Галина Бахмайер – Огонь джинна (страница 20)
— По полстакана?
— По целому.
Мохаммед резко обернулся.
— Оно не помогает?
Халифа пожала плечами.
— Не совсем. Оно сбивает жар, но не предотвращает его. Когда… — она осеклась.
— Тогда, в сентябре, оно мне очень хорошо помогало. И принимала я совсем чуть-чуть…
Отец задумчиво смотрел куда-то поверх ее головы. И выражение его глаз девушке не понравилось.
— Папа, что со мной? — прошептала она. — Что, уже и этот наркотик перестал на меня действовать?
Не отвечая, Мохаммед принялся передвигать книги на полке. Вытащив несколько томов, он потянулся вглубь, к стене, взмахом палочки отворил невидимую до того дверцу, явив взгляду тайник. Из него он извлек толстый фолиант в шершавом кожаном переплете, снабженном крохотным замочком.
Халифа подошла к отцу и благоговейно коснулась рукой увесистой книги.
— Ты думаешь, причина в этом?
— Не знаю. Надо еще раз все перечитать. Я должен найти ответ, — он поднял руку и потрогал лоб девушки. Дочь помотала головой:
— Нет, днем все в порядке. Только когда я сплю…
Мохаммед обнял ее.
— Не нужно нервничать. Держи себя в руках. Избегай гнева и расстройства. Да, знаю, я всегда так говорю тебе. Но после всего случившегося это стало еще актуальнее. Не позволяй эмоциям выйти из-под контроля. Спокойствие и еще раз спокойствие. Думай только о себе. Не беспокойся понапрасну.
— Папа, это не всегда получается.
— Я знаю, хайби. Может, тебе не стоит возвращаться в школу? Дома тебе будет гораздо лучше. Мы все будем рады утешить тебя. Тебе необходим хотя бы год абсолютно спокойной жизни. А когда все уляжется, ты закончишь учебу.
Халифа отстранилась, мотая головой.
— Я справлюсь, папа. В Хогвартсе все нормально. Я держусь особняком и никто не лезет в мою жизнь. Занимаюсь уроками, читаю книги. Там неплохая библиотека, — она улыбнулась. — Я даже нашла место, где можно спокойно танцевать. И меня там охраняет полтергейст, представляешь!
Мохаммед с умилением любовался ее порозовевшими щеками.
— Я рад, что ты нашла, куда выплескивать энергию. Тебе это пригодится. Я буду делать для тебя зелья посильнее и высылать в Хогвартс. Принимать их станешь не постоянно, а по мере необходимости. На всякий случай возьмешь рецепты, если вдруг что-то закончится — приготовишь сама. Сегодня сделаем первую порцию, посмотрим, как у тебя получится. Жду тебя в лаборатории после обеда.
Он вернулся к столу и положил тяжелую книгу в ящик.
— Вообще-то я еще вчера хотел поговорить с тобой об одном важном деле.
Халифа прошлась вдоль стеллажа, машинально поправляя на полках неровно стоящие книги.
— Важном? И неприятном?
Мохаммед сделал рукой неопределенный жест.
— Как посмотреть… Хайби, о смерти Селима уже стало известно многим…
— Представляю, какие проклятья сыпятся на мою голову, — задумчиво произнесла девушка, проводя пальцами по тисненым корешкам. — И какие сплетни ходят среди наших знакомых…
— Вовсе нет, — успокоил ее отец. — Тебя никто ни в чем не обвиняет. Большинство прекрасно знает, что представляет собой Задейни. Более того… Ты удивишься, но ты еще не успела прийти в себя, а к нам уже стали поступать новые предложения.
— Что?! — вытаращилась Халифа.
— На данный момент к тебе заочно посватались одиннадцать женихов из уважаемых семей.
— Да они в своем уме?! — возмутилась девушка. — Селим только что умер!
— Ты не была ему женой, и носить траур не обязана. Все это понимают. Так же как и то, что новые угрозы со стороны князя — вопрос времени.
— Ты хочешь извести всех подходящих женихов? — мрачно спросила дочь. — Меня прозовут черной вдовой.
— Нет, — отец слегка улыбнулся. — По-настоящему подходящих женихов мы побережем до лучших времен. Но оставаться непомолвленной тебе нельзя. Исмаил может решить, что у него все-таки есть шанс. Я принял одно предложение — от европейской семьи.
Они посватались одними из первых.
Халифа нахмурилась и села в кресло.
— Европейской?
— Да, точнее английской. Ты должна знать их сына, он учится в Хогвартсе вместе с тобой.
Девушку охватили смутные подозрения. Кто там еще додумался до такого?..
— Это семья Малфоев, — подтвердил ее подозрения отец. — Люциус-бей прислал сову с предложением. Нам осталось только встретиться лично. Я все равно собирался сам сопровождать тебя в Англию, заодно и с ним познакомлюсь.
Халифа вскочила и принялась нервно расхаживать вокруг его стола.
— Папа, я надеюсь, до свадьбы не дойдет? Драко мне совершенно не подходит в качестве мужа.
— Не дойдет. Я уже навел справки об этой семье и мне не очень нравится их прошлое. Все, что от тебя требуется — сохранять видимость. За полтора года многое может измениться.
Девушка задумалась.
— Значит, в Хогвартсе уже все знают?..
— Нет, не думаю. Похоже, у Малфоев, как и у нас, свои источники информации. В любом случае — запасись терпением. И… держи младшего Малфоя на расстоянии…
Англичане… Впрочем, ты и сама знаешь…
— Да, папочка. Не волнуйся. Я знаю, как ставить на место.
— Не переусердствуй. Достаточно дать понять, что у тебя есть выбор из числа тех, кто умеет вести себя достойно. А впрочем, — Мохаммед откинулся в кресле, небрежным движением наколдовал перед собой старинную на вид бронзовую лампу и подмигнул дочери. — Я не могу запретить тебе слегка поиграть с ним, повинуясь генам джинна. Ведь ты все равно будешь это делать, верно? Ты не сможешь иначе.
Поняв его намек, Халифа хитро улыбнулась. Веселенький предстоит семестр…
— Драко это не понравится.
После ее ухода Мохаммед отомкнул и полистал фолиант, написанный на древнем фарси.
Закрыл книгу и долго сидел, глядя перед собой невидящим взором. Потом отправился в покои Азиры. Жена уже ждала его. За годы, прожитые вместе, она научилась чувствовать, когда нужна ему.
— Хасан как в воду глядел… — глухо произнес Мохаммед.
Азира разрыдалась.
"…Никому еще не удалось заставить джинна правильно выполнить хотя бы одно свое желание… О коварстве джиннов известно уже давно и поэтому связываться с ними рискуют только люди. Вся проблема в том, чтобы правильно загадать желание, которое джинн обязан выполнить в точности… Джинн выполнит твой приказ так, что ты рад не будешь, и уж обязательно пожалеешь об отданном приказе, получив совсем не то, о чем мечтал…" (Из сказки об Аббасе и крысином короле в пер. Л.Кудрявцева) Платформа девять и три четверти на вокзале Кинг-Кросс была полна народу. Халифа, прищурившись от слепящего глаза снега, огляделась по сторонам.
— Папа… Вон они, рядом с вывеской.
Мохаммед посмотрел туда, куда указала дочь. Под щитом с номером платформы стояли трое. Мужчина, одетый во все черное, с длинными светлыми волосами и властным лицом. Женщина в синей мантии под стать мужу — столь же красивая и надменная. И юноша, поразительно похожий на отца, копирующий даже его манеру держаться. Среди наводнившей платформу шумной толпы студентов и их родителей эта группа выделялась какой-то своеобразной аурой неприступности, все их старательно обходили.
Юноша заметил Халифу, обернулся к отцу и что-то сказал ему. Малфой-старший повернулся навстречу туркам. Мохаммед размашисто зашагал к нему, легко рассекая толпу — статный, высокий, темноволосый с проседью, с гордой осанкой, одетый в бежевый плащ, подбитый золотистым мехом. По правую руку шла дочь, тоже закутанная в плащ на меху, только серебристо-белом — подарок Лейлы, взамен сгоревшей в сумке теплой мантии от мадам Малкин. Чуть позади держался неизменный теперь Мустафа — коренастый, с цепким взглядом и мягкой, степенной походкой осознающего свою мощь хищника. Перед этой группой тоже все расступались.
Во время приветствия и обычного обмена любезностями Халифа заметила, как пристально, словно оценивающе, смотрят на нее Люциус и Нарцисса. От льдисто-серебристых глаз потенциального свекра ей стало неуютно, они словно прожигали ее насквозь.
Мать Драко рассматривала ее с едва заметным одобрением. Девушке внезапно стало смешно — похоже, они и в самом деле рассчитывают породниться с Дасэби. "Интересно, в будущем Драко станет таким же, как его отец?.. Брр…" — Что ж, — сказал Мохаммеду Люциус. — Детям пора садиться на поезд. А вас я приглашаю отправиться к нам в гости, в поместье. Нам нужно многое обсудить, не так ли?
— Вы совершенно правы, — согласился отец Халифы. — Наш разговор не для вокзала.
Я с удовольствием принимаю ваше приглашение, — он повернулся к дочери, ласково приобнял за плечи и произнес по-турецки: — Хайби, ни о чем не беспокойся. Когда этот светский лев покажет мне портреты всех своих предков, и мы, наконец, поговорим о деле, я сразу же пошлю тебе в школу сову. Помни о том, что я говорил, — девушка кивнула, и отец вздохнул. — Иди. Сейчас же.