Галина Чередий – Иволга и вольный Ветер (страница 36)

— Ветров, единственный до кого тут туго доходит — это ты. Ты свой шанс с Валей просрал, прям феерично причем, не говоря ещё и о помощи твоего предка.

— Ты о чем вообще? — насторожился я. Мой отец и любая женщина, хоть какая, это всегда хреновое сочетание.

— Вы ехать будете? — высунулся из тачки таксист.

— Я о том, что отец твой приходил в гостиницу и сделал Вале некое предложение в свойственной ему, охеренно непосредственной манере. — ответил Меньшов, направившись к машине.

— Что? Эй, а ну стоять! — я догнал его и схватил за плечо. — Какое еще предложение?

Не представляю, чего мой предок мог хотеть от Вали, но в любом случае это было изложено самым паскудным и унизительным образом. Он по-другому и не умеет. Или пресмыкается сам перед теми, кто более влиятелен, или же унижает каждым словом сам.

— Ветров, клешню убери или я тебе реально лицо доломаю. Хочешь поговорить — давай. А приказами тут нечего раскидываться, я тебе не холоп.

— Да кончай ты! Нормально ты можешь мне все рассказать?

— Ты сам-то нормально разве к нам подошел? Какого хрена начал при девушке в меня дерьмом бросаться? Так нормальные мужики себя ведут?

— Что из сказанного мною не является правдой? — я понимал, что реально повел себя по-мудацки, но не признавать же это и каяться перед соперником.

— Правду можно рассказать, а можно в лицо швырнуть, как грязную тряпку. Разница огромна, если ты не в курсе. Лично я не собирался скрывать от Вали ничего о себе, но наше общение не зашло еще настолько далеко, чтобы полную подробную биографию выкладывать. — то есть, они только начали общаться? Аж попустило внутри. — И если ты еще не понял, то этим своим, сука, разоблачением только себе же и подосрал в глазах Вали. Что, раз у самого больше ни шанса, так и другим подгадить надо?

— Меньшов, достал! Не лезь к Вале! Тебе других баб что ли вокруг мало?

— Она — не другие. Такую если встретил — надо хватать и не отпускать.

— Ты, бля, не нахватался? Два раза уже хватал и в ЗАГС бежал и что толку?

— Ветров, чья бы мычала!

— Эй, мужики, а может вы переместитесь сраться куда-нибудь из под наших окон или уже набьете друг другу морды и разойдетесь? — в дверях подъезда появился парень, в котором я сразу опознал Михаила.

— Замечательная идея. — ухмыльнулся я, ткнув пальцем в дом напротив, где жил. — Меньшов, пойдем ко мне. Хорош тут цирк устраивать.

— А пойдем! — согласился он и полез за бумажником, рассчитаться с водилой, но я отмахнулся от него и сунул тому крупную купюру. — Слышь, мужик, смотайся в достойный местный кругляк, пузырь коньяка и зажевать нам привези. В этот дом на второй этаж принесешь.

— Смотрю разговор у вас обстоятельный назревает. — хохотнул Михаил, подходя ближе. — Третьим возьмете?

— Милости прошу. — человек, общающийся с моей Иволгой ежедневно мне ой как пригодиться, судя по тому, как все обернулось. — Как там Валя?

— А ты с какой целью интересуешься? — не спешил пойти на сотрудничество со мной парень.

— Переживаю, что она об мою физиономию руку повредила.

— Заботушка, бля. — фыркнул Меньшов, идущий позади.

— Не жаловалась. У себя сразу закрылась. — ответил Михаил. — Надеюсь реветь опять не станет. Иначе, я присоединюсь к числу людей, желающих дать тебе в морду.

— Занимай очередь за Ромычем, только учтите оба, что без ответочки это только Вале позволено.

— Лыцарь, бля. — снова насмешливо вякнул Меньшов, но я забил.

Отпер дверь и махнул рукой, приглашая. Мои гости вошли и стали осматриваться.

— Пустенько, но чистенько. — прокомментировал увиденное Роман.

— Я-то думал работяги твои пашут круглосуточно, а оказывается это ты за Валькой следишь. — остановился у окна Михаил.

— Не следил. Смотрел.

— Ну я так и понял. — ухмыльнулся парень. — Мы то с Женькой думали, что за это ее бывшего урода натоварить надо, а оно вон чего. Чего ты такого вытворить-то успел за считанные дни, если девчонка до сих пор вся не своя?

Откровеничать желания не было, поэтому молча полез в оставшийся от бывших жильцов старинный пузатый буфет за посудой.

— Давай я тебе расскажу. — предложил Меньшов, скидывая пальто и усаживаясь верхом на скрипучий стул. — У меня, так сказать, более полная картина.

— Серьезно? — удивился Михаил, а я махнул рукой. Пусть рассказывает, как раз узнаю, как все выглядело глазами Вали. Хотя как же бесит тот факт, что она с ним, едва знакомым человеком поделилась. А с другой стороны, я ведь знаю уже какая моя певчая птица. Честная и открытая, ни второго дна, ни грязной подноготной. И ей-то как раз стыдиться нечего.

— Вступление для ясности: Егор у нас практикует исключительно свободные связи с женщинами, — начал Роман. — В смысле абсолютно свободные, типа только кайфануть вместе и досвидос.

— Все мы их практикуем, — тихо фыркнул Михаил, усаживаясь на подоконник. — До определенной женщины, само собой.

— Так вот, он заявился прямо домой к Валентине с предложением вступить в эту самую связь. — продолжил Меньшов и я невольно скривился, чуя в этом ту самую, сука, ответочку за правду, которую можно подать по разному. Из его уст то, как все началось у нас с Иволгой выглядело чем-то мерзковатым.

— И Валька тебя не послала? — изумленно уставился на меня Михаил.

— Посылала, но он был дико убедителен. Че-то там погеройствовал, как я понял, сумел произвести впечатление. Повез в наш родной город, к морю, в роскошный отель, выпендрился по-полной, понимая, что девчонка из глубинки такого видеть не могла и будет в восторге. Короче, вместо своей обычной схемы “посношались-разбежались” он ей откровенно голову задуривать начал.

— Херня. — отмахнулся я. — Не выворачивай, как не было. Я хотел ее порадовать, показать что-то новое. Или мне нужно было подыскать для нашего общения какую-нибудь хату убогую?

Вспомнились и сияющие восторгом глазищи Иволги, ловящей снежинки, как она смотрела на все вокруг и в груди защемило снова. Я ведь тогда от ее эмоций, радости, изумления, смущения и живого любопытства как пьяный ходил.

— Тебе, бля, следовало свалить на хер, как только ты понял, что Валя вообще не такая, с кем ты привык развлекаться. — рыкнул Меньшов. — Но ты решил ее переделать, соблазнить стать такой. Скажешь нет?

— Не скажу, хоть это ни хрена и не твое дело. Но именно потому, что я вовремя понял, что творю все и вышло… как вышло.

— Офигенное оправдание!

Да как же он достал уже! Кто, бля, такой, чтобы судить меня.

— Я не оправдываюсь! Уж не перед тобой точно.

— А что вышло то? — перебил нас Михаил.

— Охрененно интересно и паскудно вышло. В гостиницу заявилась его… ну скажем, давняя подруга, придерживающаяся тех же легких взглядов на секс и отношения. А этот осел не придумал ничего лучше, чем бросить Валю и пойти к ней. А в это время в номер вломился его папаня, который по жизни тот еще у*бок и скот, прости господи, и не выбирая выражений объяснил, что девушка никто и звать ее никак, но это можно исправить, если она залетит от Егора и родит внука-наследника. И не забыл ей, кстати, сообщить, где и в ком в этот момент пребывал наш Ветров.

— Да хорош! — рявкнул я. — С Верой я только поговорил! Ничего не было! Ничего!

— Ну да, разговор вышел таким увлекательным, что ты решил — а ну ее нахрен, эту Валю. Послал ей денег откупиться и билетик на самолет, чтобы домой валила.

Зарычав, я рванулся на Меньшова, но Михаил молниеносно прыгнул вперед прямо с подоконника и встал между нами.

— Стопэ, мужики! — приказал он. — Че за детский сад с мордобоем? В вашем возрасте кулаками такие вопросы уже решать стремно, мозги надо включать.

— Да пошел он! У меня была веская причина не возвращаться тогда к Вале. Ей такой, как я не нужен.

— Момент истины, бля! — вякнул Меньшов.

— Да на хрен иди! В сторону я тоже не отойду, чтобы тебе дорогу уступить.

— Так, походу мы реально без пузыря не разберемся. — вздохнул Михаил. — Где там наш гонец?

Глава 25

Валя

Рука ныла зверски и кожа на одной костяшке треснула, но эта боль, как по волшебству, отменила то постоянное тоскливое чувство нудящей пустоты в груди, жившее во мне последнее время. Укрыться с головой и порыдать точно не хотелось. Что хорошо. Но было кое-что совсем не радующее. В смысле наоборот. Меня дико бесило то, что чертов Ветров выскочил, как черт из табакерки, стоило мне позволить себе проявить интерес к другому мужчине, но и отрицать взрыва совершенно дурацкого ликования от факта, что ему нисколько не все равно было невозможно. И игнорировать голоса, доносящиеся с улицы тоже. Вот и зачем только Сойкин к ним пошел?

— Валь, ты чаю попить не хочешь? — окликнула из-за двери Женька, заставив меня вздрогнуть и отпрыгнуть от занавешенного окна, где откровенно подслушивала.

— Нет, спасибо, я спать! — соврала Вороновой.

А то я не знаю, что вприкуску к чаю меня ждет допрос с пристрастием. А я сегодня уже наотокровенничалась выше крыши. Хотя заснуть мне, даже учитывая выпитое вино, не светит, скорее всего. Сердце до сих пор скачет, причем в основном от того, что я запрещаю себе честно анализировать собственную реакцию на внезапное появление с претензиями Егора.

Он — в край охреневший козлище и я возмущена до глубины души его безмерной наглостью и все на этом. Официальная, блин, версия. А вся эта смута внутри, от которой почему-то по потолку бегать тянет — побочный продукт, который можно и нужно игнорировать.