Габриэль Норлэйн – Квартет Демиургов (страница 25)

Что, тогда?

Секрет атаки хранился в природе того воздушного щита вокруг тела демона: он как-то бесследно испарял морскую воду, но никаких взрывов или пузырьков газа, всплывающих вверх — как же так? Если только...

«Ты меняешь молекулы местами. Звучит как бред, вот только это единственное объяснение», — догадался Данте.

Для кого-то прозвучит удивительно, но вода частично содержит в себе частицы воздуха, иначе рыбы не смогли бы дышать жабрами. Получается, демон быстро меняет молекулы местами вокруг себя, когда создаёт щит. Тогда, во время выстрела он на секунду убирает воздушный покров и заставляет молекулы воды по цепочке детонировать. Дистанция может быть сильно ограничена, именно по этой причине монстр подошёл так близко к городу! Мог бы разрушить его с изначального места схватки, непременно бы воспользовался случаем, но нет, он сократил дистанцию.

Выход один: в момент выстрела успеть перехватить воду с детонирующими молекулами и отправить обратно в монстра.

«Бум!»

Следом за звуком выстрела тут же раздался взрыв вокруг пришельца. Взрыв прогремел такой силы, что Данте отбросило назад.

«Это просто нереальная эквилибристика вышла... тело действовало само на адреналине. Сам не верю, что смог возникнуть перед демоном за миг до вспышки, моментально создать водный поток и направить его обратно в лицо отправителя. Вау! Просто — вау! Данте — ты нереальный красавчик!», — преждевременно праздновал победу юный Данте.

Когда водная муть немного рассеялась, демиург испытал на себе злой хищный взгляд, исходивший из тех непонятных чёрных механизмов в теле пришельца: загорелись красные огни, направленные на демиурга, а из несокрушимого тела демона вывалился один сломанный маячок. Только... как-то странно он выпал — будто телепортировался из прозрачной плоти пришельца, лишь бы не касаться защитной оболочки. К чему бы это?

— Ты поплатишься за это.

Голос демона прозвучал будто бы одновременно на всех языках мира, чтобы Данте точно понял смысл послания. Сказать, что у Данте сердце ушло в пятки — не сказать ничего. Не помнил мальчишка такого случая, когда он так сильно переживал за свою жизнь. Были эпизоды, когда в детстве он чуть не утонул. Самое интересное, он был единственным жителем побережья, который не умел плавать. Ещё у Данте был случай, когда его чуть не похитили с неясными намерениями. И там, и там страх испытал, но он ни в какое сравнение с тем, когда Данте услышал угрозу от пришельца.

Самое жуткое то, что рта у демона нет. Ни единого отверстия на теле, он банально не дышит, как тот же демиург. Откуда вообще мог взяться столь пронзительный и чёткий звук? Это и пугало.

А ещё пришелец получил урон. Не сказать, что ощутимый... механических маяков в его теле всё ещё немерено, тем ни менее, заревел монстр так, будто потерял нечто важное.

«Свинья. Погубил столько невинных обитателей моря... моих обитателей моря! Моих абисов! А ещё разрушил их дома, собрался добить остальных... И глазом, паскуда, не моргнул! Но стоило получить ранение самому — ой, как взбесился! Что ты!», — пасовать, молить о пощаде, бежать или договариваться с монстром бессмысленно, это Данте прекрасно понял по горящим ненавистью очам.

Глава 23: Жестокость тысячи порабощённых миров. Часть вторая

Летящие демиурги синхронно остановились и с ужасом уставились на взбушевавшийся океан: в глубине вод будто столкнулась в жаркой битве целая флотилия подводных лодок. Взрывы из воды появлялись один за другим, сомнений быть не может — четвёртый демиург уже сражается с инопланетным захватчиком.

— Вот вам и визит вежливости.

— Не сейчас, Альма, — попросил её Бальтрейд. — Поспешим.

Демиурги устремились к месту схватки.

— Нам точно не стоило брать с собой наших существ? Нам пригодиться любая помощь, — спросила Вайз.

— Точно. Феросимы изначально непригодны для битвы под водой, мои проводники не откалиброваны под высокое давление, а уж про кворри и говорить не стоит, — ответил её Бальтрейд.

— Мы всегда можем выманить врага наружу, — предложила Альма.

— Да? И он позволит навязать сражение в воздухе? Вот так просто? — не согласилась Вайз. — Кстати, о погружении... а мы сами как будем в жидкости перемещаться?

— Разве ты не умеешь останавливать дыхание? — поинтересовался Бальтрейд.

— Могу, но... на нас всё равно действует окружающая среда...

Демиурги остановились над неспокойными волнами перед погружением и переглянулись.

— Так, если у вас есть сомнения насчёт погружения, то я никого не заставляю, — решительно сказал Бальтрейд.

— Шутишь, что ли? Оставить на тебя всё веселье?! — оскалилась Альма и нырнула.

— Мы даже не продумали стратегию... — покачал головой Бальтрейд и нырнул следом.

Вайз немного замешкалась, прогоняла мысли в голове, а потом тоже погрузилась, потешно надув щёки перед нырком. Оказаться в солёной воде очень непривычно, особенно, когда ты избегаешь частого с ней контакта. Как и ожидалось, вода быстро проникла во все доступные отверстия, почувствовался солёный привкус, защекотало нос, казалось, будто вот-вот утонешь, но спустя пару мгновений Вайз успокоилась и немного адаптировалась.

Успокоилась и опять занервничала, когда увидела перед собой битву симпатичного молодого демиурга с какой-то немыслимой хреновиной: прозрачное существо перед парнишкой приняло вид полу-дикобраза с шипами, полу человека с шестью руками, в которых держало холодное оружие, сделанное из собственного тела. Преимущественно режущее, но были и острые булавы.

Вайз резко выдохнула, задёргалась посреди воды, едва смогла уговорить себя не паниковать, пока Бальтрейд с Альмой пришли на помощь потенциальному союзнику.

Данте отбросило назад вихрем клинков: загадочный непробиваемый костюм демиурга повредился на боку, обнажая раны с вытекающей алой кровью. Бальтрейд не дал парню влететь в подводную скалу, мягко подхватил могучими руками и коротко сказал:

— Мы союзники, не бойся.

Парень в растерянности вернул контроль над своим телом и лишь неуверенно кивнул. Неудержимая Альма уже развлекала монстра, выпуская в него тонкие струи пламени из рук. На большее под толщей вод девушка оказалась неспособна, надо было сближаться с монстром в воздушном куполе. Пришелец безразлично принимал огненную стихию, не защищаясь, а горящими глазами-маячками свирепо смотрел на Данте. Существо выбрало снова игнорировать демиургов, показывая к ним своё пренебрежение.

— Он не получает урона?! — удивилась огненная дева.

— Получает, — отречено ответил Данте, — нужно куда больше усилий, чтобы пробить его оболочку.

— Так это оболочка? Она цельная или... — уточнил Бальтрейд.

— В ней нет отверстий, если ты об этом, — быстро ответил Данте. — У меня получилось разок ранить его собственной атакой.

— Если ранил — прекрасно! Шансы уже не нулевые, — похвалил его Бальтрейд и тоже опробовал свои силы на пришельце.

Хозяин камня коснулся дна океана и превратил пол под монстром в острые шипы, которые должны были пронзить его насквозь, но чудовище повторило тот же приём, что и с Данте: понаделало отверстий в собственном туловище.

— Ага, он избегает прямого урона, — сделал вывод Бальтрейд. — Альма!

Девушка поняла с полуслова: вторглась в безводную сферу пришельца и залила его огнём в тех точках, где больше всего скопления глаз-маяков. Пришелец пытался отмахиваться, брыкаться, однако возможность видеть ему преграждало непрерывное алое пламя.

— Вайз, ты с нами? — спросил Бальтрейд, уставившись наверх.

— Да, — сдавленно ответила девушка, а потом скривилась от морской воды во рту.

— Пора!

Вайз толком не поняла, чего хочет Бальтрейд, но всё равно атаковала воздушными лезвиями поперёк тела пришельца: монстр привычно расслоил тело, чтобы не соприкасаться с губительной атакой, но лишь в последний момент понял — площадь пореза слишком огромна, уклониться не выйдет!

Лезвие ветра врезалось в тонкую уязвимую часть демона, но не разрубило, а только оставило порез, прежде чем развоплотиться. Чудо-покрытие, служившее пришельцу кожей, тут же регенерировало, а взамен вытолкнуло из себя крохотный потухший маячок.

— Он теперь ещё сильнее разозлиться...

Только и успел вымолвить Данте, когда раздался звериный рёв, сотрясающий океан на многие километры. Одной только силой звука демиургов отбросило в разные стороны, а тело пришельца вновь изменилось: он превратился в огромное лезвие циркулярной пилы, чтобы снизить зону поражения по себе, а потом начал вращаться, вспенивая кручением воду вокруг себя.

— Да что он такое?! — не переставала удивляться Альма. — Би, мне снова атаковать глаза? Но... а где теперь глаза?

— Альма, берегись! — Вайз создала мощную волну воздуха, чтобы откинуть девушку со смертоносной траектории пришельца.

Озверевший демон, принявший облик круглой пилы, двигался хаотично, но осторожно: совершал выпады на демиургов, но потом сразу отступал, будто прощупывал границы их возможностей.

Бальтрейд первым заметил повторяющийся паттерн действий и самодовольное лицо Альмы, когда та хотела напасть:

— Нет! Стой на месте!

— Дамочка, он меня так успел поймать на ошибке, — крикнул ей Данте. — Монстр умнее, чем выглядит!

— Ха... — выдохнула Альма с горящим взглядом. — Я знаю, могли бы не подсказывать. Поиграем на его условиях!