Гала Мрок – Ада (страница 4)

— Кто там пришел?.. — доносится приглушенный голос Бэллы из глубины комнаты.

— Добрая фея, бабуль, — мягко отвечаю я, аккуратно вешая плащ Олли на старую деревянную вешалку у двери.

— Буянит? — тихо уточняет сиделка.

— Ага…

Олли приседает на корточки возле своего коричневого чемоданчика, щёлкает замками. Она открывает крышку, и я вижу аккуратно разложенные инструменты: ампулы, шприцы, салфетки, блистеры. Ловкими, отточенными годами практики движениями она достаёт всё необходимое, вскрывает ампулу с лёгким треском и набирает прозрачную жидкость в шприц.

— Эта вакцина всё исправит, — произносит она уверенно, как человек, который привык верить в силу медицины. — Раз уж её массово внедряют, значит, в ней есть смысл, правда?

Я пожимаю плечами, следя за ее спокойными движениями.

— Наверное… — наконец отвечаю я. — Нас вакцинировали перед вылетом. Выбора не дали…

Из спальни Бэллы появляется Кайл. Его лицо озаряет та самая фирменная улыбка — ослепительная, обезоруживающая, способная растопить сердце любой женщины. Он словно на мгновение включает какой‑то внутренний свет.

— Добрый день, — его голос звучит ниже обычного, бархатно и обволакивающе, будто специально созданный для того, чтобы успокоить и расположить. — Я Кайл.

Он протягивает руку. Олли пожимает ее:

— Олли. Могу я пройти к пациентке?

Кайл галантно отступает в сторону, широким жестом приглашая её войти:

— Разумеется, позвольте вам помочь. Сегодня бабуля не в настроении.

Я тихо следую за ними в спальню. Бэлла лежит на кровати, обхватив старого плюшевого кота — потрепанного, с одним глазом на нитке. Она прижимает его к груди, как ребенок, ищущий защиты.

— Я уже ко всему привыкла, — философски произносит Олли, осматривая комнату. — В этом районе одни старики живут — брошенные, забытые, словно выпавшие из времени… Но вы, — она переводит взгляд на нас с Кайлом, — вы молодцы. Что нашли время приехать, проведать бабушку. Это дорогого стоит.

Её улыбка становится теплее. Она бережно протирает спиртовой салфеткой плечо Бэллы.

Кайл тем временем прислоняется голой спиной к прохладной стене, глубоко вздыхает и, словно решившись, произносит:

— Кстати… мы в ближайшее время уезжаем. Отец срочно вызвал нас по семейным обстоятельствам.

Он делает паузу, внимательно смотрит на Олли.

— Вы сможете сегодня остаться с ней? Мы были бы очень признательны.

Олли Ши с поразительной осторожностью вводит препарат. Я невольно морщусь и до боли закусываю губу, внутренне готовясь к взрыву: вот сейчас бабушка начнёт кричать, отбиваться, метаться по кровати… Но, к моему глубочайшему удивлению, она лишь медленно водит глазами — сначала на нас с Кайлом, потом на медсестру, затем снова на нас. В её взгляде читается не страх, а какое‑то отстраненное любопытство, будто происходящее её уже не касается.

— Мне нужно привить ещё десятерых, после чего я обязательно вернусь, — мягко произносит Олли, одаривая Кайла тёплой улыбкой. Её голубые глаза искрятся добротой и уверенностью.

— Сколько времени это займёт? — тихо уточняю я, стараясь не выдать своего напряжения.

— Примерно три часа, — отвечает она, выходя из комнаты и мягко маня нас рукой. — Пойдемте, обсудим кое‑что.

Мы с Кайлом обмениваемся быстрыми взглядами. Следуем за Олли. Брат осторожно прикрывает дверь спальни, чтобы Бэлла не услышала того, что может её расстроить или напугать.

— У меня есть препарат, который поможет бабушке крепко уснуть, — тихо говорит Олли, всё ещё глядя исключительно на Кайла. — Пока она будет отдыхать, каждый из нас сможет заняться своими делами без лишних волнений.

Меня будто тут нет. Не удивительно. В отличие от Кайла, у меня нет этих широких плеч, рельефных мышц, той магнетической харизмы, перед которой так легко сдаются люди. Брат прекрасно знает, насколько он обаятелен, и умело пользуется этим — всегда так было.

— Что думаешь, сестренка? — Кайл поворачивается ко мне, его чёрные глаза искрят.

— Я за, — отвечаю без колебаний. — Не хочу заставлять отца ждать.

— Значит, так и поступим, — Кайл мягко кладёт ладонь на плечо Олли. — Идите, усмирите нашего домашнего «цербера», хорошо?

Олли слегка краснеет — лёгкий румянец проступает на её щеках. Она качает головой и делает театральный вздох.

— Запасные ключи находятся здесь, — я подхожу к полке в прихожей и аккуратно кладу их. — Когда будете уходить, пожалуйста, не забудьте их забрать. А мы с Кайлом пока пойдём собираться — нужно успеть купить билеты.

Глава 3

— Давно тут проблемы со связью? — с досадой спрашивает Кайл, в очередной раз безуспешно пытаясь оплатить такси переводом через приложение. Его пальцы нервно бегают по экрану смартфона, а лицо искажает гримаса раздражения.

Водитель — лысоватый мужчина лет пятидесяти с добродушным, но усталым лицом — уверенно держит руль, вольготно развалившись на сиденье. Он неторопливо щелкает кнопкой, запуская дворники, которые начинают монотонно скользить по лобовому стеклу, размазывая капли дождя.

— Да уже дня два такая напасть, — спокойно отвечает он. — А раньше, знаете, всё работало как швейцарские часы.

За окном автомобиля проплывают осенние пейзажи: бесконечные поля, бурые и голые, редкие одинокие домики с покосившимися заборами, деревья с жёлтыми листьями, дрожащими на ветру. Посёлок, где живёт Бэлла, кажется забытым миром — он расположен в отдалении от центра и аэропорта, словно ненужный аппендикс, который когда‑то отрезали от большого организма и оставили гнить на обочине жизни.

От Пири — так называется это забытое богом место — до Палмоса, крупного города неподалеку, всего около двадцати минут езды по извилистой трассе. И всё это время я жадно впитываю виды за окном: да, они мрачные, осенние, пропитанные сыростью и тоской, но даже такая природа кажется мне более живой и настоящей, чем бетонные джунгли душного мегаполиса с его вечной суетой и смогом.

— Может, проблемы из‑за непогоды? — вступаю я в разговор.

Таксист поворачивает голову к зеркалу заднего вида, одаривает меня теплой улыбкой:

— Милая девушка, этот ветерок за окном — всего лишь ласковый шепот природы. У нас тут порой такие ураганы бушуют, что крыши с домов срывает, а связь всё равно работала. Нет, тут что-то иное, нечисто тут дело…

Кайл с раздраженным вздохом бросает попытки совладать с непослушным телефоном и нервно заталкивает его в сумку через плечо. Затем поворачивается ко мне.

— Чёрт возьми, до чего же стыдно просить денег у девушки… — он на секунду замолкает, затем выдыхает: — Но всё же… у тебя случайно нет налички на такси?

Я нервно запускаю руку в сумку, пальцы судорожно перебирают содержимое — паспорт, какие-то чеки, рассыпавшаяся пудра, ключи… Внутри всё сжимается от неловкости: а если наличных нет? Как тогда расплачиваться с таксистом?

— Что‑то точно было… — шепчу едва слышно, продолжая лихорадочно рыться в этом хаосе.

Кайл наклоняется, заглядывает в сумку с ироничной улыбкой:

— Если что-то и было, то этот мини-апокалипсис его точно поглотил, — брезгливо двумя пальцами он выуживает из недр сумки измазанный в пудре чек. — Ада, это точно тебе нужно?

— Да! — резко выхватываю у него чек и с победным видом демонстрирую найденные купюры. — Нашла! Мы спасены!

— Умничка моя, — Кайл нежно чмокает меня в лоб. — Что бы я без тебя делал?

— Спокойно жил, — я широко улыбаюсь, чувствуя, как тревога сменяется облегчением.

— Вы давно вместе? — неожиданно подаёт голос таксист, кивая в нашу сторону через зеркало заднего вида.

— Давно, — протяжно выдыхает Кайл, откидываясь на сиденье.

Я резко поворачиваюсь к нему. Окидываю его взглядом — хмурее чёрной тучи.

— Мы брат и сестра, — твёрдо отвечаю таксисту, подчёркивая каждое слово.

— Да? — таксист удивленно приподнимает брови, и морщины на его лбу собираются в причудливую гармошку. — Вы так гармонично смотритесь вместе… Прямо как влюблённая пара.

Призывно смотрю на Кайла, жду, что он скажет что-то, опровергнет эти слова, но брат молчит. Его взгляд расфокусирован, устремлён вперёд, словно он находится где-то далеко — в другом времени, в другом мире. Непонятно зачем, я вдруг произношу вслух:

— Мы не родные. Я приёмная.

Таксист коротко фыркает, на лице появляется усмешка:

— А, ну тогда всё понятно…

Решаю не спрашивать, что именно ему «понятно» — и так ясно, что мужчина просто обожает поболтать, выискивая в чужих жизнях скрытые истории.

Вдали, за поворотом дороги, наконец показывается здание аэропорта — большое, серое, с яркими огнями у входа.

— Сбили что ли? — таксист чуть сбавляет скорость, бросает короткий взгляд в зеркало заднего вида, потом снова смотрит на дорогу.

Одновременно с Кайлом мы наклоняемся между сиденьями, вытягиваем шеи, чтобы разглядеть, что произошло. На обочине валяется велосипед — рама погнута, переднее колесо обмотано длинным поводком. К нему прицеплена собака. Она лежит на асфальте неподвижно, бок в темной луже, которая медленно растекается по асфальту. Над ней на коленях склонился человек в шлеме и спортивной экипировке. Его плечи содрогаются.

— Остановите, может, парню помощь нужна, — Кайл сосредоточенно смотрит на несчастного, голос звучит твердо.