Гали Коман – Объятые вьюгой (страница 53)

— Как же плохо, — простонала я, откидываясь на спину.

— Как долго она взаимодействовала с рогом Сневера? — спросил незнакомый женский голос.

Я повернула голову, встретившись с сосредоточенным взглядом льдисто-голубых глаз незнакомки.

— Не знаю точно, но уверен, что достаточно, — ответил Ноэль. — Думаешь, есть повреждения?

Незнакомка не ответила. Она проверила мой пульс, затем положила руки в район солнечного сплетения. От её ладоней распространялось приятное тепло.

— Немного нарушена циркуляция, — сказала незнакомка, не сводя с меня глаз. — Нужно полное обследование.

— Что это значит? — с трудом выдавила я. У меня зуб на зуб не попадал, словно от лютого холода.

— Не волнуйся, Мавира, — сказала незнакомка и дотронулась пальцем до моего лба. — Всё будет хорошо.

Я не успела даже подумать, что именно будет хорошо, как провалилась в сон.

Мне виделся рог Сневера. Он горел ярко-красным, как сполохи огня. Безликая фигура, сотканная будто бы из тумана, стояла позади артефакта, молча наблюдая за мной. Я чувствовала великую мощь странного образа, и протянула к ему руки, желая хоть немного получить этой живительной силы.

— Возвращайся, Мави, — услышала голос в своей голове. — Тебе не нужна моя сила, ты справишься и так.

Я резко открыла глаза и уставилась на что-то белое высоко-высоко надо мной. Когда зрение прояснилось, поняла, что это потолок. Больничный кажется. Тело не колотил озноб, не сводила судорога, да и суставы были на месте. Кажется, я в порядке.

Чья-то тёплая ладонь накрыла мою руку.

— Доченька, — услышала я раньше, чем повернула голову.

Горло перехватило.

— Мама? — Я удивилась и испугалась одновременно.

На её глазах выступили слёзы.

— Доченька, — только и смогла повторить она, а потом обняла, положив голову мне на грудь и заплакала. — Я думала мы потеряли тебя. Доченька, ты жива!

Не могла говорить. Меня тоже душили слёзы.

— Мави.

Я повернула голову в другую сторону и увидела отца. Он выглядел совершенно измотанным, осунувшимся, с воспалёнными от бессонницы глазами. Улыбнувшись, он погладил меня по голове, а затем осторожно, будто боясь причинить мне боль, поцеловал в лоб.

— Папочка, — прошептала я, закрывая глаза.

По щеке скатилась горячая слеза. Белые звёзды, как мне не хватало этих объятий, этой ласки. Пыталась затискать всё в самую глубь души, вычеркнуть из памяти, заставить пережить и отпустить, но только сейчас поняла, какой осиротевшей себя чувствовала.

Некоторое время я наслаждалась объятиями родителей. Ещё в первую нашу встречу хотелось, чтобы было именно так.

— Нужно позвать врача, — папа первым нарушил молчание. — Пусть осмотрит и скажет, можно ли тебя забрать. И мы, наконец, сможем вернуться домой.

— Зачем вам меня забирать? — насторожилась я.

Отец поднялся.

— С тебя хватит уже этой сомнительной медицины Грендалиады, дочка. Мы поедем домой, где ты сможешь спокойно восстановиться до конца.

Сердце тревожно забилось.

— Ты же знаешь, что это невозможно. Я вышла замужем и мой дом здесь.

Переводила растерянный взгляд с папы на маму и обратно. Оба молчали, отчего тревога внутри меня только нарастала. Неужели они скрывают от меня что-то важное?

— Где Ноэль? Почему его нет здесь? С ним что-то случилось?

Мама успокаивающе погладила меня по голову.

— С твоим мужем всё в порядке. Он просиживал здесь все эти дни, пока ты была без сознания, но вынужден был уехать на работу. Из-за этого мерзавца, который украл тебя.

— Дэниель жив? — удивилась я.

— И должен ответить по закону, — ответил папа. — Я настоял, чтобы любыми способами ему сохранили жизнь и провели полноценное расследование.

— Ты настоял? — Я потёрла виски. — Совсем ничего не понимаю.

— Как только мы узнали, что тебя украли, — начала мама, — твой папа тут же пошёл в имперский совет и потребовал найти преступника как можно скорее. Он выделил средства на всё необходимое и лично принимал участие в твоих поисках.

— Ну а кому ещё можно было доверить поиски моей дочери? — с возмущением сказал отец. — Твой… эээ… муж, конечно, молодец, действовал решительно и самоотверженно, но вот в том же управлении в первую очередь переживали о своей репутации, чем о жизни людей. Неслыханный непрофессионализм! Я бы выгнал там всех до одного.

— Думаю, так и получится сейчас, раз началось расследование, — ответила я. — Дэниеля утверждали в команду именно в управлении. Хоть он и заверил, что у него там не было пособников, я не верю.

— Тебе и не нужно забивать этим голову, милая, — сказал отец. — Мы уедем из этой треклятой Грендалиады и забудем всё, как страшный сон! И пусть твой Ноэль тысячу раз молодец, но он тоже виноват в том, что тебя украли.

— Папа! Ты не можешь винить Ноэля в таком! Он не мог знать, что подобное случится.

— Он не должен был брать тебя в команду, — отрезал тот. — У тебя нет никакой подготовки для такой работы.

— Глен опытный стихийник, но украли и его, — парировала я, а потом вспомнила, что совсем ничего не знаю о состоянии старого мага. — Глена спасли? Дэниель не успел причинить ему сильный вред?

— Те два мага, которые были с тобой, пока в тяжёлом состоянии, — ответила мама. — Не знаю, что с ними, меня заботило только твоё здоровье.

Два мага. Видимо, второй — это Зенер. Вот так вот помогать одержимому чёрными делами магу — сам окажешься на больничной койке, да ещё и на грани смерти.

— Теперь ты понимаешь, почему я хочу забрать тебя? — не унимался отец. — Тебе опасно оставаться с таким, как Ноэль. Я не сомневаюсь в его любви, верю, что и ты его любишь, но его работа… Пойми, Мави, я не намерен потерять единственную дочь!

— То есть, для тебя важнее, чтобы дочь была живой и несчастной? А разве нельзя умереть от тоски или от печали?

Отец покачал головой.

— Мави, это звучит очень глупо.

— Не настолько глупо, как ставить свои страхи выше счастья дочери!

Он внимательно смотрел на меня. В его взгляде не было ни злости, ни раздражения. Кажется, папа пытался услышать меня и понять.

— Отложим пока этот разговор, — наконец сказал он, — понимаю, что ты сейчас не хочешь слушать здравый смысл. Пойду всё-таки найду врача.

Он вышел, и мы остались с мамой вдвоём.

— Не обижайся на него, — тихо сказала она. — Он места себе не находил, когда узнал, что тебя украли. Даже себя винил, что так разговаривал с тобой в последнюю встречу. И Ноэль ему начинает нравиться… Но ты ведь знаешь, как тяжело твоему отцу принять то, что идёт вразрез его понятиям. Нам нужно чуть лучше узнать Ноэля.

Мама улыбнулась. Почему-то мне показалось, что она уже приняла и полюбила моего мужа.

Дверь в палату приоткрылась и в дверном проёме показалась голова Ноэля. Увидев меня, он просиял улыбкой.

— Я сначала не поверил, что ты пришла в себя, Мави! — Он вошёл в палату с букетом живых цветов. Настоящих цветов!

Мама подмигнула мне и поднялась. Они с Ноэлем поздоровались, и она вышла из палаты.

— Где ты взял живые цветы? — спросила я, одновременно обрадовавшись и удивившись.

— У меня свои секреты, — сказал Ноэль.

Наклонившись, он поцеловал меня в лоб.

— Какое счастье, что ты пришла в себя! Надеюсь, в ближайшие дни смогу забрать тебя домой.

— И ты тоже? — засмеялась я.

Муж нахмурился.