Галина Чередий – Иволга и вольный Ветер (страница 44)

Этот утренний секс стал для меня открытием. Нечто совершенно иное, нежели то лютое пламя, что накрывало нас безвозвратно до самого финала обычно. Мягкое скольжение рук, мягкие долгие поцелуи, мягкое вторжение, как будто Ветров вытекал в меня, а не врывался, как всегда. Накатывался волной, погружал в себя, будто растворяя саму мою кожу, делая чувствительной до невозможности. Меня реально трясти стало от сенсорной перегрузки задолго до оргазма, который, показалось, длился и длился, лился хоть и не обычным бешеным потоком, но горячим долгим ручьем.

И вскакивая с дивана Ветрова от резкого звука будильника на телефоне я четко уже понимала — за повторением подобного вернусь неизбежно.

Но дальше только хуже. Ну если так можно охарактеризовать происходящее. Оказалось, что деловой весь из себя бизнесмен Егор Ветров все умеет делать сам. В смысле, вообще все. Когда Яшка перевез меня в город, то всякие хозяйственные хлопоты, как готовка, стирка, уборка стали моими обязанностями сразу и по умолчанию. Причем убирать, стирать и готовить вскоре пришлось на все их богемное семейство. И у меня родились некие подозрения, что предложение Егора имеет в себе отягощение в виде подобных хлопот. И нет, мне не тяжело и не усматривала в этом использования какого-то.

Однако, когда следующим вечером я, с минуту поколебавшись во дворе, переводя взгляд с светящихся окон в доме Ветрова на подъезд напротив, все же поднялась на второй этаж и открыла дверь своим ключом, мой нюх был тут же атакован таким офигенским ароматом жареного мяса, чеснока и специй, что в животе тут же аж зарычало.

— О, ты прям вовремя! — глянул через плечо Ветров, как раз перекладывая со сковороды на блюдо распластанную цыплячью тушку аппетитного золотисто-коричневого цвета. — Давай руки мой и за стол.

Я немного подзависла. Конечно, у меня теперь, благодаря ему и Меньшову, был опыт, когда мужчина тебя кормит. Но в ресторане же, а не стоит дома у плиты! И да, Сойкин тоже не считал самостоятельную готовку чем-то из ряда вон, но все равно, лично для меня до сих пор разве что мама или Лидуська готовили.

— Ты умеешь готовить? — немного бестолково спросила я об очевидном.

— Ну я не шеф-повар, конечно и список моих блюд не слишком обширен, но кое-что могу. — Ветров подошёл ко мне и, широко разведя испачканные чем-то руки, наклонил голову, требуя поцелуя. И, само собой, его получил. — Жизнь в общаге в свое время научила.

— Может и стираешь еще сам себе? — пробормотала под нос уже выходя из комнаты и чувствуя себя почему-то глупо.

Так и есть, присмотревшись, я заметила дальше по коридору в полутьме складную вертикальную комнатную сушилку, на которой были аккуратно развешаны мужские трусы, несколько футболок и носки, а войдя в ванную, я увидела в углу новенькую стиралку, в которой уже вращалось белье. Для кого-то, кто не Валя Иволгина из глухого Ширгалькуля, это может и в порядке вещей, но представить моего отца, Яшку или даже кого-то из братьев, стирающим и развешивающим свои же шмотки мне было очень сложно. Это же чисто бабское занятие.

— Что? — спросил уже за столом Егор, перехватив мой взгляд.

— Ты хорошо зарабатываешь, не жадный, в постели просто космос, готовишь, сам себе стираешь и, как понимаю, убираешь тут тоже без посторонней помощи. То есть, в чисто бытовом плане женщина тебе не особо нужна. Но должно быть что-то, что это уравновешивает. — с улыбкой ответила, пригубляя вино. Сегодня оно было красное и терпкое.

— А у тебя тогда что? — фыркнул Егор.

— В смысле?

— Все тобой перечисленное можно сказать и о тебе. Папик-спонсор тебе не нужен, в быту, даже нелегком деревенском, ты тоже абсолютно самостоятельна. В чем тогда подвох?

— Если мы говорим конкретно о наших отношениях, то, очевидно, это мое стремление все перевести на крайне серьезные рельсы и желание строить далеко идущие планы. — немного поразмыслив, ответила ему.

— Хм… Тогда мой недостаток — я терпеть не могу гладить стиранное белье. Умею, конечно, в армии всему быстро и доходчиво учат, но не люблю. Поэтому сорочки и костюмы сдаю исключительно в прачечные и химчистки.

— Я так-то не об этом, а ты все к ерунде сводишь, Егор. — слегка возмутилась и впилась зубами в сочное мясо. Я тут с самоанализом заморочилась, а у него одни шутки.

Мммм, как же вкусно, однако. Надо рецепт узнать. Хотя, это же такой прикол, когда готовишь не ты, то все кажется вкуснее почему-то.

— Ничего подобного! — отперся Егор, — Я не усматриваю недостатка в твоём стремлении к обстоятельности во всем в жизни, а вот в собственной бытовой неполноценности — да. Ты же — наоборот, считаешь, что это фигня какая-то.

— Давно?

— Что давно?

— Давно не усматриваешь? — хмыкнула я, намекая, что вроде как ещё вчера это было некоей проблемой.

— Уже. — ответил Егор в своей манере.

— И?

— И по факту — все между нами супер. — широко улыбнулся он и мое сердце совершило кувырок.

— Что же привело тебя к этому выводу? — не смогла сдержать ответной улыбки я.

— Ни тебе, ни мне не нужен другой человек рядом, дабы решить какие-либо финансовые или бытовые проблемы. Но при этом — вместе охренеть, как хорошо. Не скрою: я дико рад, что ты пришла сегодня. Просто пришла, чтобы быть со мной. И уверен, что никуда эта радость не уйдет ещё очень-очень долго.

Я ожидала, что он станет подводить все дальше к некоему значимому знаменателю, но Ветров просто ещё шире и заразительнее улыбнулся и всерьез взялся за свою порцию, оставив меня додумывать самостоятельно. Хотя, стоило нам закончить с едой, Егор затащил меня вместе принимать душ и мой разум надолго утратил способность к серьезным размышлениям.

— Так что, какие у нас планы на выходные? — спросил Ветров утром, неохотно расплетая свои загребущие конечности, которыми буквально опутал меня.

— Уффф! — я резко села, чтобы выключить верещащий будильник, но в голове тут же поплыло, ведь внутри еще все дрожало и потягивало после только что пережитого сокрушительного оргазма. — Я готова тебе помочь с покупками, только нужно будет успеть часов до четырех. В пять вечера уходит электричка, хочу на нее успеть, чтобы смотаться домой, а в воскресенье обратно. Маме рожать уже вот-вот, надо проверить, все ли готово, с соседями лишний раз переговорить, чтобы отвезли вовремя.

— А как ты смотришь на то, чтобы субботу все же полностью посвятить местному обустройству? — спросил Егор, садясь позади и целуя меня в плечо и, прежде чем возразила, продолжил. — А в воскресенье уже прямо с утра махнем в твой Ширгалькуль на машине туда и обратно. И быстрее и комфортнее.

— Мне показалось, что созерцание быта сельской глубинки нагоняет на тебя уныние.

— Торчать тут одному будет ещё унылее. — ответил Егор, со вздохом выпуская меня из объятий. — Или ты переживаешь, что твоя мать разозлиться, увидев меня?

— Нет, мне кажется. — покачала я головой, решая. — Она уже давно остыла, да и чем дольше без отца, тем она адекватнее бывает. Что же, если сам предлагаешь, то я не откажусь. А насчёт благоустройства … слушай, я корчить из себя дизайнера интерьеров не собираюсь, конечно, но в эту здоровенную комнату с лепниной нужно какие-нибудь многослойные роскошные портьеры. Может стоит их заказать в каком-нибудь специализированном салоне?

— А может, нам стоит в первую очередь обустроить другую комнату тут? Поменьше и поуютнее? Я-то конкретно в этой обосновался с целью видеть тебя. Раз теперь эта надобность отпала, то как насчёт выбрать?

Я почти опаздывала, но все равно пошла с Егором по всему этажу, осматривая комнаты, которых ещё не видела. Как-то всё не до экскурсий у нас было с Ветровым.

— Ух ты! — восхитилась, когда вошли в самую дальнюю по коридору, угловую комнату.

Не знаю, как там такая планировка по умному зовётся, у нас звали — фонарь. Пять углов, вместо четырех, внешняя стена из трёх частей, в каждом из которых по окну. Как будто комната не в обычном доме, а в башне замка.

— Берём эту? — уточнил Егор, пристально глядя на меня и я закивала, сразу начав представлять, как тут все может быть.

— Сойкина позовём диван перетащить? — перешла сразу к деловой стороне вопроса, торопливо начав одеваться. — И мастера ещё нужно с инструментами, чтобы карнизы повесить.

На это Егор ответил мне только непонятным ”Пффф!”

— Валька, ты хоть предупреждай, что ночевать не будешь! — с легким упреком сказала мне Воронова, как только я бегом влетела в нашу квартиру.

Я то у Ветрова в душе дважды побывала, но хоть быстренько белье сменить и футболку под водолазкой надо.

— Прости. Я что-то… потерялась. — честно повинилась ей.

— Сильно потерялась? — прищурила синие глаза Женька. — Потом жалеть не станешь?

Я застыла на секунду, задавшись тем же вопросом и припоминая собственную четкую установку хранить личную эмоциональную безопасность.

— Есть такая вероятность. Но, если сейчас остановлю себя — буду точно.

— Ладно, — легко отступила Воронова, — Ты просто хоть отзванивайся, что с тобой все норм.

— Хорошо. Жень! Спасибо вам с Мишей за все!

Женя только отмахнулась.

— Давай в темпе, в машине ждём.

Утром в субботу я хотела вырваться из постели чуть пораньше, чтобы завтрак самой приготовить. Но как бы не так, мой безбашенно порочный любовник предложил такую ему альтернативу в позе шестьдесят девять, что о голоде вспомнила только в кафе торгового центра.