Галина Чередий – Одинокая лисица для мажора (страница 36)

Короткое сообщение от Рокси “Все норм. Есть план. Будь на низком старте завтра в одиннадцать! Едем к нам. Лизка будет” вместо того чтобы успокоить, взбудоражило еще больше.

Приехав за мной, она с довольной ухмылкой сообщила мне, что выгляжу я как кусок унылого говна и так мне и надо, а потом по дороге поведала свой план. Ее Камнев с партнерами планировали расширение своего охранного бизнеса. Собирались прикупить несколько бронированных тачек и выйти на рынок охранных услуг еще и с предложением транспортировки ценных и особо ценных грузов, включая и большие суммы денежных средств. Данная тема, оказывается, по нынешним временам стала необычайно популярна. У больших банков свои, понятное дело, службы безопасности этим занимались, но поле невспаханное в виде частников, богатых коллекционеров и прочих граждан, желающих переместить нечто дорогостоящее из точки “а” в точку “б” в сопровождении вооруженной и нелюбопытной охраны, имелось очень обширное. Особая удача, по мнению подруги, заключалась в том, что и сами Камневы, и их партнеры как раз дружно вложились в улучшение собственных жилищных условий и выдернуть сумму на приобретение техники вотпрямосейчас было затруднительно. У какого-то там Шаповалова был, конечно, тесть сильно олигархический, но все орионовцы дружно решили, что брать у него деньги — гемор себе нажить. А бизнес — такая хитрая хрень: если ты не первый в чем-то, то уже просрал шанс. Вот Рокси мне и предложила закинуть мои добытые мордобоем бабки в дело, тем самым став для потенциально готовых прибить меня мужиков почти своим, и заодно обзавестись источником стабильного дохода, никак не связанного с моей семьей.

— Не наше дело? Да ты не оборзел ли? — снова начал интенсивно излучать желание убить меня Камнев.

— Нет. Ты бы позволил лезть в такое к вам с Рокси?

— А ты хрен с пальцем не ровняй! Рокс — жена мне, законная, а ты Лизке кто?

— Ну, допустим, ты ее мужем сразу на свет не народился. И у меня насчет Лиски такие же пипец серьезные намерения, какие и у тебя были. И поэтому я хочу обрести хоть какую-то почву под ногами и расквитаться со своими проблемами с родоками. А что касается тарелок и прочей хозяйственной херни — опять же, никто ни с каким уменьем, кроме как сиську мамкину сосать и гадить в штаны, не рождается. Научусь всему.

— Ишь ты, по ушам ездить словами правильными ты мастер, Каверин, — человек-медведь перешел с рыка на брюзгливое ворчание. — Ладно, вынесу я вопрос на обсуждение с твоим партнерством. Только вы учтите оба, захочет ему Мишка вломить — я слова не скажу, он, как отец, в своем праве! И ты, Рокс, встревать не станешь!

— Яр, ну ты посмотри на него, — потрепала меня покровительственно по волосам подруга, заработав недовольный взгляд супруга. — Ну куда ему вламывать? Он же и помереть так может.

— Ничего, мы ему отсрочку исполнения приговора устроим. Подождем, пока заживет весь, и тогда уж…

По дому разнеслось низкое “Бо-о-ом!”, обрывая кровожадные мечтания Камнева.

— Так, все, мужики. Давайте с этого момента вы не рычите, а мы просто отдыхаем, — пошла Рокси встречать гостей, а у меня все тело, как тетива на разрыв натянутая, зазвенело в предвкушении, запело-загудело в башке: “Лиска-Лиска-Лиска-мо-о-оя!”

— Камнев, знаю, что бешу тебя, но мне не только в этом твоя помощь нужна, — я закрыл кран и повернулся к нему. — Мне нужно кое-кого из Лизкиного прошлого найти и наказать.

— Чужими руками погеройствовать перед девушкой хочешь? — насмешливо скривился он.

— Нет, Лиске знать вообще ничего об этом не надо. Ты мне просто найди людей, а наказывать я сам буду.

— Хм… — он прошелся по мне пристальным взглядом своих глубоко посаженных зенок, как будто выискивал не замеченные сходу изменения. — Ну ладно, поговорим потом. Слышал, что жена моя сказала? Сегодня мы отдыхаем и празднуем ваше спасение. И тут готов признать — сработал ты как надо, Каверин. Из такой жопы и себя, и девчонку вытащил, не зассал.

— От тебя прям пипец как лестно. — И ведь не вранье и не сарказм. От такого, как он, получить не похвалу, но хотя бы оценку со знаком плюс — дорогого стоит. — Но еще просьба. Не надо все этому вашему Корнилову в лоб вываливать, лады?

— Я Мишке врать не стану! Никому никогда не брехал и из-за тебя начинать не намерен.

— Не надо врать. Я сам все скажу. Дайте просто сначала мне с самой Лиской поговорить.

— Угу, поговорить.

— Дядя Яр! — на большую камневскую кухню вбежал пацан, сын Лены, как я понимаю. Я же чуть не вцепился в кухонную стойку, удерживая себя на месте и пялясь неотрывно на дверь. — Мне тетя Роксана сказала, что мы с тобой будем твой джип мыть!

— Э-э-э-эм-м-м… — поднял брови явно озадаченный Гризли. — Ну раз она сказала… то придется тогда его сначала вымазать. А то я вчера речку тут по делу переезжал, а он взял и помылся сам.

Не врешь ты никому, ну да.

— Как насчет того, чтобы взять ключи и поехать с твоим дядей Мишей хорошенько покататься по ближайшему леску? — предложил Камнев.

— А можно? — распахнул глазищи пацан.

— Да запросто.

С радостным воплем мальчишку унесло с кухни, а Камнев уставился на меня.

— Ну и хер ли ты стоишь тут истуканом, Каверин? Беги пользуйся моментом, пока я твою заслуженную п*здюлину отсрочил.

— Спасибо! — поблагодарил я вот реально от всей души и действительно рванул.

Глава 27. 2

— Помочь чем надо? — услышал голос Лиски и увидел ее силуэт, застывший в проеме входных дверей.

Солнечный свет бил ей в спину, рыжие кудряшки под ним пламенем прямо вспыхнули, ослепляя меня. Сама тоненькая, чуть не прозрачная, нереальная прямо какая-то, косыми лучами светила облизанная так, что от ревности и жадности давиться впору. Моя живая свеча, от вида которой у меня и в груди мигом полыхает, и в голове дым-дурман, пальцы сцапать крючит, а уж ширинку рвет просто адски. Сквозняком аромат ее до меня донесло, и я чуть плечом в косяк не врубился, так шатнуло мгновенным опьянением.

— Нет, чего там помогать! — отмахнулась невидимая для меня Рокси. Для меня сейчас все, кроме Лисицы моей, невидимки. — Осталось овощи настрогать, мы с Леной сами. Гуляй, свежим воздухом дыши.

— Уж воздухом я надышалась по лесам, спа…сибо, — на последнем слове моя девочка осеклась, заметив меня. И тут же взгляд ее заметался, как будто она силилась не смотреть на меня ни в коем разе. — Привет, Каверин! Как твои дела?

— Только что стали просто ох…фигительно хороши, — усмехнулся я. Серьезно, мелкая? Ты думаешь, я позволю тебе съехать на светское общение ни о чем, когда все горит огнем внутри. И не у меня одного, вижу это яснее ясного. Твой румянец, тот самый, на который меня еще тогда в моей тачке так повело, выдает тебя с потрохами. Жаркие угли под слоем снега. И трепет резных тонких ноздрей палит тебя.

— Ну… я рада. Ты хоть в больницу хо… — Входная дверь закрылась за ее спиной, отрезая от света и посторонних, и я стоять на месте больше не смог. Рванул вперед, с лету запуская обе пятерни в ее волосы. Запрокинул ее лицо навстречу своему, вдохнул, как будто первый раз за эти сутки, и поймал ее губы своими, проглотив шокированный выдох, что уже через секунду превратился в стон облегчения, сливаясь с таким же моим. Потому что ощущалось все именно так — блаженство от молниеносного исчезновения без конца грызущей боли. Нежности в поцелуе не вышло, она только внутри разливалась, распирала, вот-вот порвусь, но первой была лютая жажда, что крушила мои мозги сразу в пыль. Я пил мою девочку, а не целовал, жадно давился ее вкусом и тискал, нахапываясь ощущением ее тела в моих трясущихся от жадности лапах. Втирал Лиску в себя, заделывая ту самую дыру во всю душу, что выросла всего за одну ночь без нее.

— Совесть есть, Каверин? — раздался грозный окрик Камнева где-то за пределами нашей вселенной, и Лиска дернулась, разрывая наш соленый из-за треснувших обветренных губ поцелуй.

— Твоя комната, — прошептал, не найдя сил обернуться к нему. Ведь для этого я должен перестать смотреть на мою мелкую. Так что не существовало пока никакого Ярослава Камнева в моей сиюминутной системе координат. Чего не скажешь о в миг вспыхнувшей от смущения мелкой.

— Яр, привет! — хрипло приветствовала она хозяина дома, выглянув из-за моего плеча. — Я… спасибо за все!

— Твоя комната, Лись, — повторил я. — Сейчас же.

— Не за что, — откликнулся Гризли. — И идите уже.

Покраснев еще сильнее, Лиска схватила меня за руку и потащила к лестнице тем не менее решительно.

— Роксана сказала, ты поговорить хотел, — едва войдя в комнату, она отпустила меня и отступила. Как бы не так!

Я отвлекся только на то, чтобы подпереть дверь стулом, ведь непрактичные хозяева замком или щеколдой не озадачились.

— Точнее уж — повторить все уже сказанное, Лись, — пошел я на нее, нахально тесня к кровати. — И напомнить, почему все твои доводы против нас вместе — полное говно.

— Стой, где стоишь! — выставила она свою дрожащую руку, останавливая меня в полушаге от себя. Я пожал плечами и плюхнулся на колени, таким образом сократив еще расстояние. И чуть не заурчал довольно, скользнув по ее обнаженным ногам ладонями. Опять в шортах коротеньких, кайф! Но носить такое в люди без меня рядом нужно запретить на хрен! Сука, всегда считал вот эту вот херню в мужиках признаком недостатка мозгов и уверенности в себе. Разве когда ты точно знаешь, что хорош, то морочишься о таком? Наоборот, тащишься, что девку рядом с тобой все глазами жрут, а поимеешь ты. Но, выходит, все не так однозначно. Когда это только твое, то хочется спрятать, а не хвастаться, чтобы кто-то мог бельмами елозить. Чтобы только тебе и для тебя.