Галатея – Безымянная (страница 9)
Я снова зашла на ее страничку и отыскала среди ее друзей Никиту Куркова. Он абсолютно не был похож на того мертвого парня, и его лицо совсем не казалось мне хоть капельку знакомым. Что ж, отличная новость: Эльза – не вдова.
Прошли всего лишь сутки с тех пор, как я очнулась в той квартире на Маршала Бирюзова, а у меня было такое ощущение, как будто это произошло несколько дней назад. И что меня ждет впереди – неизвестно.
С этими мыслями заснула, и впервые с того момента, как я помнила себя, мне приснился сон, похожий на реальность.
Во сне я была маленькой девочкой лет восьми, наверное. Я лежу на животе на ковре с пестрыми ворсистыми узорами, передо мной раскрытая книжка и тарелка с фруктами. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь оконное стекло, танцуют на паркете в россыпи золотистых искр. Это я натерла пол до блеска, а теперь отдыхаю, читая и наслаждаясь вкусом сочного персика и умиротворяющими звуками летнего дня за открытой форточкой с щебетанием неугомонных птиц и веселыми криками мальчишек на детской площадке.
Мой носик улавливает ароматные запахи из кухни, где мама, напевая, хлопочет над праздничным ужином. У нас у обеих отличное настроение, мы взволнованы ожиданием чего-то чудесного, что должно было произойти сегодня. Атмосфера наэлектризована этим предвкушением грядущего праздника.
Потом мама заглядывает в комнату.
– Принцесса, я в магазин за мукой, вернусь минут через десять.
Я киваю и продолжаю читать. Мне слышно, как хлопает входная дверь, как мама торопливо сбегает вниз по ступенькам, как мама вскрикивает… Ее пронзительный крик звенит у меня в ушах. До меня доносятся звуки возни из подъезда, я отчетливо слышу борьбу, удары по перилам, грохот от упавших почтовых ящиков и захлопнувшейся железной двери…
Я вскакиваю на ноги, мчусь к окну и жадно всматриваюсь на происходящее возле подъезда. Мы живем на первом этаже, и густая изумрудная листва тополей не мешает мне видеть, как двое мужчин волочат мою маму к темному фургону, а она пытается вырваться из последних сил. Сердце обрывается, когда я с ужасом замечаю, как на ее голубом платье цвета вечернего неба прямо над животом расползается багровое кровавое пятно…
7.
– Мамочка! Мамочка! Отпустите мою мамочку!
Я кричала в ужасе, заливаясь слезами, и именно звуки моих собственных рыданий вырвали меня из объятий сна. И наяву слезы текли по щекам, а сердце бешено колотилось в груди, словно птица, запертая в тесной клетке. Но, даже очнувшись, я продолжала бормотать «Отпустите мамочку!», не в силах избавиться от леденящего душу страха, завладевшего мной во сне, пока, наконец, не осознала, что это всего лишь ночной кошмар.
Протянув руку, я схватила телефон, и яркий свет экрана пронзил мрак комнаты. 2:05.
После такого стресса сон как рукой сняло. К чему он вообще приснился? Это как отражение моих страхов? Я, словно беззащитная маленькая девочка, одна в этом огромном мире, где незнакомые люди хотят причинить мне вред, и рядом нет мамы – самого близкого человека, способного защитить и поддержать. И почему именно персик был во сне? Я их вообще терпеть не могу.
Вытерев слезы, я сидела в тишине гостиничного номера, в объятиях всепоглощающей тьмы, пытаясь унять гнетущее чувство тревоги, терзавшее мое сердце. И тут я вспомнила слова сотрудницы рум-сервиса про секретное место на десятом этаже с кодовым словом «Гантер» для входа. В голову пришла мысль спуститься в "подпольный" бар и выпить чего-нибудь покрепче, чтобы отогнать неприятный осадок после ночного кошмара. Я наскоро умылась, надела джинсы с уютным теплым свитером под цветом моих серых линз, взяла немного наличных и вышла из номера.
В лифте я столкнулась с пожилой парой. Мое появление их не смутило, и они продолжили яростно спорить, когда я вошла в кабинку.
– Тебя развели как лоха! Невероятно! Пятьдесят тысяч коту под хвост!" – возмущалась женщина.
– Да заткнись ты уже! Сама виновата, это всё из-за тебя! Ты потащила меня туда! – огрызнулся мужчина.
И тут меня осенило.
Решив позвонить ему завтра с утра, я вышла на десятом этаже, и только спустя несколько секунд до меня вдруг дошло, что ссорившаяся пара говорила на французском языке.
Опять двадцать пять. В голове снова, словно взбесившиеся вороны, хором закаркали одни и те же вопросы, и мне захотелось зажмуриться, зажать уши руками и обрести хоть толику тишины. Если бы только можно было унять этот хоровод мыслей!
С помощью волшебного кодового слова "Гантер" я попала в бар. Как ни странно, здесь было довольно людно. И масок на посетителях я не заметила. По-видимому, они относились к той категории людей, которые не верили в вирус и, как Павел из салона связи, считали его средством манипуляции, чтобы запугать народ и на этой волне "оцифровать" население.
Я подошла к барной стойке, украшенной двуглавым орлом, как и всё остальное в этом «Орлином» отеле от ручек и шампуней до полотенец, и заказала бутылку Redd's.
– Тяжелый денек выдался? – ко мне тут же подсел молодой человек с белозубой голливудской улыбкой.
Я промолчала, давая ему понять, что не настроена на разговоры, тем более флирт.
– Если нужно выговориться, я весь внимание! – незнакомец ослепительно сверкнул своими винирами.
Он выглядел удивительно дружелюбным, с этой открытой улыбкой, как будто мы c ним были знакомы целую вечность. Бесспорно, харизматичный. Наверняка его чарам поддался не один десяток девушек. Но мне было не до общения с гостиничным ловеласом.
– Без обид, но мне компания не нужна, – ответила я.
– Ок. Но сначала мы с тобой поднимемся в твой номер, и ты отдашь то, что принадлежит нам. Сама знаешь о чем я.
На этот раз пикапер говорил без улыбки. Его взгляд стал холодным и безжалостным. Он отступил назад и небрежно распахнул куртку так, чтобы я увидела, что он вооружен, и шутки с ним плохи.
В ответ я просто улыбнулась. Глупо спорить с типом, который угрожает оружием, и, судя по выражению лица, настроен решительно. Даже не верилось, что пару секунд назад этот Казанова очаровательно улыбался и был дружелюбным милашкой.
И вот тут, наконец, в моей голове воцарилась долгожданная тишина. Мысли замерли, и я услышала нежный голос Сюзанны Вега, льющийся из радиоприемника.
– Ок, – я расплатилась с барменом и взяла бутылку Реддс. – Вдвоем пойдем или ты без своих нянек ни шагу?
Я кивнула в сторону двух головорезов за столиком неподалеку, которые не сводили с нас глаз и внимательно следили за нашим разговором.
Казанова проигнорировал мой вопрос.
– Оставь бутылку здесь.
– Меры безопасности? – рассмеялась я. – Да, куда уж твоему ТТ против моего Реддса! Вообще странный выбор в наши дни. Он тебе от дедушки достался?
– Не умничай давай! Пошли!
В сопровождении трех незнакомцев я покинула бар и направилась к лифту.
От этой мысли мне стало дурно.
В лифте я повернулась к Казанове.
– Вы вообще хоть знаете, как меня зовут?
– Запугать решила? – он жеманно закатил глаза. – Не прокатит! Нам по барабану кто там твои предки, братья, сестры, любовники или кто там еще. Ты взяла то, что принадлежит нам. И мы это вернем по-любому.
Его зубы так завораживающе сверкнули, что мне захотелось ударить по ним и посмотреть на полет жемчужной россыпи.
– Короче, не знаете, – я нарочно усмехнулась, делая вид, что мне безразлично.
– Знаем. Имя твое – Стерва! – подал голос один из головорезов с короткой толстой шеей, гофрированной в области затылка жировыми складками.
В этот момент лифт остановился, и громила вытолкнул меня в коридор.
– Эй, поаккуратней! – я сбросила его руку со своего плеча. – Держи свои грабли при себе, если не хочешь проблем.