Галатея – Под маской гейши (страница 7)

«А что, если смерть Марины была как-то связана с теми самоубийствами, о которых ходили слухи в студгородке?» – вдруг осенило Рому.

Всё началось в январе этого года, когда сразу же после новогодних праздников в соседнем коттедже повесилась Вера Деникина. К счастью, ее удалось спасти. Правда, девушка потеряла рассудок и попала в психиатрическую больницу.

Спустя пару месяцев с крыши девятиэтажного дома cбросилась Аля Скобчук. Как потом выяснилось, у нее были проблемы с наркотиками.

И вот теперь Марина наглоталась снотворных таблеток.

Как предположил преподаватель психологии Дмитрий Алексеевич Сотников, прибывший в студгородок для оказания психологической помощи студентам, обнаружившим труп Марины, каждая из девушек страдала от депрессии, и первое самоубийство в их кругу послужило своеобразным толчком и примером решения проблем таким безрассудным способом.

Помощь Дмитрия Алексеевича понадобилась не только Роме, который до сих пор не мог прийти в себя после случившегося. У Марининой соседки по комнате случилась истерика. Олеся отказывалась верить в то, что ее подруги больше нет. Весь коттедж погрузился в траур.

К тому моменту, когда Рома доел бургер, он принял решение разобраться в каждом из этих трех случаев. Ему в голову пришла идея написать на эту тему статью для конкурса, объявленного на факультете. А для этого нужно было собрать как можно больше информации о всех трех девушках, решивших свести счеты с жизнью.

В тот самый момент, когда он почти допил кофе, увлеченно размышляя о будущей статье, его мысли прервал Егор.

За эти два дня, с тех пор как друг поселился у него в тот роковой вечер, они толком и не поговорили: то Рома спал до обеда, а потом эфирил на радио, то Егор работал в клубе ночью и отсыпался днем.

– Ромыч, привет! Мне срочно нужен твой совет, – он плюхнулся за его столик.

– ЗдорОво! Валяй. Только у меня лекция через три минуты начинается.

– Короче, я тут долго парился, стоит ли вообще рассказывать об этом кому-нибудь. Но тебе я доверяю. Дело в том, что в нашем центре я случайно кое-что узнал, – Егор нервно взлохматил свои рыжие волосы и, перегнувшись через стол, прошептал. – Походу, моя начальница замешана в темных делишках.

– Селезнева?! Про которую пишут в газетах, что она заслуженный работник нашего края? Губернатор даже премию ей вручил в прошлом году.

– Она самая. В пятницу я уходил с работы практически последним. Там оставалась только Лидия Александровна. На остановке я вспомнил, что забыл зарядку для телефона, и вернулся. В коридоре услышал, как Селезнева с кем-то разговаривала по телефону. Она сказала, что товар будет готов к понедельнику, то есть сегодня. Прикинь, Селезнева торгует наркотой!

– С чего ты взял, что наркотой? Мало ли! Может, она распространяет косметику или товары типа "Amway" или как его там? – предположил Рома.

– Какой еще к черту косметикой! – бурно отреагировал его друг вне себя от негодования.

Егор опять наклонился к Роме и шепотом затараторил:

– Я подслушал конец разговора по параллельному телефону. Она нарочно говорила не по мобильнику, а по стационарному. Сегодня в 18:30 они встречаются в «Хрусте». Помнишь, там туалеты общие? Так вот Селезнева должна войти в крайнюю слева кабинку. Тот тип заранее спрячет деньги за бачком. Лидии Александровне останется только забрать их, оставить там же за бачком товар и идти дальше по своим делам.

– По-моему, они выбрали неудачное место. Вдруг кто-нибудь другой зайдет в кабинку и найдет деньги или товар.

– Ты бы стал заглядывать за бачок в общественном туалете? – усмехнулся Егор. – То-то же! Я бы тоже.

– Ладно, а в чем проблема? Из-за чего ты столько дней паришься?

– Я не знаю что делать. Мне кажется, Селезнева догадывается, что я в курсе. Вроде она спалила меня, когда я положил трубку. Мы должны были на выходных готовить один проект, но я отключил мобильник и переехал к тебе, чтобы она не смогла меня найти, – признался он.

– Да у тебя просто паранойя, братан. Успокойся!

– Как успокоится, если твоя начальница, может, Пабло Эскобар в юбке. А что бы сделал ты на моем месте?

– Ну, куда уж твоей Селезневой до самого известного наркобарона Колумбии! – усмехнулся Рома. – Что бы я сделал?.. Сдавать кого-то с наркотой может означать вырыть себе могилу. ХЗ. Вдруг у нее там «крыша» есть.

– Действительно, – вздохнул его друг, задумавшись о том, что в таком случае обращение в полицию с заявлением на Селезневу могло бы обернуться таким же опасным и бестолковым поступком, как если бы кролик сам побежал к удаву.

– Так что бы ты сделал на моем месте? – переспросил Егор.

Глаза Ромы загорелись.

– У меня есть идея!

Три раза в неделю – в понедельник, среду и пятницу Василиса преподавала французский язык в Школе юной леди при театре моды «Ариэль». Заработанные здесь деньги, пусть и небольшие, вместе с гонорарами от статей в «Островке» помогали ей сохранять хоть какую-то независимость от родителей. Конечно, баловать себя на эти деньги шикарными нарядами или ездить в путешествия она не могла, но для того, чтобы купить любимые духи, сходить в кино или в клуб, ей не нужно было просить деньги у родителей.

С «Ариэль» Василису связывали долгие годы. Ей было четырнадцать лет, когда в городе появился первый и единственный театр моды. «Ариэль» объявил набор девушек для участия в показах мод. Даниэлла, посвящавшая всё свое свободное время блогу о животных, к этой новости осталась равнодушной, а вот юная Василиса и ее закадычная подружка Ника, как и многие девчонки-подростки, воодушевленные триумфом русских красавиц Наташи Водяновой и Ирины Шейк в мире моды, испытали желание стать манекенщицами.

К их великой радости, кастинг прошли обе. В Василисе была изюминка, некое очарование, которое притягивало к ней людей. Взгляд ее серо-зеленых глаз, обрамленных пушистыми ресницами, казалось, светился изнутри, а открытая улыбка с мягкими ямочками была одним из самых сильных орудий кокетки Громовой, которое практически всегда действовало безотказно.

В группе избранных оказалось около пятидесяти девушек. Будущих манекенщиц обучали хореографии, актерскому мастерству, основам макияжа, дефиле и даже психологии. Сначала на этих занятиях Василиса и Ника подружились с Настей, а позже к ним присоединилась Белка, и вот уже долгие годы эта четверка дружила «не разлей вода».

Каждый вечер школьница Василиса пропадала в театре на многочисленных репетициях, ведь «Ариэль» устраивал не обычные показы мод, а целые театрализованные зрелищные представления. Очень скоро они начали выступать на развлекательных мероприятиях города, и о театре заговорили. Счастливые лица девчонок мелькали по местному телевидению, на страницах газет, новостных сайтах и рекламных баннерах.

Благодаря связям директора театра Тамары Андреевны Мироновой, об «Ариэль» очень быстро узнал губернатор Степан Казаков. Он стал их покровителем – выделял деньги на новые коллекции и финансировал участие в различных фестивалях искусств, а взамен в любое время суток, в любую погоду и любой день недели театр по первому же зову должен был выступать на его светских мероприятиях.

Вскоре «Ариэль» начал колесить со своим шоу по всей стране. Девчонки занимались любимым делом, при этом путешествовали и зарабатывали пусть и небольшие, но всё же деньги.

Однако в одиннадцатом классе по требованию отца Василисе пришлось уйти из театра и усиленно готовиться к ЕГЭ. Она поступила в университет и занялась учебой. Закончилось беззаботное школьное время, когда можно было прогуливать уроки, не готовиться к занятиям и на неделю уезжать на гастроли. Декан Громов тотчас бы отчислил непоседливую дочь, если бы она продолжила свою бурную деятельность в театре в качестве модели.

После ухода из «Ариэль» у Василисы сразу же появилось много свободного времени. И она не собиралась терять его даром. Сначала по объявлению нашла работу репетитора по французскому языку, ведь благодаря маме, преподавательнице в гимназии, близнецы прекрасно владели им с самого детства, потом узнала, что газета «Островок» ищет новых авторов. Так Василиса стала внештатным корреспондентом. А перед началом нового учебного года Миронова пригласила ее преподавать la langue française в Школе Юной леди.

Тамара Андреевна решила расширить свой бизнес – у «Ариэль» появилось еще три подразделения: театр-студия детской моды для девочек от пяти до десяти лет, Школа юной леди для девчонок от одиннадцати до тринадцати лет и Школа красоты для девушек от четырнадцати лет и старше. Детям, кроме хореографии и актерского мастерства, преподавали рисование, а у девочек из Школы юной леди и Школы красоты появились такие предметы, как верховая езда, английский и французский языки, эстетика, этикет и искусство макияжа.

Тем временем жизнь артисток театра шла своим чередом. Подруги Василисы тоже принялись «грызть гранит науки»: самая младшая из них – Белка, экстерном окончив школу в шестнадцать лет, стала студенткой юридического факультета университета Воронцова и завела книжный блог, Настя изучала гостиничное дело в филиале московского ВУЗа, расположенного в том же здании, что и «Ариэль», а Андраника, проучившись полтора года в МГИМО на факультете международных отношений, взяла академический отпуск и вернулась в Изумрудный Остров. Теперь она возглавляла детскую студию моды и выступала с театром на показах. А после того как месяц назад вышел в свет ее мистический детектив «Жизнь в подарок» под псевдонимом Ника Кая, Андраника превратилась в самую настоящую сенсацию. Появление в Изумрудном Острове своей собственной да еще такой юной писательницы стало значимым событием, и о Нике принялись писать все местные СМИ, мечтая заполучить фотографии таинственной незнакомки, тщательно скрывавшей свою личность.