Галина Бахмайер – Око Пейфези (страница 49)
— Господин директор, а что, если так и должно быть? Мне предписано отдать свою силу. Но ведь вначале следует набрать ее?
— Ваша мощь и без того огромна, — тихо сказал Дамблдор. Взгляд его обычно лукавых глаз был серьезным и озабоченным. — И она растет с каждой минутой, давным-давно превысив любую человеческую. Моего магоскопа уже недостаточно, чтобы замерить ее. Вполне возможно, что только лишь новоприобретенные свойства оберегают сейчас вашу телесную оболочку от разрушения. Но рано или поздно ваш предел будет достигнут, и может случиться беда.
— Ну что за упрямое дитя… — сонно пробормотал один из портретов. Халифа раздраженно покосилась на него и, недоумевая, спросила директора:
— Если это в самом деле так, то где она, эта мощь?! Если не считать случайных всплесков и повышения силы вблизи Бафира, я продолжаю оставаться такой же посредственной колдуньей, как и раньше!
— Я бы так не сказал. Вы и раньше прекрасно проявляли себя в тех областях, где требуется непринужденное использование природной магии: зелья, лечение ран, бытовое колдовство…
— Я выросла среди такого волшебства, — возразила Халифа.
— Что ж, возможно, вам подбирали не слишком подходящие палочки, — предположил директор. Девушка кивнула.
— Мне их всегда дарили. Я никогда не выбирала сама. Но теперь мне вообще не нужна палочка, частица джинна стала частью меня. Правда, я еще плохо управляю ею…
Дамблдор немного помолчал.
— Мисс Дасэби, мне кажется, вы слишком смутно представляете себе всю серьезность ситуации. Давайте я пока положу Око в сейф и…
— Нет! — снова вскинулась Халифа. — Я не могу! Я… я чувствую, что мне нельзя этого делать. Все идет как надо. Вы напрасно волнуетесь. Я захватила из дома сильное успокоительное. Папа приготовил зелье двойной концентрации, — вздохнув, девушка добавила: — Мне нельзя расставаться с Оком. Мне кажется, оно будет… искать меня. И вот тогда точно произойдет беда.
Дамблдор слегка нахмурился.
— Хорошо. Я вынужден положиться на мнение Северуса. Он утверждает, что ваши новые инстинкты всегда подсказывают верный путь. Надеюсь, сейчас тот самый случай. Пока вам стоит немного побыть одной, чтобы успокоиться и восстановить душевное равновесие. Если Око высасывает магическую энергию — ничего не поделаешь. Правда, это добавит мне хлопот — придется каждые несколько часов обновлять защитные заклинания Хогвартса в непосредственной близости от вашей персоны. Думаю, вам стоит поселиться как можно дальше от остальных обитателей…
Когда директор и девушка вышли из камина, их с поклоном встретил домовик, торопливо подхватил какую-то старую щетку и исчез. Халифа осмотрелась и радостно улыбнулась Дамблдору.
— Какая чудесная комнатка! Признаться, я думала, что вы поселите меня где-нибудь в подземельях, под бдительным оком профессора Снейпа.
Директор покачал головой.
— Нет, подземелья — это слишком рискованно в нынешней ситуации. А эта башенка стоит на отшибе, и если что-нибудь произойдет…
Девушка вздохнула. С каждым часом после возвращения из Деште-Лут она все больше убеждалась в том, что артефакт сделал ее, как выражаются магглы, бомбой замедленного действия. А обследование, только что сделанное Дамблдором, только подтвердило ее опасения.
Обустраиваясь в своем новом пристанище, Халифа старалась как можно больше колдовать, ничего не делая вручную. Конечно, затраты магической энергии по сравнению с ее накоплением были ничтожны, но тренировка невербальной беспалочковой магией не повредит.
Голова девушки шла кругом. И было от чего. Слишком уж много информации свалилось на нее за последние сутки. Да еще собрание волшебников в доме Блэков… Орден Феникса… Уж не эту ли птицу имел в виду Мастер зелий?
Словно в ответ на ее мысли, в камине взвилось зеленое пламя, и в комнату шагнул Снейп. Окинул быстрым взглядом комнату, ловко уклонился от пролетающей одежды и сказал:
— Идемте к директору.
— Зачем? — рассеянно спросила Халифа, взмахом руки отправляя последнее платье в шкаф. — Я только что оттуда.
Профессор лишь сделал приглашающий жест в сторону камина. Пламя все еще переливалось зеленым — связь была двусторонней. Девушка вздохнула и подчинилась.
Оказавшись в кабинете директора, Халифа услышала за дверью звук опускающейся спиральной лестницы. Кресло напротив директорского стола было слегка отодвинуто.
— Кто здесь только что был? — подозрительно спросила девушка.
Дамблдор пригласил ее сесть и ответил:
— Вы его хорошо знаете. Гарри Поттер.
— Гарри? Но почему вы не задержали его, если знали, что я сейчас приду? Мы не виделись целый год, это невежливо — даже не поздороваться…
— Вам нельзя с ним встречаться, — отрезал директор.
— И с ним тоже? — с горестным недоумением спросила девушка. — Но ему-то нечего меня бояться.
— Зато вам необходимо как можно дольше избегать встречи с ним. Нежелательно, чтобы Гарри до поры до времени знал о том, что вы живете в Хогвартсе. И то, что я сейчас скажу вам, ему тоже пока знать не стоит. Поверьте, это для вашего же блага.
Насторожившись, Халифа слегка наклонилась вперед, облокотившись о стол, и вся превратилась в слух.
— Гарри станет вместилищем для магии джинна, — без обиняков сообщил Дамблдор.
Если бы директор сейчас объявил о том, что Халифу снова зачислили в Хогвартс, да еще в Гриффиндор, эта нелепая новость и то не произвела бы подобного эффекта.
Девушка почувствовала себя одураченной. Вся та загадочность, которой старательно окружал себя Орден Феникса, вдруг представилась ей бессмысленной игрой, козырем в которой неожиданно оказался скандально знаменитый мальчишка.
Халифа растерянно посмотрела на Снейпа. Тот стоял молча, правда, с таким видом, словно даже сама мысль о подобной возможности была ему противна.
— А… почему? — недоуменно спросила девушка. — Почему именно он?
Директор переглянулся с Мастером зелий и ответил:
— Безусловно, мисс Дасэби, у вас, как у источника силы, есть право знать все. Но в данном случае знание может только навредить. Просто примите это как данность.
Умом Халифа прекрасно понимала явное нежелание Дамблдора посвящать ее в свои планы, но душа турчанки разрывалась между благоразумием и любопытством. Одна ее половина — здравомыслящая, повзрослевшая сторона — даже одобряла осторожность директора. Но ребяческая половинка обиделась, что ей не доверяют важной тайны, и девушку опять понесло.
— О, Мальчик-который-выжил собирается снова победить Темного Лорда! — с ехидной патетикой воскликнула она, будто зачитывая сенсационный газетный заголовок. — Берегись, зловещий монстр! Спасайтесь, кто мо…
— Прекратите! — наконец, подал голос Снейп. Турчанка оставила насмешливый тон, но отнюдь не успокоилась.
— А как же быть с напутствием моего предка? Ведь мою силу нужно отдать птице!
Директор улыбнулся.
— Анимагическая форма Гарри — сокол.
Не сдержавшись, девушка прыснула. С трудом подавив улыбку, светским тоном поинтересовалась:
— Надо же! Совпало само или подогнали результат?
Снейп хмуро покосился на Халифу.
— Это вовсе не забавно.
— Нет, но вы хоть представляете себе, как это выглядит с моей точки зрения?!
— Гораздо лучше, чем вам кажется, — тихо ответил Мастер зелий. — И не только с вашей. Поверьте.
— Но все-таки — почему именно Гарри? — снова спросила девушка.
— Просто поверьте, — повторил директор. — Так надо. У каждого из нас в этой жизни есть определенное предназначение. Исполните свое.
Происходящее начинало напоминать театр абсурда. Вздохнув, девушка закрыла глаза.
Постоянное напряжение последних дней вдруг сменилось полным безразличием.
— У меня нет никакого желания участвовать в вашей войне. Даже слышать о ней больше ничего не хочу, — турчанка опустила голову и глухим голосом объявила: — Ладно, будь по-вашему. Я сделаю то, что должна, а как распорядиться силой — решать вам. Против зла — и это главное. Но после этого вы навсегда оставите меня в покое.
Удовлетворенно кивнув, директор поднялся из-за стола.
— Договорились. У вас будут еще сутки на накопление магической энергии, но дольше ждать опасно. Завтра к вечеру должен прибыть ваш отец, он привезет старинный манускрипт с описанием обряда.
В школе кипела обычная жизнь. Время от времени до слуха Халифы доносились крики, звон и на зависть беззаботный смех. Высунувшись на перемене в окно, она видела внизу гуляющих детей. В ее башенку никто не заглядывал, поблизости не было ни кабинетов, ни жилых комнат, и только редкие совы иногда садились передохнуть на широкий готический карниз. После нескольких часов полного одиночества девушке стало казаться, что о ней забыли. Словно весь мир жил своей обособленной жизнью, и важнейшие события проходили без участия турчанки, оставаясь неведомыми ей.
Впрочем, так оно и было. Она снова оказалась в руках людей, имеющих для нее свои собственные планы. Но, по крайней мере, теперь никто не угрожал ни ей, ни ее родным.
Вечером, незадолго до отбоя, раздался тихий стук в дверь. Халифа подошла и прислушалась. За дверью было слышно чье-то дыхание. Кто-то запыхался, поднимаясь по лестнице, но старался вести себя потише.
— Кто там? — спросила девушка, и тут же вспомнила, что ее комната звукоизолирована. Сняв запирающие чары, Халифа нажала ручку и выглянула в щелку.
На круглой площадке винтовой лестницы, беспокойно поглядывая вниз, стояла Джинни Уизли. Ахнув, турчанка распахнула дверь.