Гала Григ – Черная вдова (страница 22)

— Ани, ты все на своей волне! — улыбнулась Жанна, — в ее-то возрасте!

— Ну не скажи, как говорится, все возрасты покорны!

Их болтовню нарушило возвращение Ксении с Данилкой. Дом наполнился шумом, гамом. Жанна восхищенно смотрела на Даника, в ее глазах появилась грусть. Мысленно она вернулась на пять лет назад. С болью в сердце подумала, что ее дочурка была бы уже такой же большой.

Анита, заметив, что с появлением Данилки подруга загрустила, отправила его в детскую. Они вызвались помочь Ксении накрыть на стол, но та отказалась от помощи:

— Сама справлюсь. Не впервой, — и строго взглянула на Жанну: — Ну как ты там? Опять замуж собралась?

— Бабушка Ксеня, вы что не рады за меня? Сами же когда-то говорили: молодым — жить. Я ведь помню ваши слова. — Жанна обняла Ксению, и та расплакалась.

Жанна на третий день уже не выдержала разлуки. Ей не терпелось увидеть Марка, хотя днем он навещал ее на работе. Но наступил вечер, и она не знала, чем занять себя. Отправив спать Лару, она вызвала водителя и попросила отвезти ее к Марку.

В доме было тихо. Людмила после ужина уехала к себе. Марта, утомленная за день, уже спала в своей комнате. Марка нигде не было. Жанна разволновалась:

— Где он может быть в такой час? — она обошла все комнаты, прислушиваясь и вздрагивая от малейшего шороха. Дом без присутствия Марка показался ей чужим и неуютным. Она уже пожалела, что приехала, не предупредив его.

Жанна достала телефон из сумочки.

Набрала номер Марка и вздрогнула от резкого звонка, раздавшегося буквально рядом с ней. Его телефон лежал на тумбочке, что еще больше встревожило Жанну. Она лихорадочно размышляла о том, куда он исчез. Словно всполох молнии сознание пронзили слова Людмилы: — опять спустился к своей любимице!

Жанну обдало жаром. Прожив с Марком почти месяц, она так и не задала ему этот вопрос. Как-то не складывалось. Они были так поглощены друг другом, что думать о чем-то другом было некогда. И вот теперь она одна в этом почти пустом доме:

— Что делать, где его искать? И надо ли? А вдруг ее предположения о сопернице подтвердятся? Что тогда? Бежать! Бежать отсюда без оглядки и никогда не возвращаться. Ведь он даже телефон забыл, торопясь наведаться к ней?

Но я ведь обошла все уголки. Их нигде нет. Стоп: она сказала «спустился». Значит, должно быть какое-то помещение, расположенное ниже всех комнат. Что это может быть? Подвал! Марта как-то велела Людмиле отнести в подвал ненужную посуду!

Жанна старалась сообразить, где может быть лестница, ведущая в подвал. Разыскивая ее, она вошла в небольшой коридор, соединяющий дом с хозяйственными постройками. Она не ошиблась. В глубине этого коридора действительно оказались ступени, ведущие вниз. Страх сковал все ее существо. Но непреодолимое желание узнать тщательно скрываемую тайну оказалось сильнее страха.

К счастью, ступеньки, ведущие в подвальное помещение, были хоть и слабо, но освещены неярким светом, проникающим из приоткрытой двери, виднеющейся в самом дальнем углу.

Дрожа всем телом, то ли от ужаса, охватившего ее, то ли от леденящего холода, Жанна на ощупь продвигалась по направлению к этой двери, манящей неизвестностью и таинственностью.

Подойдя вплотную, она тихонько открыла дверь и вошла в ярко освещенную огромную комнату. Глаза ослепило после полумрака лестницы. Жанна увидела Марка, сидящего в кресле спиной к ней. Он был настолько поглощен своими мыслями, что не слышал и не видел, как вошла Жанна, еще не успевшая охватить взором всю комнату, так как взгляд ее был прикован к Марку.

— Марк! — он вздрогнул от неожиданности. Резко поднялся и едва успел подхватить Жанну, лишившуюся чувств.

Глава 25

Марк бережно отнес Жанну в гостиную. На шум вышла Марта. Она застыла в изумлении от происходящего.

— Нашатырь! Там в аптечке! — Марта дрожащими руками с трудом отыскала нашатырный спирт и подала флакон племяннику. Они с Людмилой тихонько вышли из комнаты, оставив пришедшую в себя Жанну и Марка наедине.

Едва очнувшись, Жанна обвела взглядом комнату и, убедившись в том, что здесь нет ничего пугающего, еще не окрепшим от пережитого ужаса голосом, произнесла:

— Что это было, Марк?

— Жани, милая, с тобой все в порядке? Это моя вина. Я глупец! Надо было давно тебя предупредить.

— Предупредить? О чем?

— Ты ведь испугалась, увидев Мамбу?

— Мамбу? Это та огромная гадина, которая кинулась в мою строну, разинув пасть? И ты называешь ее красавицей?! Но ведь она чудовищна!

— Бедная моя. Прости меня. Я не ожидал, что ты вернешься и спустился проведать мою пленницу.

Жанна, уже вполне оправившись от обморока, резко села.

— Так это и есть твоя любимица, так тщательно скрываемая от меня!

— Ты знала?! — Жанна замолчала, не желая выдавать Людмилу.

— Успокойся, моя хорошая. Она ведь не опасна.

— То есть как не опасна. Ты хочешь сказать, что она не может укусить?

— Не совсем так. Просто террариум достаточно прочный, поэтому бояться Черной мамбы не стоит. Я не учел возможности твоего неожиданного прихода, а ты, по всей видимости, не ожидала увидеть такую огромную змею.

— Я ожидала всего, что угодно, только не это. Ты и правда любишь ее? — Марк рассмеялся.

— Не совсем так. Она мне нравится, и я очень дорожу своей пленницей.

— Зачем тебе это? Ведь может случиться что угодно!

— Не беспокойся, всякий риск исключен. К тому же, я за ней не ухаживаю. Все работы выполняет специально обученный человек — Герасим.

— Я все равно отказываюсь понимать, зачем она нужна тебе!

— Ты ревнуешь, Жани? Я правильно понял?

— Это вряд ли можно назвать ревностью, но тайна, которой ты окружил ее присутствие, вызывает разные мысли. Какая-то странная привязанность. И, если честно, мне это все не нравится.

— Видишь ли, дорогая, я вынужден скрывать, что держу опасную змею в своем доме.

— Почему?

— Как тебе объяснить? Это противозаконно, — Марк понял, что агрессия Жанны по отношению к Мамбе — не временное явление, вызванное страхом. Было очевидно: ей не по душе такое соседство, пусть даже совершенно безопасное.

— Тем более не вижу смысла держать ее у себя.

— Жанна, давай отложим этот разговор на завтра. Ты очень взволнованна, а утром мы все обсудим. — Марк попытался обнять Жанну, но она резко отстранилась от него. Ему даже показалось, что на ее лице промелькнуло нечто от брезгливости, смешанное с недоверием и налетом ревности.

— Я не могу больше оставаться здесь. Отвези меня, пожалуйста, домой. Я только попрощаюсь с Мартой.

— Но ведь тебе здесь нравилось… — Марта пыталась уговорить Жанну остаться. Она бросала угрожающие взгляды на племянника, чтобы он поддержал ее. Но Марк понимал, что в данный момент его слова не возымеют действия.

— Да, нравилось, но сейчас я хочу к себе. — Это было сказано тоном, не терпящим возражений. Поэтому Марк без лишних слов оделся и взял ключи от машины.

Ехали молча. Жанна все еще находилась под впечатлением произошедшего. Марк то и дело неуверенно поглядывал на нее, не рискуя вызвать недовольство продолжением разговора.

Простились сухо.

— Увидимся завтра? — в вопросе Марка была тревога, смешанная с надеждой, что все образуется.

— Да, наверное, — Жанна кивнула и скрылась за дверью.

Ее встретила встревоженная Лара. Она не ждала Жанну домой и уже спокойно дремала перед телевизором.

— Что-то случилось? Почему ты одна?

— Мне что запрещается возвращаться в свой дом, когда я захочу?! — Этот злобный выпад был настолько не в ее правилах, что Лара, не сказав ни слова, обиженно ушла в свою комнату.

Жанна опустилась в кресло, чувствуя совершеннейший упадок сил. Она отругала себя за грубые слова, брошенные Ларисе. Но ей было очень плохо. Последние недели с Марком были настолько светлыми и счастливыми, что, расставшись с ним, она почувствовала себя ужасно одинокой в этом огромном особняке. Мысли ее постоянно возвращались к событиям ужасного вечера:

— И зачем только я поехала туда? Ведь буквально через день я бы вернулась, и все осталось бы как прежде. Но произошло то, что когда-нибудь должно было произойти.

С одной стороны, я убедилась в отсутствии соперницы. Но с другой стороны — это так ужасно! Что за странная прихоть любоваться этой чудовищной змеей! Она такая огромная и злобная.

Пока она там, я ни за что не вернусь! Или я, или она…

Огромная черная змея едва помещалась в стеклянном террариуме. Ее гибкое тело, аккуратно уложенное толстыми кольцами, пугало своей чернотой. Чешуйчатая кожа переливалась золотыми и серебряными бликами. Голова хищницы с чудовищно распахнутой пастью возвышалась над жуткими кольцами ее туловища. Она медленно покачивалась, явно готовясь к решающему броску.

Жана с ужасом смотрела на ее разинутую пасть, по форме напоминающую гроб. Гадюка уже выпустила свои страшные клыки с капельками яда на их кончиках. Эта разинутая пасть с огромными зубами и гипнотизирующий взгляд блестящих глаз парализовали все мышцы Жанны. Ни бежать, ни кричать она не могла, поэтому застыла в ожидании своей неминуемой гибели.

И тут Жанна в ужасе увидела, что дверца террариума слегка приоткрыта.

— Наверное, ее забыл закрыть Герасим! — она оглянулась назад. За ней была глухая стена. Значит скрыться от этой злобно шипящей гадины было некуда. Жанна хотела закричать, позвать на помощь, но страх парализовал связки, и вместо крика из ее уст вырвалось шипение, похожее на то, какое исходило от огромной черной змеи.