Галина Чередий – Ведьма. Открытия (страница 34)
Как раз в этот момент в помещение вошел мужчина в полицейской форме, топая и сбивая с ног налипший снег.
– Лаптева, да что же такое-то! – прогудел он вместо приветствия. – Каждый день почти! Сколько можно-то?!
Лена на его риторический вопрос только виновато пожала плечами.
– Пошли! – кивнул мне Данила на выход. – А то сейчас еще какими-нибудь понятыми быть припашут.
Глава 23
– Спасибо тебе огромное! – В порыве благодарности я обняла ведьмака со спины, как только мы отошли от кафешки.
А он вдруг резко остановился, вывернулся из моих рук и, повернувшись, уставился мне в лицо. Очень зло так уставился.
– Давай-ка внесем ясность раз и на все время действия нашего договора, Люсек, – процедил он, наклонившись поближе. – Я не повелся ни на твои уговоры, ни на твои жалобные красивые глазки и дрожащие пухлые губки, плевал на такое. Не думай, что, переспав со мной, ты обрела некую власть манипулировать или влиять как-то на мои решения или поступки. Ни вот на столечко. – Для наглядности он продемонстрировал мне практически сомкнутые указательный и большой пальцы. – На меня магия сладких щелок не действует, красота ты синеглазая. Полный, блин, иммунитет. Так что согласился я на это только потому, что нутром чую: помочь этой неудачнице Лене требует ваша сила родовая. Такова, видать, ее природа, зараза. А раз я ближайшее время подписан быть частью вашего дурацкого рода, то вынужден делать то, что угодно вашей дурацкой же силе. Так что уясни – секс у нас был и будет только удовольствия ради, но никак воздействовать на меня с его помощью у тебя не выйдет. Но я не против, чтобы ты пыталась, ты ведь девочка сладкая и отзывчивая, главное, сама не плачь потом, когда ничего выходить не станет и будет жаль, что напрасно ноги развела.
Конечно, его слова прозвучали обидно, но ведь именно задеть ими он меня и хотел, а вовсе не внести больше ясности, как было заявлено. Так что я нашла в себе силы не вспыхнуть и просто спросила:
– Что, уже небось сто раз пожалел, что ввязался?
– Я не баба, не имею привычки делать то, о чем потом буду сожалеть, – огрызнулся Лукин, что, судя по цепкому прищуру, как раз более эмоциональной реакции и ожидал. Но не дождавшись, решил добавить: – Но очень надеюсь, что выхлоп будет достойный, и уж поверь, по истечению срока договора только ты меня и видела. Ты и эта ваша сила срано-альтруистическая меня и сейчас уже подбешиваете изрядно, а что через год будет…
– Да мог бы и не уточнять, я ничего другого и не ожидаю, – кивнула и все же отвернулась, чтобы не выдать, что достал он меня все же, достал. – Так какой у нас сейчас план действий? Будем искать как-то игошку?
Данила молчал как-то очень долго, я уже решила оглянуться, но тут он потопал по снегу мимо меня, слегка задев плечом.
– Не будем мы сами никого искать, – буркнул он, направившись в сторону машины Скорой. – Бесполезно это походу.
– Почему? – Я поторопилась за ним.
– Ща, проясню сначала кое-что.
Ведьмак уверенно подошел к автомобилю, куда как раз собрались грузить прикрытое простыней тело, и нахально остановил санитаров жестом, будто имел на это право. Откинул край ткани и быстро осмотрел лицо и шею мертвеца.
– Эй, вы кто такой? – опомнился один из медиков.
– Инфаркт? – и не подумав ответить, сам спросил Лукин. – Или водяра паленая?
– Да с какой стати… – возмутился все тот же медработник, но Данила выудил из кармана какое-то удостоверение и мельком показал ему. У него что, и корочки фальшивые на подобные случаи жизни есть?
– Экспертиза точно скажет, – неохотно, но все же ответил санитар. – Но по своему опыту скажу: инфаркт все же на фоне общей алкогольной интоксикации. У них с напарником там четыре пузыря пустых в вагончике валяется. Видно, с горя, что застряли из-за снегопада, налакались так. Второй-то до сих пор спит беспробудно, Михална ему капельницу уже поставила.
Угу, только, как понимаю, капельница эта ему ничем не поможет. Ведьмак сказал спать два часа, значит, будет спать.
– А у этого, видать, сердечко и не выдержало, столько выжрать в два рыла. – Они пошли дальше и с грохотом и лязгом погрузили каталку в авто.
– Ну, в принципе, как я и думал, – пробормотал Данила и двинулся теперь к нашему вагончику, но почти сразу, только нам пришлось сойти с расчищенного грейдером участка, остановился, покосился на меня и опустился на колено.
– Давай, залазь, захребетница.
Я выделываться и припоминать нарочито обидные слова не стала и опять забралась ему на спину.
– Значит так, игошка к этому трупу никакого отношения не имеет. Не душегубы они. А то я уже и сомневаться начал, игошка ли у нас тут или какой-нибудь мстительный дух посерьезнее.
– Но ведь Лена говорила, что травились люди, может, и здесь он чего…
– Не может, василек. Допился этот покойник, и все. Игошка нежить беспокойная, шкодливая, много от него убытков, ущерба всякого, но откровенной агрессией к людям и членовредительством они не славятся.
– Ну да, – фыркнула я недоверчиво у его уха, и ведьмак вздрогнул и поежился. – А в меня он печеньками швырял и в тебя вилками тыкал чисто дружелюбно, выходит?
– Люська, не тупи! – зыркнул он, повернув голову так, что наши губы оказались катастрофически близко.
– Что? А! – До меня дошло. – На нас нападал, потому что мы подлунные?
– Наконец-то работа мысли! – язвительно заметил он, но было не обидно, потому что меня посетила еще одна мысль.
– Слушай, а ты мне сначала говорил, что сладу с этими игошками никакого нет, а потом угрожал ему, и он испугался.
– Ага, – ухмыльнулся Данила, словно поощряя меня.
– То есть сам этот безобразник не в курсе, что это все пустые угрозы, так?
– Не совсем пустые, меня если разозлить, василек, я жесть какой упорный и вредоносный стать могу, но по сути верно. Как и то, что узнать нас и опасаться у игошки вроде как поводов нет.
– А он узнал и мигом взъелся. Выходит, дело с подлунными уже имел и зло затаил?
– Моя же ты умница! Затаил или же в курсе, что мы воздействовать на него способны.
– Тогда получается, эта тетка бывшего какая-то подлунная? Если это она сюда эту нежить подсунула.
– Она-она, чую я жо… Интуиция, короче. Но что именно она подлунная, не факт. Может, купила земельку с места захоронения некрещенного младенца с привязанным к ней духом. И порассыпала ее тут везде по чуть. Иначе как бы этот поганец бесплотный шастал свободно по всей территории.
– Слушай, но тогда как же мы сможем ее найти и собрать?
– Никак. Это нереально.
– В смысле? – опешила я. – Мы же не…
– Успокойся, не бросим мы все как есть, Люська. – Ведьмак дотопал как раз уже до нашего вагончика и развернулся, предлагая мне высадиться на верхнюю ступеньку. – Сейчас поваляемся, дожидаясь, пока Лена эта освободится, а потом провернем один фокус, возьмем ее и поедем наносить внезапный визит бывшей ее родне и причинять справедливость.
– Ты собираешься как-то заставить эту подлую тетку собрать все, что она подкинула? – спросила, распахнула дверь и охнула. – Ой, мамочки!
Внутри вагончика царил полный разгром. Оба стула и откидной столик превратились в обломки, постельное и матрас с моей кровати в лохмотья, сам металлический каркас кровати причудливо перекручен, и все это хаотично раскидано по площади вагончика. Исключение составляло только спальное место Лукина и зона вокруг него, которую он окружил еще ночью защитой. И какое же счастье, что все наши сумки с вещами он тоже перетащил туда предусмотрительно.
– Чего там? А, ну ожидаемо. – Не впечатлился бардаком Данила и пошел внутрь, отпинывая со своего пути обломки и тряпье.
Он скинул куртку и ботинки и, как и собирался, завалился на койку и уткнулся в телефон. Я же оказалась в дурацком положении. Даже присесть тут стало негде, только к нему на кровать, а учитывая устроенный им только что сеанс разъяснения положения дел между нами, навязываться было стремновато.
– Василек, топтаться долго будешь? Учти, что эти все формальности полицейские дело не быстрое. Часа два точно нам ждать. – Он с откровенной насмешкой прищурился на меня. – Падай рядом, не дрейфь, поделюсь местечком безвозмездно. В духе нашей общей временной силы все.
У-у-у, язва такая.
– Что бы ты там себе не думал, я не собиралась тобой никак манипулировать, и то, что между нами было… – Я села на край его кровати. – Ну …это просто случилось… без всякого там дальнего прицела воздействовать… и вообще, ты сам это начал.
– Ага, так и есть, – согласился ведьмак и обхватил меня за шею, бесцеремонно заваливая на свое плечо. – Начал.
Я сначала напряглась, но потом забила и поерзала, устраиваясь поудобнее. Данила же поднял свой телефон так, чтобы экран было видно нам обоим, и, к моему немалому удивлению, стал просматривать всякие ролики с забавными животными, в основном котами.
– А что касается Лены, – пробормотала я, невольно начиная улыбаться от наблюдения за очередной умильной выходкой маленького пушистого демоненка, – ну вот как тут не помочь? Нельзя ведь по-другому.
– Цыц, василек! – шикнул на меня Лукин. – Не ломай мне процесс успокоения.
Я и притихла, тоже сосредоточившись на просмотре. Ведьмак сначала хмыкал изредка, потом стал широко улыбаться, заражая этим и меня, а потом уже местами откровенно ржал. А я… я скрытно им любовалась. И еще наслаждалась моментом поразительной уютности, которую дарило тепло его большого тела, надежность мощного плеча под моей головой, густой звук его смеха, запах, возвращающий в момент нашей потрясающей недавней физической близости.