Габриэль Норлэйн – Хронокулус (страница 36)

Насчёт лаборатории под эскалатором... тут всё достаточно спорно: с одной стороны, это продемонстрирует мою работящую натуру, я смогу с полной ответственностью заявить, мол, пытался освободить людей из плена времени, а потому проводил эксперименты на мелком зверье...

А что, если пробуждённые увидят остатки той крысы? Мда, дела... ошмётки крысы стоит убрать в первую очередь...

О, чёрт! Кстати, об останках — на третьем этаже тоже надо устроить уборку! Я совсем позабыл об этих двух, столько всего свалилось, что и не подумал о возможных последствиях своих спорных решений. Я сам себе внятно не смог объяснить свой поступок, что уж говорить про других людей...

Пока остановлюсь на малом: уберу крысу с глаз долой, забаррикадирую чем-нибудь дверь в кабинет бывшей начальницы, быстро приоденусь в джинсы со свитером, а потом сразу в кладовку! Я тут подсчитал в уме, кажется, я отсутствовал дольше, нежели указал в записке на двери. Негоже заставлять людей ждать, это тоже выставит меня в не лучшем свете.

Добрался до главного входа, где буднично дежурил Иваныч — кивнул ему по привычке, зашёл на территорию торгового центра. Никаких подозрительных звуков вокруг, вещи на своих местах, как я их оставил. На всякий случай обошёл первый этаж полукругом — пока всё без изменений.

Настал черёд проверить дверь подсобки: выглянул из-за лестницы и с облегчением выдохнул — дверь закрыта, в неё никто не ломится!

— Фух, пронесло! — облегчённо сказал я, когда снял маску.

Как выяснилось чуть позже, зря я это сделал. Я только успел приметить, как дверь подсобки покачивается, а мне, как по иронии, в правый висок с цветными венами — тут же прилетел твёрдый предмет, отправив меня в нокаут.

Глава 32

— Мне кажется, он очнулся! Вон, глазами дёргает! — раздался незнакомый женский голос. — Миш, проверь его, а?

— Да не бойся ты так! — заговорил второй, но уже мужской голос. — Он крепко связан.

Я почувствовал приближение чьих-то шагов, а потом получил в лицо холодную воду из ведра:

— Подъём!

Я резко дёрнулся, попытался прикрыться руками, однако, как и сказал тот мужик, меня чем-то связали по рукам и ногам. Я находился в позиции сидя, прижатый к столбу, руки скреплены сзади скотчем или изолентой, судя по липким ощущениям. На лодыжках плотный моток тонкой верёвки. Тот, кто меня связывал, явно ничего не понимает в узлах — просто обмотал меня, как паук в кокон.

С болью приоткрыл левый глаз (правый немного припух от удара), увидел знакомые лица: того самого парня в спортивном костюме и конским хвостом на голове, а ещё Нину, которая смотрела на меня, как на монстра или маньяка.

— Сколько крови из меня вытекло? — отстранёно спросил я.

— Заткнись! Тут мы задаём вопросы! — парень плеснул мне в лицо очередную порцию холодной воды.

— Это вовсе необязательно, — максимально дружелюбно сказал я, радуясь тому, что могу поговорить с другим человеком. Я изобразил измученную улыбку.

— Кто ты такой и зачем всё это устроил?! — безумным тоном спросил спортсмен, держа наготове увесистую ножку стола.

Скорее всего, ею он меня и огрел при первой встрече: на ней остались следы обычной крови. Цветная бы давно испарилась.

— Меня зовут Константин, — терпеливо представился я, пытаясь сосредоточить взгляд на парне. — Вы читали мою записку на двери?

— Ты тупой или как? — разозлился спортсмен, который расхрабрился и сильно ткнул мне в плечо своей дубинкой. — МЫ ЗАДАЁМ ВОПРОСЫ!

— Слушай, дознаватель херов, — диалог у нас, очевидно, не клеился, я начал терять терпение. — То, что я сейчас спрашиваю — вопрос жизни и смерти!

— Ну, конечно! — покривлялся парень и неловко бросил взгляд на Нину. Она, в свою очередь, молчала в стороне.

— Ты мне тут губки бантиком не делай, пиздюк! — рассвирепел я, чем изрядно напугал девушку. — Ты можешь орать, сколько тебе влезет, избивать меня, унижать и поливать водой, но послушай, что я тебе скажу — нам скоро настанет пиздец! И вам и мне, если не придумаем, как отсюда выбраться!

— Что ты несёшь, сволочь?! — напрягся парень. — Ты и есть тот, кто нас пленил! Иначе, как всё это объяснить?!

— Охотно расскажу, если развяжешь, — я сменил гнев на милость, снова максимально приветливо улыбнулся.

— Миш, не делай этого! — чуть ли не в слезах просила Нина.

— Этого не будет, — хладнокровно ответил тот самый Миша.

— Ещё раз спрашиваю — сколько крови из меня вытекло, пока ты, баран, меня пеленал? И прочли вы мою записку или нет?! — настаивал я.

— Да что ты заладил со своей кровью-то?! — фыркнул Миша.

— Вам доводилось слышать ужасный рёв, от которого кровь в жилах стынет? — от моего внезапного вопроса оба молодых человека напряглись. Нина так вообще вздрогнула всем телом. — Ага, значит, ОН приходил.

Я устало ухмыльнулся уголками рта. Нетрудно догадаться, что Спарк их навестил, ведь во мне скопилось много цветной крови по возвращению домой. Этот хвостатый дятел ударил меня прямо в средоточие вздувшихся вен, поэтому я не получил сотрясение — сработал исцеляющий эффект при заживлении этой дряни, а инородные наросты смягчили удар.

— Это ты его призвал, да?! — настаивал Миша.

— Ох... — я обречённо выдохнул. — Слушай, как там тебя...

— Михаил! — недовольно подсказал парень.

— Ну так вот, слушай меня, Михаил: если ты на минуту включишь мозг и дашь мне возможность всё нормально объяснить, то я отвечу на все ваши вопросы...

Чего я точно не ожидал, так это поступка Нины: она вдруг озверела, кинулась на меня и впилась ногтями до крови в цветные вены.

— Прекрати, дура!!! Эти вены нельзя трогать ни в коем случае! — завопил я, пока тонкие пальчики девушки раздирали рану на правом виске. — Миша, убери её нахуй!

— Так тебе и надо, насильник! — с презрением ответил парень.

И тут я догадался до простой мысли: вдруг Нина каким-то неведомым образом вспомнила то, что я с ней делал? Это многое бы объяснило, но сейчас есть проблема посерьёзней — она вызывает Спарка! Ей невдомёк, что она творит, а остановить разбушевавшуюся истеричку я не могу при всём желании.

— Всё, хватит, пока! Отойди от него! — Миша решил, что с меня хватит, оттащил девушку от моего лица.

Я бросил взгляд вниз — крови натекло достаточно, чтобы раздался рёв Спарка.

— Молодцы, вы опять его призвали! — с досадой процедил я.

Раздался оглушающий гул.

До этого момента я особо не обращал внимания на то, где нахожусь. Бегло осмотревшись по сторонам, я выяснил, что меня привязали к столбу в центре торгового зала, куда я редко заходил. Это хорошо, можно не опасаться Спарка.

— Нин, прячься! Он снова его призвал! — крикнул парень, уводя девушку от меня подальше.

— Отлично... они уверены, что Спарк моих рук дело... — обречённо сказал я, глядя убегающим людям в след.

Вот потому и хотел основательно подготовиться перед разговором с пробудившимися. И что мне сейчас делать? Велеть им отправиться за дневниками? А смысл? Они уже настроены враждебно, а едва прочтут о чём-то гадком — придут мне бить морду, дальше не прочитают. А спорных моментов моей биографии там навалом.

Попытаться им объяснить ситуацию? Тоже не выйдет. Для Нины я ублюдок, который её трогал без разрешения и калечил, а Миша упорно изображает рыцаря на белом коне, смотрит этой девке в рот.

Мне кажется, я что-то упускаю из виду... нечто важное...

«Да!», — осенило меня.

В кладовке должны были остаться три человека: официантка, спортсмен и... никак не могу вспомнить... Кажется, приложили меня знатно, раз забыл. Хотя, это не важно, кто третий — важно, что этот человек не с ними. Смею предположить, что Миша действует в интересах Нины, а оставшийся пробуждённый или клал на их локальную драму большой и толстый, либо не хочет в этом участвовать. Оба варианта хороши, так как нейтральное лицо поможет мне выйти с ними на контакт. Значит, не всё потеряно.

Я прождал довольно долго, захотелось в туалет, а моих надзирателей до сих пор не видно. Вытекшей крови для Спарка надолго не хватит, он давно исчез. Непонятно, куда тогда пропали Нина с Мишей? Очень надеюсь, у них хватит мозгов не трогать монстра...

Под себя ссать не хочется, надо придумать, как выбраться. Поелозил ногами — верёвка без крепких узлов поддалась. Я даже смог двигать левой ногой взад-вперёд на короткие расстояния. С руками оказалось сложнее: моток скотча оказался тоже внушительным, без острого предмета этот кокон не разорвать при всём желании.

Я так активно дёргал руками, что вспотел. Сначала подумал, что это лишний дискомфорт, а потом почувствовал, как липкий скотч постепенно отделяется от моей кожи. Двигая руками, я понемногу расширял путы, но выбраться всё равно не мог.

Послышались шаги, устремлённые в мою сторону — вернулась парочка. Но пришли не с пустыми руками! Я-то, дурак, надеялся, они мне воды (не в лицо, как в прошлые разы) принесут или ведро под испражнения, а они прихватили на тележке мои инструменты со стола экспериментов: всякие зажимы, пассатижи, скальпели, шпатели, иглы.

Я догадался, что у них на уме, но виду не подал.

Нина взяла самые большие плоскогубцы, сжала их в здоровой руке, а раненую поднесла почти вплотную к моему лицу:

— Смотри внимательно, что ты сделал! — чуть ли не плача крикнула она, демонстрируя забинтованный палец. — В тот момент, когда ты бил меня и издевался — я всё чувствовала! Моменты боли и отвращения отпечатались на моём теле и не исчезали до тех пор, пока я не пришла в себя! Боль от сломанного пальца сопровождала меня всю дорогу!