Габриэль Норлэйн – Напарники (страница 58)

Казалось бы, память и навыки останутся прежними, но всё было не так просто: «Той же самой Тиарией» она бы перестала быть. Каждое новое тело привносит в личность жнеца черты характера предыдущего владельца. Например, Тиария могла объявиться перед Габриэлем с неподдельным желанием его убить или не питала к нему такой симпатии, как сейчас, например. Всё зависело от характера человека.

Но тут, особо, не по выбираешь — пакт, позволяющий завладеть чужим телом, имел ряд условий, одним из которых было предсмертное состояние человека. Умирающий ставится перед выбором: просто умереть или слиться с сущностью жнеца, предоставляя ему полный контроль над телом. При втором варианте, душа самого человека становилась частью жнеца и даже не представляла, что её жизнью управляют. По заверениям самих жнецов, прежний владелец тела полностью синхронизируется с их сущностью так, что до конца не понятно, кто там главенствует на данный момент. Эта способность имела подобный принцип работы, чтобы жнецы не сходили с ума от своей долгой жизни, разбавляя свою личность чертами простых смертных. Своего рода перерождение, хоть и не без серьёзных последствий.

Утром третьего дня в палате Тиарии дежурил Артём с мобильником наготове. Он сидел в офисном кресле, крепко сжимая руку Тиарии. Девушка с трудом открыла веки — последовал хриплый вдох. Артём почувствовал её пробуждение и сразу же засуетился.

— Не вставай. Хочешь воды?

— Какой сейчас год? Нет... Воды, пока что, не надо... — прохрипела Тиария, оставив попытки поднять свою, внезапно потяжелевшую, голову с подушки.

— Ты двое суток пролежала без сознания. Не делай резких движений, — велел ей Артём. — Как себя чувствуешь?

— Как побитая собака... Я ходить-то смогу?

— Обижаешь! Мои ребята прооперировали тебя на пять с плюсом, хоть и были сложности, когда они доставали пулю. У тебя даже шрамов толком не останется. Но если ты будешь стесняться выходить на пляж в открытом купальнике — лазерная коррекция полностью к твоим услугам! — с тёплой улыбкой сказал Артём.

— Что случилось с... из головы вылетело, как его зовут...

— Ты про Сагбо? — Артём нахмурился после его упоминания. — Долго рассказывать, если честно. Ты отдыхай, всё потом... — Тиария схватила Артёма за рукав рубашки:

— Нет уж! Ответь... Я получила две дополнительные дырки из-за него!

— Хорошо, не горячись только! Когда я догнал Джона в палате, тот кричал, что я исчадие Габриэля, визжал как ненормальный, чтобы я не приближался. Мне это показалось странным, потому что Мастер чуть ли не по именам знает всех наших недоброжелателей. Про Джона Сагбо он слышал, но к нам он никакого отношения не имел, разумеется, до последних событий. Те люди, что стоят за ним, явно не друзья Мастеру. Что касается моих дальнейших действий — я остался в Москве, укрывшись в гостинице. Я доверил твою жизнь своим специалистам и Габриэлю. Он навещал тебя до последнего, весь извёлся...

— Что?! — глаза Тиарии расширились. — Этот старый дурак СНОВА покинул дом?! Он совсем из ума выжил?! Да я ему! Ой... — девушка содрогнулась от боли. Пламенная речь плохо давалась повреждённому организму.

— Да успокойся ты! — примирительно сказал Артём, укладывая взвинченную Тиарию обратно на подушку. — Ничего страшного с ним не случилось! Постарел на пару лет, не больше. Он так мне и сказал: «Я только одним глазком за ней пригляжу, а то Тиария проснётся и наваляет мне!».

— В это я верю... очень похоже на него... — Тиария успокоилась, закрывая глаза. — Что было дальше? Расскажи...

— Хорошо. Как только я убедился, что твоей жизни ничего не угрожает, я решил захватить любовника Сагбо, чтобы допросить «как следует». Я добрался до того двора, но вот что странно... Когда я пробрался внутрь — квартира оказалась пуста. Пуста не в том смысле, что там никого не было (хотя, и это тоже), а в том плане, что вместо домашнего уюта там были голые стены, как если бы дом только построили, и никто ещё не вселились в квартиру. Как такое возможно за одну ночь — для меня очередная загадка. Надо было не отзывать духов-наблюдателей, оставить следить за квартирой. Ну, это сейчас с трезвой головой я понимаю. Тогда я был слегка не в себе... Так... Что потом? Ах, да! Далее, мой путь лежал в кафе «Боско». Я подумал, что здание ведь не пропадёт никуда, правильно?

— Только не говори, что целый ресторан испарился... — усмехнулась полушепотом Тиария.

— Не скажу. Там всё просто — поменялась обстановка ресторана и весь персонал. Я проверил через свои источники досье на работников, но того Александра никогда там не было по официальным документам. Даже никого похожего из персонала, кого мы видели в тот день на мониторах.

— И, разумеется, у тебя осталась последняя зацепка — водитель такси, — догадалась Тиария, которая всё больше приходила в себя.

— Догадливая, — похвалил Артём и грустно улыбнулся. — Но и тут не всё так просто оказалось. Помнишь, я обыскивал Сагбо, когда ты остановила время?

— Было дело. Ты ничего не нашёл ничего. — кивнула глазами Тиария.

— Я недоглядел — надо было обыскивать таксиста!

— Что же у него было такого важного? — хмыкнула Тиария, глядя на взволнованного Артёма.

— Этот московский Копперфильд сумел надёжно спрятать от меня небольшой листок бумаги. Давай я по порядку лучше расскажу?

— Конечно.

— Я наведался к нему в палату в качестве консультанта врача. Добился официального разрешения через Гиперикум, договорился с лечащим врачом и сразу же направился в палату таксиста. Несмотря на мою оперативность, я оказался лицом к лицу с целой делегацией странных людей в чёрных костюмах. Так сложилось, что мы все решили навестить больного в одно и то же время. Меня, поначалу, хотели выставить из палаты, но потому один из присутствующих меня узнал. Ну, как управленца Гиперикум, разумеется. Их главный попросил меня переговорить с ним наедине, и мы вышли. Этот дотошный человек начал активно интересоваться, что я тут вообще делаю. Я прикрылся корпоративной конфиденциальностью нашей компании, но он всё не отставал. Настаивал на своих вопросах. Тогда, я вкинул ему встречные претензии. После неловкой паузы, мы оба для самих себя поняли, что нас в этой палате быть не должно, однако мы здесь. Наверное, в тот момент человек в костюме сообразил, зачем я пришёл. Они явились за шифровкой. Когда мы стояли вдвоём, я отчётливо видел, как выпирает его табельное оружие из-за пиджака. Он и не прятал его особо, чтобы оказать на меня должный эффект. Раз уж мы понимали друг друга без слов, пришлось играть в открытую — я предложил их главному мирное соглашение. Я выложил им, что осведомлён о их тайной передаче данных, потому требую копию записки. Только при таком раскладе мы бы разошлись миром. Как ни странно, он согласился без особых пререканий. Мне только не понравилось, как он самодовольно ухмылялся, когда дал мне сфотографировать информацию на записке. Тот человек сказал, что без расшифровки эти данные ничего не стоят.

— Что же было в той записке? — оживилась Тиария.

— Цифры, чёрточки, которые я принял за азбуку Морзе, и три стрелки по краям листа.

— Всего-то? Я немного разочарована... Так ты смог расшифровать послание или нет?

— С этим мне помог Мастер Габриэль. Едва я ему переслал фотографию записки — он сходу мне сказал, что это шифровка военных времён второй мировой войны. Мастер сказал, что было всего два взвода разведчиков, которые пользовались подобным шифрованием. Секрет стрелок и чёрточек был в том, что надо было знать правильное их использование на карте, причём, карта тоже должна быть непростая. Ты ведь знаешь, что географическая карта и военная отличаются рядом деталей?

— Не души, Тём... Голова не соображает... — пожаловалась Тиария, потирая висок рукой.

— Прости. Объясню просто: суть чёрточек была в их длине — надо было взять числа их длины в миллиметрах в том порядке, в котором они были начерчены. Полученные числа были ключами для остальных цифр на листке. Например, если у нас число 268999, а длина первых чёрточек шифра — 1, 6, 3, то мы получаем число 298. Это и является первым числом координат на карте. Но и тут не всё так тривиально — чтобы отыскать нужное место на карте, надо разгадать ребус из стрелочек. Каждая стрелка нарисована под особым углом, образуя триангуляцию вокруг объекта. Это сужает круг поисков, но не даёт точного ответа, где находится указанное место.

— Ай... У меня мигрень началась от твоих объяснений! Тёма! Просила же, попроще! — проворчала Тиария. Вины девушки от непонимания информации тут не было — Тиария находилась под действием сильных препаратов, которые не шли на пользу мыслительным процессам.

— Тихо-тихо! Тебе нельзя буянить! По крайней мере, ещё пару дней.

— Я уже вся измучилась ждать момента, когда ты мне расскажешь, что было в секретном послании!

— И вот тут я должен тебе рассказать ещё одно важное событие — Габриэль с Анной перерыли жёсткие диски с компьютеров Клима, которые мы успели вынести из пещеры, пока остров не начал уходить под воду. Расскажу тебе, чем занимался Мельников в той пещере: он синтезировал новый штамм смертоносного вируса из бледных существ и остатков тех мутировавших растений после открытия порталов в другие измерения. С его скудными познаниями в биологии и вирусологии — Клим бы и за тысячу лет не добился положительного результата.