Галина Чередий – Суккуб в квадрате (страница 6)

– Ты хатку такую выбрал, потому что сам древний и ностальгия по прошлым векам замучила? – не смогла помолчать я, но Ленар меня проигнорировал.

Машина замерла у парадного входа. Мы вышли, и меня тут же не слишком вежливо схватил за предплечье один из сопровождавших Ленара инкубов.

– Куда ее? – подал он голос.

И опять же, должна была признать, что голос каждого инкуба – это тоже один из инструментов соблазнения, потому что они звучали так, как только мог звучать настоящий желанный самец, даже если говорил гадости.

– Надо же, а ты не немой! – ухмыльнулась я. – А я-то уже подумала, что в вашей компании только Ленар говорящий, а остальные только трахающие.

Инкуб одарил меня злобным взглядом.

– Ты достала, ведьма, – произнес он со скрытой угрозой.

– Да что ты, я еще и не начинала!

– Вот и не стоит, – и он вопросительно посмотрел на Ленара.

– Ее в спальню напротив моей, – ответил тот и, не глядя больше на меня, пошел вперед.

Инкуб, не выпуская моей руки, втолкнул меня в двери, и мы очутились в огромном роскошном холле дома. Там стоял еще один индивид, поразительно похожий на Ленара. Только черты лица были чуть мягче, и изгиб полных губ более чувственный, чем у главного засранца.

– Надо же, маленький суккуб, неужели ты наконец в нашем доме?! – промурлыкал он, и от его голоса по коже пробежала волна удовольствия и возбуждения.

Но я моментально отбросила от себя это очарование, как мерзкую змею, услышав ненавистное определение. Суккуб. Да, это то, что я есть, и то, за что я себя ненавижу, но не в силах изменить.

– Пошел ты, паразит! – рыкнула я.

– Паразит? – поднял красивую черную бровь новенький. – А она забавная, Ленар!

– Ты находишь?! – фыркнул Ленар. – По-моему, она просто невыносима, Лиам. В комнату ее, Ринар.

– Скоро увидимся, маленький суккуб! – усмехнулся Лиам.

– Еще раз назовешь меня так, и я тебе челюсть сломаю, – пообещала я.

– О, и правда, забавная! Тебе не нравится то, кем ты являешься? Очень жаль, ведь ты огромная редкость и весьма ценна…

– Лиам, захлопни пасть, – одернул его Ленар. – Ринар, ты ждешь пинка для ускорения?

Тот, кого назвали Ринаром, грубо потащил меня к лестнице, поднявшись по которой, мы оказались в коридоре. Хотя, говоря по правде, вся грубость выходила от того, что я целенаправленно, из вредности упиралась и волочила ноги. По пути нам попадались еще инкубы, жадно впивающиеся в меня глазами и ловящие мой запах, даже не скрываясь.

– У вас тут что, инкубская мальчуковая коммуна? Не знала, что вы, ребята, так любите общество друг друга, что живете как пчелки в улье.

– Вообще-то мы строго территориальны, несносная ведьма, – снизошел до объяснений Ринар. – Но в нынешних обстоятельствах это необходимость.

Резко остановившись, он толкнул дверь и бесцеремонно впихнул меня внутрь большой комнаты.

– Скоро принесут одежду, – буркнул он и с громким хлопком отгородился от меня.

Я огляделась. Да, конечно, после облезлой крохотной комнатки в общаге это были королевские апартаменты. Причем говорю это без тени сарказма и иронии. На себе тут явно не экономили. Я видела такие интерьеры только в глянцевых журналах про богатых и знаменитых, которые таскали наши студентки и, обливая слюнями, залистывали до дыр на перерывах. Оценить все, что меня окружало, можно было только как «охрененно роскошно». Я сунула нос в ванную – там все так же шикарно. Кругом мрамор, дорогущая даже по виду плитка и золоченые краны, от которых в глазах бликует.

Но мне все это было до лампочки. Я тут ненадолго, так что привыкать не собираюсь. Сбросив свои видавшие виды кеды, я достала старенький сотовый и решила позвонить Лизе, чтобы объяснить, что меня долго не будет. Но мой раритет сообщил мне, что тут нет сети. Попытавшись несколько раз, я походила по комнате и даже, открыв окно, высунулась с телефоном наружу. Ничего. Ладно. Оглядевшись, я заметила под окном узкий парапет. Выбравшись наружу, прошла по нему до угла здания. Когда проходила мимо других окон, послышались какие-то звуки. Я спокойно дошла до угла и опять попробовала оживить телефон. Без понту. Видно, мой старичок приказал долго жить. Печально. На новый средств не предвиделось.

Неожиданно мое внимание привлекла суета внизу. Несколько инкубов бежали к тому месту, над которым я стояла.

– Стой, не двигайся! – заорал первый подбежавший.

– С чего бы это? – с любопытством спросила я.

– Пожалуйста, не делай резких движений. Мы сейчас принесем лестницу и снимем тебя! – как можно более ласково вещал второй.

Действительно, кто-то помчался за лестницей, а остальные на все лады уговаривали меня не делать глупостей. Как будто я собиралась.

Я присела на парапет и, спустив ноги, откровенно потешалась над усилиями инкубского театра пародий изобразить штатных психологов службы спасения.

– Развлекаешься? – раздался низкий голос над самым ухом, и я, испугавшись, дернулась и тут же соскользнула с узкого парапета. Но сильная рука схватила меня за шиворот и затянула обратно. Я оказалась опять прижата к мощному телу Ленара, а его пылающие яростью глаза прожигали во мне дыру.

– Живо возвращайся к себе в комнату! – прошипел он и, легко развернувшись, пошел по узкому выступу так непринужденно, как будто делал это по пять раз на дню.

Пожав плечами, я пошла следом. Ленар каплей ртути перетек внутрь отведенной мне комнаты и развернулся ко мне. Едва я ступила на пол, хлесткий удар обжег мою щеку. Боль была мизерной, почти неощутимой, но ярость вспыхнула во мне, требуя ответить на удар, однако подавляющая магия сковала тело. Я не могу причинить ему вред. Но как же хочется!

– Зачем ты это сделала? – голос Ленара царапал, как острый ледяной осколок.

Я молчала. Прямого приказа к действию не прозвучало, так что могу забить на его вопрос.

– Отвечай! – рявкнул инкуб.

– Я сестре позвонить хотела, а в комнате сети нет, урод, – произнесла медленно, слизнув кровь с треснувшей губы.

– Идиотка, – констатировал Ленар. – Здесь глушилка стоит. Позвонить можно только с моего разрешения!

– Мне нужно связаться с сестрой! – решила не уступать я.

Ленар подошел ко мне вплотную и, схватив за подбородок, полюбовался результатом своего, так сказать, труда.

– Нравится? – скривилась я.

Вблизи глаза инкуба были совсем не похожи на человеческие. Он изогнул губы, изображая пренебрежительную ухмылку, но ноздри опять выдали его, дернувшись и затрепетав, а ритм дыхания резко изменился, говоря о возбуждении. Зрачки сначала превратились в крошечные точки в море жидкой ртути, а затем стали расширяться, приняв форму чернильно-черных звезд. По краю радужки появилась ярко-голубая кайма и стала поглощать серебро, стремительно двигаясь навстречу пульсирующей черноте. Когда они столкнулись, то словно вступили в противоборство. На секунду я забыла обо всем, потерялась в пространстве, наблюдая за этой завораживающей красотой. Но лишь на секунду, пока не прозвучал его голос:

– О том, что мне нравится, мы поговорим позже и достаточно подробно. А право позвонить нужно еще заслужить! А ты пока этого не сделала.

– Ненавижу! – без выражения прошептала я в лицо Ленару.

Поразительный танец противоборствующих цветов в его глазах моментально исчез, и выплеснулось привычное ртутное серебро. Мимолетное выражение удивления на его лице тут же сменилось обычным холодно-презрительным. Он оттолкнул мою голову так, что у меня позвонки в шее хрустнули, и отвернулся.

– Твоя новая одежда на кровати. Смой с себя запах того гадюшника, в котором жила, и переоденься. Старое барахло сложи в мешок для мусора, прислуга его сожжет. Не собираюсь терпеть эту вонь. Как закончишь, спускайся вниз, пора приступать к работе. И поторопись, ты не отдыхать сюда приехала.

Инкуб покинул комнату стремительно. На кровати действительно стояло множество пакетов, судя по логотипам, из дорогих магазинов. Тут же было и несколько обувных коробок.

Вытряхнув пакеты, я скривилась, как лимона наевшись. Такое явно носить не привыкла. Платья, едва прикрывающие зад, топы, больше показывающие, чем скрывающие, короткие юбки. Никаких джинсов и нормальных футболок. Белье тоже было явно выбрано из соображений эстетического удовольствия созерцателя, а не удобства носителя. Вот уроды, точно ведь издеваются надо мной! В обувных коробках были только туфли на неимоверных шпильках. Швырнув все на кровать, я пошла к двери. Хотелось высказать все, что я об этом думала, но ведь именно этого от меня наверняка и ждали. Так что хрена с два. Защелки на входной двери не было. На двери ванной тоже. Ну да, очередная попытка показать, что я здесь никто. Тоже мне, нашли ранимую натуру.

Выбрасывать свою одежду я точно не собиралась. Аккуратно сложив ее, я запихнула все в рюкзак. Набрав в ванну воды с головокружительно пахнущей пеной, я улеглась, с наслаждением расслабляя все мышцы, но тут же включая мозг.

Итак, зачем я инкубам? Явно, что не для кормления и не для секса. Ленар говорил правду, с этим у них никогда проблем не было. Бессмысленно тратить на это такие деньги, какие драла с клиентов наша сука-наставница, если они всегда и везде могли получить это даром. Как я слышала, женщины сами готовы платить за секс с инкубами, и даже факт того, что он им будет стоить чего-то гораздо более ценного, чем деньги, их не останавливал. Значит, все же оставался мой дар. Но почему-то мне казалось, что это далеко не все. И это конкретно напрягало. К тому же они зачем-то пытались поймать меня оба раза в клубах. Зачем? Просто любопытство? Или, как этот Ринар говорил, они территориальны, а я, видимо, охотилась на чужой земле. Или нет? Смысла гадать нет, сами все расскажут.