ГАЛИНА ЧЕРНЕНКО – Лучше поздно, чем никогда (страница 3)
– Ты что забыл, что сегодня это случится в первый раз?
– Ну так пошли, буду проверять, как ты себя берегла.е
Лешка издевался. Они соскучились друг по другу, и Анька думала, что он ее не доведет до постели, а попробует везде. И в подъезде м, и в коридоре, и на балконе. Но все шло, как по насписанию. Ее положили в постель , раздели под одеялом, поцеловали, потискали грудь, раздвинули ноги и вошли. Хорошо хоть все стояло, и Анька словила восторг. Но за время этого акта озверела и сказала:"Вставай, пошли разводится! Такое у меня уже было. С таким сексом лучше в монастыре жить. Крича на весь дом , Анька понимала, как она соскучилась по Лешке, и ещё понимала, что аппетит ее при беременности вырос. Ей бы сейчас раза три подряд, да в разных позах, вот это бы было хорошо. А Леха, как девственник завернулся в одеяло и ни ответа ни привета. Ну и пошел ты! Анька натянула плавки, колготки и пошла поднимать бюстгальтер за тумбочкой .
И вот в этом месте ее разогнули, стянули одежду и посадили на … туда куда надо, прямо перед зеркалом. Она видела свои распахнутые половые губы, клитор, и как входит в нее Лехин гоздь. А ещё она виделкак Леха одной рукой , пальчиком, трогает клитор, а другой рукой прижимает ее к себе. А потом она увидела Лехины глаза,которые смотрели на этот процесс и ожидали ответной реакции. Она развела ноги пошире, оперлась на Лехины бедра и приподнялась. Все было как на ладони. А внутри все шкворчкло от этой картины. Вот Лехина головка зашла в нее, вот вышла , вошла, вышла, пальчик бесстыдный тоже лезет в дырочку. Стыдно то как! А как сладко. Ее жарят перед зеркалом, и она смотрит на это бесстыдство! Ей стыдноооо! Но глаз от этого оторвать невозможно. А ещё Лехин застывший взгляд, который выворачивает ее наизнанку. Как красиво, давай Леша ещё, вставь, вытащи, и пальчиком по клитору, и титечеу в ладонь. О Господи, хорошо то как! Что сделать то, чтобы все взорвалось? И она со всего маху садится на эту кожаную палку! Ура, получилось. А у Лехи нет. И он продолжает тыкать ее мертвую. Ещё три тыка.
Анька разгибается , поворачивается к Лехе, и тянет его на себя:"Давай ещё, ну Леша, ну пожалуйста. Я ещё хочу, прямо сейчас!". Лешка встаёт , идёт на кухню, и возвращается бананом, который подогрел под водой. Анька раздвигает ноги и губы и впускает банан. О, очень хорошо то, что вовремя. Они оба смотрят в зеркало, до Анькиного оргазма. Она кричит, изгибается, и просит ещё. Теперь уже готов и Леха. Анька выворачивается наизнанку, ее колотит, она кричит, и снова после конца требует продолжения. Теперь в ход идёт огурец, а потом снова Леха.
Наконец она успокаивается и Леха, стараясь ее не обидеть, спрашивает:"Аня, что с тобой?".
–Леша, я беременна. Неужели это так бывает?
На следующий день они вместе идут к гинекологу, и врач подтверждает возможность подобного поведения. Всю обратную дорогу они едут. И заказывают на маркетплейсе несколько игрушек специально для Ани. Теперь Леха с ней до тех пор, пока все не обвиснет. А потом в ход идут огурцы, бананы, морковка, и даже цуккини. Они Аньке нравятся больше, чем силиконовые письки.
После рождения сына, они полгода не прикасались друг к другу, а потом попробовали. Зря. Через месяц все началось снова. Отдыхали после рождения дочери. А потом ещё девочка. Больше Анна не беременела. Года три они свыклись с тем, что теперь не зависят от Ануиных гармонов, а потом все стало на привычные рельсы. Раз в неделю они отправляют детей к бабушкам, и устраивают вечер разврата. В подъезде, на чердаке, в подвале, на балконе. И не важно, что им обоим уже по подлиннику, живой интерес к плоти не пропал,и в глазах обоих светится интерес к жизни.
Столько дней потеряно
Санька стоял рядом с фруктовой лавкой на рынке, и выбирал яблоки. Как то очень хотелось разнообразить свой мясной рацион. Краем взгляда он увидел ее и испугался. Замер. Хотел, чтобы прошла мимо и не заметила. А он отдышится, заберет свои яблоки и пойдет домой. Но нет, заметила, подошла. И уже рядом зазвучал знакомый голос:"Привет, Сандро! На яблочки потянуло? А я думала такие большие дядьки едят только мясо!". Ирка уже стояла рядом и всем своим видом показывала, что ждет ответа. Санька поднял голову и сказал:"Привет, а ты что тут делаешь? "
– Резину меняю. Ты что забыл, я живу рядом, могу и просто на этот рынок придти.
– Ну и я тоже живу рядом , мимо шел, решил яблок купить.
– Какие новости есть? Кто умер? Кого в дом престарелых детки сдали? А может кого парализовало? Расскажи , ты же в курсе!
– Да что то особо не слышно про смерти, и параличи. Так что вроде свежих жертв пока нет.
– Ну и слава богу. И ты жив, и я еще резину меняю, день удался.
Санька заплатил за яблоки , попрощался и побежал. Побежал подальше от Ирки. Чтобы не попасть в омут ее глаз, не дать ее голосу заколдовать его разум, да и вообще не дать ей понять, что у него до сих пор от ее присутствия колотится сердце. Все, вроде как выскочил с рынка, можно передохнуть! Это что же такое делается? Ведь сколько лет прошло с тех пор, как они школу закончили. Уже и дети у обоих, и внуки, а ему до сих пор, когда он ее видит кровь в лицо бросается.
А она то наверное и не в курсе, что он в нее влюблен был. На любой ее призыв бежал. Только тогда, когда им было по семнадцать, на ее призыв все парни их околотка сбегались. Лишь бы видеть глаза ее темно карие, губы яркие, подержать за руку, а если удастся и обнять. А она в то время даже не понимала, почему это они все вокруг нее вьются. Мозгов то не было ни у кого. Ни у нее, ни у них, молодых оленей. Так и гарцевали вокруг нее до армии.
А армия многое в той жизни поменяла. Кто в этой самой армии женился, кто наркоту попробовал, кто смерть увидел. Но все пришли оттуда другими людьми, отдалились. А сам он после этой самой армии, в тюрьму сел и надолго. У нее тоже не все гладко было, доходили до него вести из родных краев. Что сейчас то таить, жалел он ее, переживал. Думал, вот выйдет отсюда и поможет ей. Не срослось.
Девяностые нагрянули. Ох и разбросало их всех в то время, кто в торгаши пошел, кто в бандиты. Вообще редко пересекались. А с Иркой он лицом к лицу встретился, когда уж им за сорок было, к пятидесяти. Сердце его подпрыгнуло, и застучало, и забилось в горле. И хоть Ирка сдала, и постарела, и потолстела, сердце все равно билось, как голубь в клетке.
А сейчас она как то выровнялась, похорошела. Молодость конечно не вернешь, но смотреть на нее приятно. А голос, голос вообще не изменился. Как будто она в этой жизни не пила, не курила, матом не ругалась. Голос у нее был, как у той семнадцатилетней Ирки, за которой ухлестывали все пацаны их района. Сашка закрыл калитку, и в собственном дворе почувствовал себя свободным от Иркиных чар.
В следующий раз они встретились через год, на том же самом рынке. Еле ее узнал, под маской лица не видно. Сердце узнало, застучало, запрыгало. Она ответила на приветствие, опустила маску на подбородок и опять тарахтела как тарантас на квадратных колесах. А Саня опять думал о том, что бежать от нее надо. И заторопился, убежал.
Через полгода встретил ее на набережной с внуком. Уморный пацан, спросил у него почему он такой большой, его специально кормят или наследственность такая. А Ирка хохотала. И Сашка вдруг не захотел уходить, хоть сердце стучало и страшно было. Он сел рядом с ней на лавку и почувствовал, как ему хорошо, как в молодости, когда ему повезло и он на одной из вечеринок пригласил ее на танец.
А потом Ирка предложила ему подвезти его домой, все равно живут рядом, как в молодые годы. И Сашка согласился. И пока ехали, пригласил ее к себе на чай, хоть сердце стучало, как бешеное, и щеки пылали. Ирка тоже согласилась. Пока она высаживала у дома внука, Сашка сбегал купил шампанского и красивый торт. А дома выяснилось, что она только торты ест, а шампанское не пьет. И вино не пьет, и водку тоже. Только чай.
Они трепались до самой ночи, обо всем, об одноклассниках, о жизни, о работе. Стемнело. Она стала собираться, а Санька подумал, что он бы умер от счастья, если бы она на ночь осталась. И пока провожал ее до машины , все набирался смелости спросить телефон. Но не набрался и не спросил. Опять расстались без надежды на будущее. Но утром Сашка понял, что он хочет видеть Ирку.
Теперь он стал ходить к себе домой через ее двор, в надежде на встречу. Но ничего у него не получалось. Не попадалась она ему на глаза. А зайти он стеснялся, как то так. Только через три месяца он увидел ее. Она стояла у машины и спорила с каким то мужиком. Он махнул ей рукой, и она, удивительно даже, попрощалась с мужиком и направилась к нему.
– Привет , Санечек, домой идешь? Так тебе же вроде с той остановки ближе?
– Да я привык так, вот и хожу. Может дойдем до меня, чаю попьем?
– Сань, мне сегодня некогда, я в Крым собралась. Давай я сегодня все организационные вопросы порешаю, а завтра приду к тебе на чай?
– В Крым собираешься? Одна?
– Конечно одна, на зиму. Холодно мне здесь и скользко.
– А с тобой можно?– Санька обалдел от собственной смелости.
– Можно , только давай все завтра. А сегодня я самолеты посмотрю, поезда, жилье. В общем завтра в семь вечера буду у тебя, жди.
Санька домой не шел, а летел. С Иркой, в Крым!!! Разве он мог о таком мечтать? А может, если все получится и о другом помечтать можно будет? А ведь он забыл, когда последний раз был с женщиной! А тут раз и Ирка со своим Крымом и в джинсах стало тесно. Надо же, живой. А он то думал, что умер давно в нем мужской дух.