Габриэль Норлэйн – Квартет Демиургов (страница 5)
Парень выставил перед собой раскрытую левую ладонь и почему-то в мыслях подумал о яйце или икринке — словом, о том, из чего может появится живой организм. Пальцы Данте вдруг засияли голубым светом, чему он сильно удивился, но наблюдать за происходящим не переставал. Его воображение нарисовало круглую форму для будущего яйца, таинственный свет тут же воспроизвёл желаемое, будто на ладони Данте кто-то разместил 3D принтер, который вместо пластмассы для создания объектов пользовался ресурсами тела.
Прояснился один вопрос: почему Данте одолевал голод?
Ему срочно понадобилась энергия в больших количествах. Для чего — вопрос открытый, но надо и всё тут.
Упругая икринка материализовалась перед Данте и тот для проверки своей вменяемости ткнул её пальцем: сфера отреагировала на прикосновение и поплыла по воде. Данте не хотел её выпускать, а потому поймал... неудачно: не рассчитал силы и ненароком раздавил. Данте принюхался к вытекшей из неё жидкости и отметил для себя сходство с вполне обычной рыбьей икрой.
«Я что — стал повелителем икры? Что за бред», — нахмурился Данте.
Ему не давала покоя мысль, что надо продолжать создавать. Что создавать — не уточнялось. Как и в случае с голодом, надо и всё тут! Это как первичный инстинкт выживания: потребность в жилище, безопасном укрытии, тепле, сытости и продолжении рода не обговаривается, а подразумевается. Так надо и ничего с этим не поделаешь.
«Значит, продолжаем создавать деликатесы», — пожал плечами парень в такт своим домыслам.
Снова выставил ладонь, опять появился свет — очередная икринка готова, но будто чего-то не хватает. Данте предположил, что эффект может быть слабее, если делать всё лениво одной рукой, а потому задействовал и правую тоже, накрывая сферу ладонью поверх.
Это сработало: на другой руке тоже появился свет, но не такой яркий и жизнерадостный, ближе к пурпурному и более холодному оттенку. В голове парня крутились разные мысли о поглощённых обитателях моря и в этот момент в центре икринки стали всплывать отчётливые образы морских существ. Более того, их части тела комбинировались, в зависимости от предпочтений Данте.
«Очень похоже на редактор существ или персонажа как в компьютерной игре», — всплыла ассоциация у Данте, что отчасти являлось правдой.
Сфера с питательной средой внутри позволяла создать в себе существо, это очевидно. Какое? Зависло от Данте. Воображение всегда было его отличительной особенностью, но сегодня парень решил не мудрить и создать свой аналог русалки: за основу взял человеческое тело верхнюю половину, кожу позаимствовал у подводной рептилии, которую недавно съел (она была довольно гладкая, с редким рельефом чешуек, что прекрасно подходит для образа морской девы), хвост понравился у того огромного бронированного монстра, с коим Данте довелось встретиться после поедания моллюска. Оставалась мелочь: придумать черты лица. Поскольку Данте всегда считал себя привлекательным, то и за основу взял свои гены полукровки.
Образ крохотной русалочки закрепился в икринке, от неё раздалась ощутимая пульсация, будто в руках Данте билось гигантское сердце.
«Неужели всё получилось? Вот так просто?», — засомневался парень, которого терзали противоречивые чувства.
Проблема виделась всего одна: он мальчик, но, по сути, в одиночку создал жизнь. Это откровенно смущало. Ещё было непонятно — куда девать икринку и вылупиться ли она? Тоже мысли на уровне мамы-птички, которые вызвали смущение. Кого только смущаться на днище морском? Кто же даст ответ.
Кстати, о мальчиках. В созданной икринке содержалась особь женского пола — это Данте знал наверняка. Любой человек, хоть немного изучавший биологию, знает: для размножения нужны гены XY (мужские) и XX (женские).
«Еву для нового мира я создал, нужно создать и Адама», — хмыкнул Данте, вспомнив библейскую отсылку.
Парень положил готовую икринку в безопасное место на своём троне и приступил к созданию мужской особи. Конечно же, отчасти по своему образу и подобию. В отличии от первой попытки, создать своего Адама получилось достаточно быстро. Данте уложил вторую икринку к первой и призадумался: «И что теперь с вами делать?».
Глава 6: Никому не одолеть Альмалексию
Мимика девушки, восседающей на горе поверженных противников, дёргалась, не решаясь выбрать: зла она, раздосадована, расстроена или всё сразу, что взаимоисключающая эмоция.
— Кажется, я тебе велела создавать таких существ, которые смогут нанести мне хоть какой-то урон, или я невнятно выразилась?! Я говорю чисто, не заикаясь, не картавлю, не шепелявлю, выбираю самую простую выборку слов, что сможет понять и одноклеточное существо. И что я получила взамен своему великодушию и вселенскому ангельскому терпению? А? Не расскажешь мне, ядро?
Коснувшись ядра средоточия душ, Альмалексия решила пока что не поглощать его грубой силой, так как вступила с ним в ментальный контакт, и узнала много нового об этом мире. Например, это ядро не уникально для молодых миров, и ценно оно будет только в первозданном виде. Поглотить его можно, но способности творить стихийные живые организмы от этого не появится как по волшебству. Силы Альме и так не занимать, а вот поэкспериментировать всегда интересно. Одна лишь проблема — языковой барьер.
Средоточие душ не понимает слов девушки, не реагирует на угрозы и интонацию, только на мыслеобразы и то, если они максимально упрощены. Цепь питания ядро понимает: когда один ест другого, а второй ест третьего, в то время как служит питательной базой для четвёртого организма. Воспроизводить нужное количество бездарных обитателей вулкана, с которыми уже устала драться Альма, тоже может без накладок.
— Так какого чёрта ты не можешь создать существо посильнее, дурацкая ты сфера?!
Ревела Альма при помощи образовавшейся ментальной связи. Сфера, как всегда, молчала. Она не умела спорить, обращаться к девушке, а единственная эмоция, что она проявила — в тот день, когда Альма до неё добралась. Сфера испустила нечто вроде сигнала. Это сто процентов не страх, не способ общения (Альма бы знала это наверняка, так как коснулась ядра и получила о нём всю доступную информацию), но ответа всё не было.
Альму достали эти игры с бесконечным потоком огненных монстров, которые предоставляла сфера, она бессильно злилась про себя, сидя на горе поверженных противников. Да, противников — как же! Бессмысленная трата химического вещества они, а не противники!
«Вот был бы способ усилить этих бездарей», — задумалась Альма.
Конечно, будет наглостью предполагать, что среди её невероятных способностей затесалась ещё одна, а то и несколько, но чем чёрт не шутит? Почему бы не попробовать? Кто запретит ей — сильнейшей в этом регионе?!
— Давай сюда десять лавовых элементалей! — приказала сфере Альма, указывая на пустое пространство перед ней.
Отряд лавовых существ быстро образовался из трещин в обсидиане и послушно встал перед своей госпожой. Огненные болваны наивно думали, что их ждёт быстрое уничтожение, как сотни их предшественников, но не тут-то было! Альма хищно улыбнулась.
Дева с огненными рыжими волосами жестом поднятой руки заставила взмыть в воздух десять лавовых эелементалей, которые беспомощно барахтались, оторванные от земли. Альма резко сжала кулак, сталкивая лавовые массы болванчиков друг с другом в центре, образуя из них одного большого. Однако это ещё не всё: девушка сосредоточилась и уплотнила тело полученного гиганта в подобие греческой статуи обнажённого юноши. Вышло так себе, на самом деле: рельеф его тела получился весь чёрный от обсидиановых частей, по всем участкам тела проходили яркие борозды текущей внутри лавы.
Бесполое существо с чертами безволосого юноши упало перед Альмой на колено, подняло голову с горящими алыми глазами и странной мимикой исказило безмолвное лицо.
— Я тебе не нравлюсь? — с вызовом спросила Альма, поднимаясь с ложе. — Ты мне тоже.
В отличии от безвольных элементалей, это существо оказалось на порядок умнее, а главное — быстрее. Обсидиановый юнец сбил Альму с ног, влетел ей в живот в надежде пробить насквозь, но смертоносная красавица зависла неподалёку в воздухе и удовлетворённо смотрела на рождённое её волей существо.
— Ты всё видишь, сфера? Запоминай, чтоб тебя! — велела Альма, а сама бросилась в драку.
С удара разбить обсидианового юнца не вышло: кулак девушки столкнулся с вязким потоком лавы, который был перемещён существом специально в том место, куда она била. Создание из обсидиана не только вобрало в себя силу десяти элементалей, но и получило частичку мудрости от своего создателя, что стало очевидным по поведению. Юнец учился, запоминал движения, адаптировался.
Обсидиановый не дал Альме ударить себя повторно — переместил поток лавы на своём теле куда-то за спину, а сам проскользнул за спину девушки в надежде нанести уже свой удар. И он нанёс.
Альма расхохоталась, когда обсидиановый не рассчитал собственные силы и разбил руку в дребезги об её затылок. Она тоже умела учиться и готовилась к нападению своего творения, а потому напрягла всё тело в момент, когда юнец нырнул за спину.
Полученное повреждение лишь на секунду смутило обсидианового, тот флегматично бросил взгляд на потерянную конечность, попытался предпринять что-то ещё, но не успел: Альма оказалась быстрее и размозжила ему голову, вбив её в грудную клетку — там юнец прятал своё модифицированное сердце, состоящее сразу из десяти маленьких.