Габриэль Сабо – Джованни: охота на главаря (страница 2)
Дошедший до пика Конте остановил машину на ближайшей стоянке.
- Так вот оно что! Подумать только, сам господин Шаболо, начальник полицейского Департамента солнечного юга! Вот же чёрт, знал ведь кого ко мне подослать! А что такое случилось? Трон нашего короля покачнулся? Ну да, конечно же! В газетах ведь писали про убийство помощника префекта Департамента региона. Видимо теперь с Шаболо требуют ответа. Я прав? И причём здесь ты, Молла?
- Просто послушай меня, Конте, большего я от тебя не прошу. Если ты откажешься, я не стану настаивать, но ты должен это услышать. Меня восстановили в должности помимо моей воли, я не мог отказаться – это раз. Сил, как ты понимаешь, у меня уже нет – это два. Сердце доконает меня быстрее, чем Шаболо и Кассегрен вместе взятые. И три, это самое важное – я не просто так упомянул тебе о Пирре, потому что его подстрелил инспектор Ален Бопре. Знаешь кто он такой? Мой зять. На наш дом было уже как минимум два покушения, я был вынужден отправить Ребекку вместе с Виржини в Грас. А Виржини к тому же в положении, ждёт первенца. И я понимаю, что это не обезопасит мою семью. Насколько длинные руки у мафии ты и сам знаешь, Конте. Теперь меня понимаешь?
Конте глубоко вздохнул. Нет, он нисколько не злился на Робера. Он не сомневался, что Молла говорит ему правду, он сомневался, что это дело ему по зубам.
- Чего от меня хочет Шаболо?
- Чтобы ты помог ему.
- Чтобы я помог ему… И это после того, как он выставил меня за дверь, пнув вдогонку, как плешивую собаку.
- Он в ловушке, Конте. Ситуация накалилась, когда убили помощника префекта в Марселе.
- И? Шаболо пообещал префекту, что принесёт голову главаря банды на блюдечке с голубой каёмочкой за какие-то нереальные сроки?
- Что-то вроде того, Конте. Он даёт тебе время до конца месяца.
- До конца месяца? Что он пьёт, Молла? Учитывая, что до конца февраля осталось немногим больше недели, эта задача из разряда невыполнимых. И он считает, что я соглашусь на эту грязную работу?
- Да. И он готов заплатить тебе.
- Ему же гордость не позволила предложить мне это лично.
- Дело не в этом. Он сейчас на Мартинике.
- Уже интересно. С чего вдруг?
- Там сейчас министр внутренних дел Этьен Мало. Намекну только, что с нынешним префектом Парижа Мало не в лучших отношениях. И как ты помнишь, именно министр внутренних дел уполномочен назначать префектов, как и лишать их полномочий.
- Вот теперь всё понятно, Робер – Шаболо выбивает себе местечко получше. Хочет подлизаться к министру, и занять место префекта Парижа. Мило. И что за подачку мне собираются бросить?
- Конте, он рассчитывает, что ты поможешь ему в этой гонке. Так вот о цене. Он предлагает тебе 40 000 франков, постоянное место начальника участка в Париже и бонусом свой загородный дом в Компьене.
- О, Робер, обязательно передай Шаболо моё восхищение! Какие изыски: обноски и объедки, красиво уложенные на серебряный поднос и приправленные казёнными деньгами. А если откажусь, то он что - возьмёт меня в заложники, утопит в Сене или застрелит на охоте вместо зайца?
- Тебе ничего не грозит, Конте. Суть в том, что ты получаешь должность комиссара на новом участке. Никакой подпольной работы, никаких агрессивных рейдов и операций. Будешь работать на вызовах, при чём любых. Квадрат - 10 округ. Северный, Восточный вокзалы, Страсбургский бульвар, порт Сен-Дени, турецкий квартал, станция метро Бельвиль, и так далее…
- Так Шаболо ещё и хочет взять на понт диаспору Магриба, прекрасно! Неужели, он считает, что трафик именно оттуда? Идиот, у него столько проблем, чтобы ворошить ещё одно осиное гнездо!
- Шаболо просто не знает, с какого конца подойти к этому делу. Поэтому и направил меня на разговор с тобой. Точнее, на сделку. Он ждёт ответ утром, ты можешь обдумать всё лучше до завтра…
- Ясно. Дальше не продолжай. Я согласен. Согласен, только ради твоей спокойной жизни, Робер. Я слишком многим тебе обязан за все эти долгие годы. И во-вторых… Кассегрен до сих пор не заплатил мне по счетам. Впрочем, как и Шаболо. Передай ему, что я готов приступить к делу как можно раньше.
Робер Молла болезненно прищурил глаза и улыбнулся. Сделка была совершена, теперь осталось связаться с начальством и устроить мелочи. Конте предложил подбросить Робера к вокзалу, но тот отказался – и так отнял слишком много времени. Да и дождь прекратился, прогулка на свежем воздухе всегда только на пользу. Выходя из машины, Молла обернулся, сказав напоследок:
- Конте, хоть ты и думаешь, что теперь мы в расчёте, я всё равно останусь у тебя в долгу.
Конте натянуто улыбнулся в ответ…
Он согласился на это дело со стойким чувством, что подписывает себе смертный приговор. И впервые в жизни ему вдруг захотелось пойти в церковь. Наверное, в жизни каждого, даже самого убеждённого атеиста наступает момент, когда нужно остаться наедине со своими мыслями среди холодных стен и мерцания десятков огней. К чему это? Дурное предчувствие или просто желание отстраниться от суеты жизни в столь непривычном, зато тихом месте? В любом случае, Конте должен встретиться с Адрианом Коте-Фавро, своим бывшим помощником в районе площади Тертр.
Конте ждал Адриана в бистро «У Паскаля». Этим вечером там, как всегда, было шумно, после рабочих смен все собрались на футбольный матч. И именно сегодня он изменил своей устоявшейся привычке, заняв пустой столик на улице – под мелким дождём, но с рюмочкой пастиса.
Ещё издалека, Конте узнал в торопливом брюнете Адриана Фавро. Последний сразу понял, что дело тот ещё табак, и согласился прежде разделить выпивку, а уже потом вовлёкся в рассказ Конте.
- Идиотизм. Шаболо – дворник, а я веник в его руках. И смешно, и противно одновременно… - подвёл черту Конте, жалуясь на судьбу.
- Так зачем ты согласился?
- Ради Молла разумеется. Теперь мне на голову ещё и взгромоздили его зятя, которого дёрнуло целиться в слишком нужного человека для Кассегрена. Вот такие вот дела.
Фавро не сдержал ухмылку:
- Копаясь в низах попытаться добраться до вершины, то есть, главаря… Не знаю, может в идее Шаболо и есть какой-то смысл, но пока для меня он непонятен.
- Большое дело начинается с мелких дельцов, запомни это Фавро. Они единственные верные ниточки ведущие к истокам.
- Пускай и так. И куда теперь? В участок? Или сначала в Департамент?
- В этом нет нужды. Молла передаст мой ответ начальству завтра утром. А пока есть время, предлагаю заглянуть в церковь.
Фавро не поверил своим ушам:
- В церковь?!
В церковь так в церковь. Смущённый Адриан молча шёл следом…
На вершине холма Монмартр, в базилике Сакре-Кёр было тихо. В лёгкой пелене тумана её белые купола словно парили в воздухе. По крайней мере, так казалось тем, кто шаг за шагом подымался наверх по мокрым ступеням.
Едва дотронувшись кончиками пальцев до освящённой воды в атриуме, Конте будто проняло какой-то дрожью. Наверное, сырость с улицы пропитала тяжёлые стены какой-то ледяной влагой. За спиной от поднявшегося ветра скрипнула дверь. Появилось чувство, будто кто-то вошёл и затаился в укромном месте, внимательно наблюдая. После вечерней мессы канделябры были заставлены трепещущими свечами, озарявшими светом тёмные, мрачные стены. Скамьи были пустыми, в исповедальне не горел свет. Подходя ближе к алтарю, помимо воли в глаза бросались совершенно ненужные детали: кто-то забыл молебен, у кого-то на пол соскользнул платок, а в воздухе ещё чувствовался запах ладана.
Фавро не особо зацикливался на процессе, легко и быстро поставил свечу, перекрестился и занял место на краю скамьи. Конте скорее долго думал, нежели молился, прежде чем поставил свечу. Словно от сквозняка, огонь сразу потух. «Наверное, фитиль отсырел», подумал Конте и с настойчивостью поджёг свечу вновь. Пламя беспокойно затрепетало, а на двери исповедальни прошмыгнула тень человека.
- Ты ничего не заметил? – спросил Конте.
- Нет, ничего. Да и не люблю я особо такие места.
- А вот я заметил. Скрип двери, потухшая свеча, слоняющиеся тени…
- Знаки судьбы? – удивлённо спросил Фавро. – Не знаю, я не суеверен, Конте. Но иногда приметы могут сбываться.
Конте многозначительно рассмеялся.
Внезапно раздался какой-то хлопок, прежде чем Конте успел выкрикнуть, оттолкнув Фавро в сторону. Скользкая лестница и усилившийся туман не позволяли разглядеть лицо стрелявшего, но последнему погодные условия уж явно не мешали совершать попытки попасть в цель. Конте был при оружии, но стрелял больше ради устрашения, нежели поражения стрелка. Это было бессмысленно. Озверевший от такой дерзости Фавро начал погоню за бандитом, но тот был ловок, и его след потерялся быстрее, чем купола базилики в низких густых облаках.
Адриан возвратился ни с чем и ругался, на чём стоял свет:
- Чёрт, он скрылся! Скрылся… Конте, что это было?! Эта крыса имела наглость стрелять у ворот церкви, нам здорово повезло, что сошёл этот проклятый туман!
Конте же спокойно курил, присев на край ступеньки. Он больше не чувствовал гнёта или даже раздражения. Напротив, он казался довольным, чем только усилил непонимание Адриана.
- Я знал, что это произойдёт. Он следил за нами ещё с площади Тертр, Фавро. Он ждал, пока мы покинем церковь.
Докурив, Конте как ни в чём не бывало, направился вниз, к площади.