Галина Герасимова – Дорогами пустоши (страница 16)

В отличие от Хаврии, где давно применяли электричество, в Анвенте почти везде использовалась магия, а не высокие технологии. Последних, кстати, сильно не хватало. Несмотря на собственные магические силы, Бенита привыкла рассчитывать на разнообразные поделки мастеров-артефакторов, начиная от элементарных фонариков и заканчивая сохраняющими магию браслетами. Хорошо хоть магические кристаллы продавались.

Квон на заднем сиденье заворочался, и Бенита сбавила скорость. Мужчина сонно потер глаза.

— Я задремал, прости.

— Это ты извини, что разбудила. Мы почти на месте. Подозреваю, что на вечерний променад тебя звать не стоит?

— И тебе ходить не советую. Парни заключают пари, кто первый… добьется твоей благосклонности. — Он явно смягчил последнее высказывание.

— Ты хотел сказать, кто первый затащит меня в постель? — Квон отвел глаза, подтверждая догадку, а Бенита нисколько не удивилась. Хаврия или Анвента — в страже ничего не поменялось.

— И по сколько ставят? — поинтересовалась она, поворачивая на стоянку. Повезло, что успела до комендантского часа.

— По десять кровентов, — нехотя ответил Квон. Тема была щекотливой и неприятной.

— Невысоко они ценят девичью честь, — задумчиво протянула Бенита. — Может, через подставное лицо ставку сделать? — Она покосилась на Квона. — А ты не хочешь поставить?

— Очень хочу. Парочку синяков и шишек зачинщикам, — мрачно ответил он.

То ли подействовало обезболивающее, то ли сон пошел на пользу, но до общежития мужчина дошел сам, без ее помощи, хотя Бениту так и подзуживало взять его под руку и вместе пройтись по коридору. Вот уж было бы сплетен! Но подставлять напарника ради минутной прихоти казалось низко.

Квон уверенно шел сам, а вокруг Бениты собирались желающие пригласить ее на прогулку. Причем отказы по причине «занята», «плохая погода» и «другие планы на вечер», произнесенные на хаврийском, на кавалеров не действовали.

Бенита добралась до своей комнаты и уже успела переодеться, когда вспомнила, что забыла отдать ключ от паромобиля. Напяливать обратно форму не стала, ограничилась тем, что застегнула блузку и, выйдя в коридор, постучалась к Квону. Никто не открыл, а дверь была заперта — Бенита на пробу толкнула ее, чтобы войти.

— Не спится одной? — раздался над ухом корявый хаврийский с ужасным акцентом.

Бенита обернулась. Тот наглый лейтенант, которого они встретили вчера в зале, Нур Лерок, смотрел на нее с ухмылкой, задержав взгляд на тонкой блузе.

— Не стоит судить всех по себе, — ответила Бенита, сдержав желание скрестить руки на груди.

— Хочешь сказать, вы собрались обсуждать дела в половине двенадцатого ночи?

— Это тебя не касается.

Нур сощурил глаза.

— Нечего вынюхивать наши секреты.

— А не то что? Вызовешь меня на дуэль?

Лейтенант скрипнул зубами, но промолчал. Что и ожидалось. Только самоубийца стал бы вызывать на дуэль хаврийца. Бенита выросла в стране, где дуэльный кодекс маги знали лучше молитвы, и со школьной скамьи участвовала в магических дуэлях.

Но откуда такая неприязнь? И главное, к ней лично — или к хаврийцам в целом? Бенита подозревала последнее, и это удивляло еще больше. В последние годы отношения между странами наладились, ходили слухи о политическом браке между наследником Анвенты и племянницей короля Хаврии. Странно, что к гостье-хаврийке отнеслись подобным образом.

— Не думай, что на тебя не найдется управы! — с угрозой начал Нур, но запугать не получилось.

Дверь все-таки открылась, и Квон, сонный и взлохмаченный, появился на пороге.

— Прости, я задремал и не услышал стука, — извинился он перед Бенитой, затем посмотрел на ее собеседника. Тяжелый взгляд пригвоздил того к полу.

Неизвестно, как много Квон слышал из разговора, но лейтенант предпочел проглотить концовку угрозы.

— Лерок, ты переходишь границы. Еще один выпад в сторону моей напарницы, и я приму меры, — кратко и не меняя интонации, предупредил детектив.

— Ты угрожаешь мне из-за хаврийской суч…

Концовку лейтенант договорить не смог, прибитый к стене. Квон держал руку так, что касался его шеи. Жест казался почти безобидным, не будь детектив менталистом, способным в этот момент вывернуть из мужчины все потаенные страхи. По виску лейтенанта скатилась капля пота.

— Ты меня понял? — все тем же спокойным тоном произнес Квон. Кажется, запас терпения менталиста подходил к концу, а может, сказалась близость Пустоши, но сдерживать себя он перестал.

Нур кивнул, и тогда детектив его отпустил.

Поймав полный ненависти взгляд, Бенита поняла, что унижения у нее на глазах Нур точно не простит — ни ей, ни Квону. Заводить врагов в Анвенте было последним, чего хотелось Бените. Но кажется, она успешно перевыполнила план.

Обиднее всего, что ключ-руну от служебного паромобиля, из-за которой начался весь сыр-бор, Квон забирать не стал. Добираться до управления было быстрее и удобнее, чем до загородного дома, где сейчас отдыхала Эрика, и напарник настоял, чтобы Бенита ехала на машине. А чтобы не потерялась, создал ей магического проводника, и теперь в воздухе рядом с девушкой висел наколдованный компас, северной стрелкой указывающий направление к загородному дому.

Компас с утра стал поводом для шуток; особенно коллегам понравилась идея, что таким образом Бенита решила выбрать себе кавалера. Несколько молодых ребят присоединились к пробежке, стараясь бежать «под стрелку». Они явно собирались продемонстрировать силу и выносливость, но сдулись через полчаса после начала тренировки. Бенита с трудом сдержалась, чтобы издевательски не расхохотаться, когда последний хвастун сошел с дистанции.

— А ты жестокая, парни едва на ногах держатся, — заметил Квон, спустившись к тренировочной площадке. Все-таки Бенита верно подметила — обычная одежда шла ему гораздо больше строгой формы, и девушка не отказала себе в удовольствии полюбоваться напарником. Вчерашняя слабость прошла, и выглядел он значительнее бодрее.

— Спорим, после этой тренировки ставка «поймать меня» станет еще больше? — предположила Бенита.

— Тебя это веселит?

— А что удивительного? Я-то точно знаю, что они не выиграют. — Бенита спокойно пожала плечами и добавила, повернув пальцем компас в его сторону: — Главное, чтобы желающих больше не стало. От этих бы отбиться.

— Смотря как высоко поднимутся ставки, — философски заметил Квон.

Продолжению разговора помешал прожужжавший над головами вестник. Конверт упал в руки Бените, и она с удивлением отметила герб семьи на печати. Кажется, вчера своим отказом она разозлила отца сильнее, чем думала, раз он прислал вестника, а не явился сам.

— Не буду мешать. — Квон не стал дожидаться, пока она вскроет письмо. — Увидимся за завтраком или уже днем. — Он махнул рукой, беря легкий темп, и напарники в прямом смысле слов разбежались в разные стороны.

В письме сухим деловым тоном виконт Дениш приглашал ее в выходные на обед. Вот тебе и уютные семейные посиделки! Проигнорировать такое приглашение Бенита не могла, даже если хотела бы.

«Что ж, зато сегодня у меня будет возможность поучиться притворной улыбке у баронессы», — подумала девушка. Торжественные мероприятия она не любила, хотя матушка старательно обучила ее великосветским манерам. Но одно дело вежливо разговаривать с посторонними, в душе изнывая от скуки, и совсем другое — выслушивать нотации от отца. Где-то глубоко в детских воспоминаниях хранились моменты, когда он отчитывал ее за неподобающее поведение, и вспоминать это чувство неловкости Бенита не жаждала.

Вестник сбил весь настрой, и девушка решила не тратить талон на безвкусную кашу. Лучше уж сразу поехать в гости к баронессе. Заодно и аппетит нагуляет. В конце концов, она не могла припомнить случая, чтобы приглашенного гостя не угостили чашечкой чая.

До окраины города Бенита добралась без проблем, а вот дальше пригодился компас. Стоит поблагодарить Квона по возвращении: она не подумала, что за городом не у кого спрашивать, куда ехать. Пусть дом Юфони приобрели в окрестностях столицы всего в десятке миль от города, но девушка рисковала потеряться. Пару раз у развилок она притормаживала и поворачивала по стрелке, пока не добралась до великолепного здания с фигурным кустарником и розовым садом.

Встречать ее вышел лакей, средних лет мужчина с чопорным выражением на холеном лице. При виде старенького паромобиля и брючного костюма гостьи на его лице не дрогнул ни один мускул, словно посещение их дома женщинами-стражами было обычным делом.

— Тьенна Юфони ждет вас в зеленой гостиной, — сообщил слуга, склонившись в вежливом полупоклоне. — Идите за мной.

Зеленая гостиная впечатляла. По сравнению с больничной палатой здесь было намного уютнее и почти не пахло лекарствами; разве что успокоительной настойкой, но аромат последней отлично вписывался в атмосферу. Тяжелые бархатные портьеры широко раздвинули, позволяя солнцу проникнуть в просторное помещение, а на мягком диванчике, подложив круглую подушку под локоток и читая бульварный роман, отдыхала дочь хозяйки дома.

Два дня после возвращения из Пустоши в окружении лучших целителей сделали благое дело, Эрика из невзрачной тени превратилась в интересную юную леди. Порозовели щеки, заблестели глаза. Об остальном позаботились горничные: блеклые волосы убрали в сложную прическу и украсили жемчужной нитью, подобрали нежное кофейное платье. Цветущей Эрика не выглядела, тяжелобольной тоже.