Гала Григ – Подкидыш из прошлого (страница 8)
А я стою посередине тротуара. Мозг пронзают страшные слова: «… я не сумела сохранить нашего малыша».
Только сейчас до меня доходит их смысл. По инерции делаю еще несколько шагов и оседаю на корточки рядом с ближайшей скамейкой. В голове набат: не уберегла… потеряла… Так вот откуда болезнь! Как же так?! И почему врач от меня скрыл истинную ее причину?
Кто-то трогает меня за плечо. Сердобольная женщина спрашивает:
— Вам плохо? Скорую вызвать?
— Мне хуже всех. Но Скорая тут не поможет.
Резко поднимаюсь и бреду дальше. Из состояния, близкого к безумию, меня выдергивает звонок. Илья.
— Матвей, я узнал, что надо сделать!
Не в силах разделить его оптимистический настрой, молчу.
— У меня друг — криминалист, — орет так громко, что я морщусь. — Надо всего лишь отнести простыню в лабораторию. Там могут определить: было-не было! Ты меня слышишь? Все еще можно исправить!
— Илюха, ты о чем вообще? Прошло больше двух недель! Да я всю постель сразу же в стирку закинул.
— Ну тогда…
— Да ладно. Знаешь, давай лучше в том клубе встретимся. Тошно мне.
— Понимаю, Сейчас буду.
Заливать проблему спиртным — последнее дело. Но когда впереди тупик, кажется — вот оно спасение. А по сути — это дорога в никуда. Кажущееся облегчение проходит так же быстро, как и появляется. Ко всему прочему, добавляются еще угрызения совести и прочая хрень.
Обнажив душу перед Ильей и отравив тело приличной дозой алкоголя, я отправился домой. Надеялся забыться крепким сном.
Но уснуть мне не удалось. Не успел я, приняв душ, выйти из ванной, как предо мной предстала сияющая Арина. На вопрос, как она попала в квартиру, эта вертихвостка только рассмеялась, добавив, что дверь была не заперта.
Алкогольные пары все еще действовали, поэтому я, не особенно церемонясь, заявил:
— Ну что ж, а теперь так же испарись! Пошла вон! И чтоб я тебя больше не видел!
Наглая девица в ответ на мои слова криво усмехнулась и заявила:
— Ну уж нет! Теперь ты уж точно должен на мне жениться.
— И не подумаю. Я сказал — убирайся!
Потупив глаза и зашмыгав носом, она едва слышно прошептала:
— Матвей, но я… я беременна… У нас будет ребенок…
Глава 10
Я задохнулся. Тяжелая глыба слов Арины словно пригвоздила меня к полу, отняла речь и способность воспринимать реальность. В какое-то мгновение мне показалось, что передо мной Ксения. Моя Ксюша, которая сообщает мне о том, что она ждет от меня ребенка.
Усилием воли вернулся к действительности. Затуманенный алкоголем мозг не до конца утратил функцию мышления, хотя явно тормозил. Я мысленно расставлял по полочкам фрагменты событий сегодняшнего дня: Ксюша потеряла нашего ребенка. Об этом она сообщила мне в больнице. А сейчас передо мной Арина. И она утверждает, что беременна. От меня!
— Этого не может быть… — голос глухой, неуверенный. Затем произношу громче и убедительнее: — Ты лжешь! Этого не может быть. — Повторяю фразу твердо, голосом, не допускающим сомнений.
— Почему не может быть? Все естественно. После бурного секса… — она не договаривает, говорит по-прежнему тихо, но улавливаю в интонации издевку.
— Не надо меня учить, что и как бывает! И вообще, хватит мне лапшу на уши вешать и мозги припудривать. Во-первых, я тебе не верю. Во-вторых, завтра мы расписываемся с Ксенией. Все понятно? А теперь марш домой! И больше никогда здесь не появляйся. Забудь сюда дорогу.
Во мне все кипит. Ишь чего удумала — беременна она!
Открываю дверь в подъезд. Жестом указываю, что она должна сделать. Но Арина не сдвигается с места. Вот ведь наглая девчонка! Придется, как паршивого котенка — за шиворот и на лестничную площадку.
Слышу всхлипывания. Слезами решила меня взять. Аферистка! Что ж, придется убеждать. Не вышвыривать же ее на самом деле.
— Арина, давай поговорим как взрослые люди.
— Даваааай, — продолжает хныкать.
— То, что произошло между нами, если произошло, — делаю акцент на последних словах, — случайность, ошибка. А то, что ты придумала, — шантаж.
— Я ничего не придумывала. Все правда!
— Даже если так, что ты от меня хочешь? Денег? Так я дам. Только отвяжись от меня, наконец. Неужели непонятно — я не люблю тебя. Следовательно, тебе пора успокоиться и не вмешиваться в наши с Ксюшей отношения.
— Какие отношения? Нет и не может быть у вас никаких отношений. Она тебя не простит!
— Тебе-то откуда знать?
— Я была сегодня у нее в больнице и все о нас рассказала… и о ребенке тоже.
Тупо смотрю на нее, пробую понять, врет или говорит правду. Неужели, даже если предположить, что все не выдумка, посмела сказать об этом сестре?
— Я люблю тебя, Матвей! И у нас будет…
— Ничего у нас не будет, — перебиваю ее. — Если не врешь… о беременности… — набираю в легкие побольше воздуха и решаюсь: — Придется сделать аборт.
Даже не верится, что эти слова произнес я. Жестоко. Но как по-другому?
— Ты… ты не посмеешь заставить меня! — кричит.
Не посмею. Это точно. И зря я это выпалил, про аборт. Она же совсем девчонка…
В довершение ко всему, Арина опять начинает шмыгать носом.
— Послушай, а с чего ты вообще взяла, что все так и есть? Может, ошибаешься?
Как же я себя ненавижу в этот момент. Несу какую-то чушь вместо того, чтобы просто выпроводить врушу. Ведь врет! И даже слез нет, глаза-то сухие.
— Тебе тест показать? Или как? — говорит воинственно, даже уверенно.
Значит, не врет. Но мне-то что с этим делать?! А как же Ксюша? Она и без этого не простила. А теперь.
— И что ты от меня хочешь? — произношу устало, просто чтоб закончить этот ужасный разговор.
— Давай поженимся, Матвей. Родим бэбика. У нас будет счастливая семья. Ты я и бэбик. Не сомневайся, у нас будет мальчик. А если не веришь, что я жду ребенка, то я могу и справку от врача показать.
Опппаньки! Даже так? Когда же она успела?
Не видя ответной реакции на свои слова, Арина добавляет уже угрожающе:
— А если нет, то я вообще накатаю на тебя заявление об изнасиловании. Тебе оно надо?
— Ну и тварь же ты, Аришка! Давай, пиши! Только отстань от меня. Где выход, знаешь!
Не дожидаясь, как она отреагирует на мои слова, ухожу из гостиной в комнату. Я устал от этого пустого разговора. Больше не могу ни видеть, ни слышать эту настырную и наглую девицу. Пусть делает, что хочет. А я хочу только одного — спать.
Уже грохнувшись на диван, слышу звук закрываемой двери — оглушительный, наполненный яростью и злостью.
Ушла! Вот и ладненько. Надо бы встать закрыть дверь. А то, неровен час, вернется. Поднимаюсь и, сжимая ладонями гудящие виски, тащусь в прихожую. Жаль, но непреодолимое желание спать улетучивается, как только я поворачиваю ключ в замке. Ну все, теперь не засну! Тем более после столь насыщенного негативными событиями дня.
Но, как ни странно, засыпаю практически мгновенно, так и не ответив на главный вопрос дня: что же теперь делать?
***
Утро следующего дня отозвалось тяжелым гулом в голове. Еще не проснувшись окончательно, пытаюсь восстановить в памяти вчерашние события. Может быть, все мне приснилось? Мечта… С сожалением понимаю, что это не сон. И придется расхлебывать кашу, которую заварил. Вот только как?
И тут понимаю, что проснулся не случайно, а от звонка в дверь. Вставать не хочу. Взгляд падает на будильник. Семь часов. Не так уж рано. Но кому это я понадобился в такое время? Вроде бы никого не жду.