать свою правоту, было еще глупее.

С минуту мужчина молча изучал ее, а затем неожиданно усмехнулся и резко встал, оказавшись совсем близко.

– А вы хорошо играете! Я почти поверил. – Он наклонился, и Вильма ощутила едва уловимый запах виски, смешанный с запахом мяты. От знакомого аромата, присущего магам, все внутри похолодело. – Но, видите ли, ваши услуги меня не интересуют. Свободны.

Он отшатнулся и указал ей на дверь. Именно этот момент выбрал Олли, чтобы вернуться из кухни с подносом с двумя чашками чая. Так вот откуда пробивался пугающий аромат! Мальчишка бросил в заварку листья мяты. У Вильмы отлегло от сердца. После всех приключений маги чудились ей на каждом шагу!

– Вы уже познакомились? – расплылся в улыбке юнга, не ощущая напряженной обстановки.

– Еще не успели, – ответила вместо растерявшегося хозяина Вильма. – Я как раз представилась. – Она повернулась, выразительно посмотрев на мужчину.

– Хенли Ньюберт, очень приятно, – сквозь зубы произнес он.

– Взаимно, – с такой же натянутой улыбкой ответила Вильма.

Олли их взаимной неприязни не заметил или предпочел сделать вид.

– Госпожа Сенгир ищет жилье. Дядя, у тебя ведь есть свободная комната?

– Есть, – нехотя согласился мужчина. – Надолго?

– До весны.

Вильма не планировала оставаться в Иствере навечно. Дождется, когда корабли снова начнут ходить на континент, и уедет куда-нибудь, где потеплее. Конечно, можно поискать альтернативный вариант жилья – что уж говорить, владелец дома немного пугал, но в их неудачном знакомстве был один важный плюс. Хенли явно дал понять, что как женщина Вильма его не интересует.

Ведьма не считала себя роковой красавицей, ухаживать за которой выстраивается хвост желающих, и не была тихоней-скромницей: у нее случались романы. Чаще короткие и бурные. Достаточно было ухажеру узнать, что она не владелица антикварной лавки, как он загадочным образом исчезал с горизонта. Спустя какое-то время Вильма просто перестала верить льстивым комплиментам и точно не жаждала заводить отношения.