Галина Доронина – Проклятье старинной усадьбы (страница 12)

– Что за гадалка? – заинтересованно перебил меня Вениамин.

Я в который раз пересказала историю нашей встречи с цыганкой.

– Интересная у вас жизнь, – покачал головой мужчина. – Я здесь уже три недели, и со мной не происходило даже десятой доли того, что с вами происходит за день.

– Даже и не знаю, хорошо это или плохо, – хмыкнула я. – В общем, вчера вечером мы пытались узнать, случались ли какие-нибудь страшные вещи в усадьбе, чтобы понять, откуда там могло взяться привидение. Но так ничего толком и не выяснили.

– Этой усадьбе посвящен целый выставочный стенд в музее соседнего городка. Видимо своих достопримечательностей у них не так много, а здесь все-таки памятник старины.

– Интересно, это тот самый музей, про который тетя Дуся рассказывала? – заинтересованно посмотрела на меня подруга.

– А с музеем что не так? – удивился Вениамин.

– С ним все так, просто хозяйка дома, в котором мы сейчас живем рассказала нам жуткую историю про то, как лет двадцать назад этот музей ограбили, а весь персонал застрелили.

– И что сокровища из музея до сих пор не найдены, – добавила я.

– Кстати, о сокровищах. Есть легенда, что в усадьбе спрятан клад, – доверительно сообщила Вениамину Луизка, – так что вполне возможно, что скоро я стану обладательницей несметных богатств.

Услышав такое, Вениамин аж подавился вином, которое пригубил в этот момент.

– Да ладно вам, она шутит, – засмеялась я, – если клад и был, его давным-давно бы нашли.

С обсуждения привидений, усадьбы и возможных спрятанных в ней сокровищ наш разговор перетек на более приземленные темы. Спустя три часа и две бутылки вина мы втроем отправились на прогулку по городу. Вениамин устроил нам настоящую экскурсию. Все-таки не зря он обитался здесь целых три недели. В результате двухчасовой прогулки мы жутко проголодались, поэтому снова зашли в «Белый парус». Вкусная еда, вино и интересная беседа так захватили нас, что мы не заметили, как наступил вечер и наступила пора возвращаться.

Вениамин не просто вызвал нам машину, а изъявил желание проводить до самого дома. Поэтому в машину мы загрузились втроем. Луизка прихватила с собой бутылку вина, но пить в машине никто не рискнул. Дорога до дома была в таких кочках, что все вино в итоге оказалось бы на нас. Смогли бы конкурировать с Петровичем на звание лучшего алкаша деревни.

За разговорами обратная дорога пролетела незаметно. Мы успели обсудить курорты Бали и даже договорились летом съездить на один из них вместе.

– Прибыли, – возвестил Вениамин, наблюдая в окно, как мы подъезжаем к дому, и добавил, обращаясь почему-то ко мне, – надеюсь, что мы повторим нашу встречу.

– Обязательно! – за меня ответила Луизка, отсалютовав ему бутылкой вина.

Вениамин вышел из машины и открыл нам дверь, подав руку сначала Луизке, а затем мне.

– Было крайне приятно познакомиться, – вкрадчиво сказал он, глядя мне в глаза, не отпуская моей руки из своей.

– Взаимно, – улыбнулась я ему, опять чувствуя себя словно кролик перед удавом. Вот как ему это удается? Ведь мы перешли на «ты», можно сказать подружились, я даже прониклась к нему симпатией, а стоит ему взглянуть на меня своими черными глазищами, как внутри меня все сжимается от необъяснимого страха.

– Не прощаемся, – он поцеловал мою руку и наконец отпустил.

Улыбаясь, я развернулась, намереваясь пойти к дому и тут же заметила Санька, который все это время, скрестив руки на груди и облокотясь о косяк входной двери наблюдал за нашим прощанием.

– Смотрю, вы уже новых друзей себе нашли? – спросил он тоном строгого отца, встречающего блудных дочерей, когда мы подошли к крыльцу.

– А что не так? – с вызовом и вопросом на вопрос ответила Луизка. – Девушки любят хорошие рестораны и дорогие курорты и ищут того, кто сможет им это обеспечить. И позволить себе что-то посолиднее деревенского домишки и разваливающейся тачки. Кстати, ты там все доделал? – со снисходительным видом кивнула она на дом.

– Да, барыня, все готово, – с издевкой произнес Санька, – засим спешу откланяться.

С этими словами он быстрым шагом, не оборачиваясь, пошел в сторону своего дома.

– Ну вот зачем ты так с ним? – укоризненно обратилась я к подруге, когда парень отошел достаточно далеко.

– Так, как он того заслуживает, – фыркнула подруга.

Я даже не сразу нашлась, что ответить. Иногда ее привычка судить людей по их финансовому благополучию меня жутко бесила.

– Блин, Луиз, он вообще-то нам просто так помогает! А ты с ним разговариваешь, как с рабом. Надо пойти извиниться.

– Тебе надо, ты и иди. Заодно напомни, что он обещал с нами в усадьбу сходить. Сейчас самое время, пока еще не до конца стемнело.

Я мысленно прикинула, что мое извинение будет выглядеть так, как будто бы это просто повод заставить его стать нашим сопровождающим, и решила поговорить с ним завтра.

– Ну его, сами сходим, – сообщила я подруге. – Только, подожди, я фотокамеру возьму и штатив, хочу провести у себя на странице прямой эфир первого посещения усадьбы и, если успеем, пофоткаться на красивом фоне.

– Классно, бери, буду звездой твоего блога!

Я быстро сбегала в дом, схватила ручной штатив, фотоаппарат, потом, немного подумав, взяла рюкзак, положила туда пару фонариков, плед и два бокала. С бутылкой вина Луизка не расстается, а значит есть шанс сделать на месте классные кадры.

Потом быстро переобулась в балетки – я же не Луизка на шпильках по заброшенным местам лазить – и вернулась к подруге.

– Готова? – спросила она и, увидев мой утвердительный кивок, пошла вперед.

Проходя мимо дома Егора, мы увидели и его самого, разбирающего старенький мотоцикл. Заметив наше приближение, он, даже не здороваясь, быстро юркнул в дом.

– Странный тип, – заметила Луизка, ковыляя на своих каблучищах по дороге.

– Может просто интроверт, – пожала плечами я, аккуратно следуя за ней.

– Кто? – не поняла она.

– Ну ты чего, сейчас же каждый второй психолог про типы личности пишет. Интроверт – это тот, кому хорошо с собой, кому не требуется общение с другими людьми и нравится уединение.

– Нелюдимый, короче, – припечатала подруга.

– Типа того, – засмеялась я. Суперспособность Луизки легко переводить научные термины на человеческий язык меня всегда умиляла.

Между тем уже начало смеркаться. Когда мы подошли к забору, высотой не меньше трех метров, окружающему усадьбу, небо позади здания окрасилось в красно-оранжевые цвета с розоватым отливом, предвещая наступление темноты. Но на горизонте еще виднелся ярко-желтый шар заходящего солнца. И это зрелище просто завораживало своей красотой. На этом фоне усадьба выглядела мистической декорацией к сказкам. От такого величественного зрелища захватывало дух.

– Как классно! – в восхищении прошептала подруга. – Я уже хочу тут жить!

– Хочешь – будешь, – кивнула я ей. – Не вижу препятствий: скажи Леону, что ты в восторге от усадьбы, и он хоть завтра тебе ее купит.

Мы скользнули за ворота, одна створка которых не закрывалась до конца, и довольно быстро приблизились к усадьбе. Вблизи было заметно, как хорошо для своих лет она сохранилась. Мало того, что фасад из темно-серого камня выглядел, как новенький, так еще все окна и двери были в относительной целости и сохранности.

– Пока солнце окончательно не село, давай пофоткаемся, – предложила я.

– А внутрь пойдем, когда совсем стемнеет? – с сомнением протянула Луизка.

– Не дрейфь, я фонари взяла. Зато прикинь, какие сейчас кадры красивые выйдут! Ты же обещала материал для моего блога!

Я быстро переоделась в красивое платье с корсетом, которое идеально подходило по антуражу к старинной усадьбе, а в волосы Луизка мне воткнула красивый фиолетовый цветок, название которого я не знала. Сказать по правде, наши действия в большей степени были продиктованы алкоголем, все еще бродившим в нас. И именно он придавал нам смелость и бодрость. Вряд ли на трезвую голову я, а тем более Луизка поперлись поздним вечером в усадьбу, где, судя по слухам водятся привидения. Но такие мысли не приходили нам в голову, поэтому, расстелив плед и разложив реквизит мы приступили к фотосессии.

Для красоты кадра мы разлили вино по бокалам и, чтобы продукт не пропадал зря, периодически отпивали из них. Скоро вино начало заканчиваться, но от этого нам становилось только веселее и веселее.

Солнце уже практически скрылось за горизонтом, а идеи для съемок все не заканчивались. Вдруг Луизка, которая в этот момент фотографировала меня на фоне усадьбы с бокалом вина, резко замерла.

– Ты чего? – окликнула я ее.

– Слушай, мне показалось, что на втором этаже мелькнул свет, – слегка испуганно отозвалась она.

– Да ладно тебе, это отблески заката, – махнула я рукой.

– Какие отблески? Закат с другой стороны! А здесь в стеклах нечему отражаться! Я даже снимала без вспышки!

Я не могла не согласиться ней. И тут меня осенило:

– Ты ж фотографировала в этот момент! Давай посмотрим на кадрах: есть ли какой-то свет в окнах.

Осознав такой простой способ убедить меня в том, что она права, Луизка начала листать кадры. Я подошла к ней, пытаясь заглянуть через плечо, но там было слишком мелко, чтобы я могла что-то рассмотреть. Внезапно Луизка остановилась на одном из кадров и принялась тщательно его разглядывать, приближая картинку.

– Вот, смотри! – наконец с торжествующим видом воскликнула она и протянула мне камеру.