Габриэль Норлэйн – Грация! (страница 50)

— А если не совершать ошибок, то в результате получается шедевр с частичкой волшебства от самого творца! — закончила за Дилана жрица. — Я уже сгораю от любопытства надеть его на себя! Где у тебя можно переодеться?

— В комнате или ванной. Как тебе будет удобно.

— Тогда, я быстро! — Хина с платьем поспешно скрылась за дверью.

— Всё ещё дуешься? — спросил принц.

— Немного, но уже смирилась. Представила, какой это цирк будет — единственный сын короля приходит на бал в сопровождении пегаса, на котором абы как натянуто платье покойной матери... Я не настолько бездушная, чтобы пойти на такое зверство над твоими чувствами.

— Ну как вам? — Хина буквально выпрыгнула из ванной в новом наряде и покружилась перед друзьями. Дилан смотрел на девушку, приоткрыв рот, а потом потёр левый глаз. — Дили, ты чего?!

— Всё нормально! — отмахнулся он, скрывая скупую слезинку. — Просто... Ты так похожа на неё...

— Сочту за комплимент! — улыбнулась Хина.

— Ладно, мне тоже пора приодеться... — вздохнул принц, возвращаясь к гардеробу.

Недолго думая, Дилан снял с вешалки любимый праздничный костюм. То была популярная модель в королевстве: смесь мужского вечернего наряда со вставками доспеха на груди, плечах и запястьях. Принц одобрительно кивнул и стал раздеваться.

— Дили! — возмутилась Хина. — Постыдился бы!

— Это ещё почему? — искренне не понял парень, продолжая снимать с себя грязную рубашку. — Тут моя комната — это раз. И два — вы обе уже сто раз меня голым видели, чего теперь-то пищать? Время поджимает, за нами скоро придут... — ответил Дилан, откинув голову в сторону настенных часов.

— А я всё равно отвернусь! — важно сказала жрица.

— Ну так я — посмотрю! — ухмыльнулась Ангелина. — Обожаю смотреть на твою спину...

— Это прозвучало... некомфортно! — от взгляда пегаса парень поёжился. У него непроизвольно проснулось чувство стыда.

— Давай-давай! Пошевеливайся! — нарочно похотливым голосом подгоняла Ангелина.

— Ой, да ну вас обеих! — обиделся Дилан и скрылся в ванной.

Пока парень одевался, в дверь постучали:

— Ваша Светлость! Леди Хина! И... защитница! Просим вас проследовать на террасу! Вы уже готовы?

— Одну минуту! — крикнула за всех жрица.

Когда все стали наконец готовы, дверной замок щёлкнул и перед слугами выступили молодые люди в роскошных нарядах в сопровождении выздоровевшего пегаса. Распорядитель заострил внимание только на Ангелине, негромко хмыкнув, а потом велел следовать за ним.

Ангелина ещё никогда не присутствовала на балах, а все её представления об этом мероприятии ограничивались сценами из книг или фильмов. Казалось, что это такие утончённые вечера в рядах людей с красивыми костюмами, а ещё танцы, новые знакомства, светские беседы, дорогие напитки...

Какого же было удивление девушки, когда она вышла с Диланом на террасу, а её встретила атмосфера уныния и массовой депрессии. Бодрая музыка живого оркестра слабо контрастировала с угрюмыми лицами присутствующих, что стояли отдельными разрозненными кучками, топя свои переживания в бокале вина. Никто почти не разговаривал, не говоря уже о танцах. Возглавлял этот странный процесс король Роланд, сидящий на специальном троне, возвышаясь над всеми. Рядом стоял Сайрус с очень натянутой вежливой улыбкой, даже сильнее обычного.

Вошедшая тройка новых лиц немного оживила всеобщую скуку: теперь предметом обсуждения стала Грация. Каждая скотина на этом балу для себя отметила побитый вид Ангелины и отрезанную гриву. Ненависть сближает, как говорится. Сам король лишь бросил брезгливый взгляд на пегаса и сморщился при виде Хины в платье его покойной жены. Сказать, что происходящее чувствовалось неловким — ничего не сказать.

— Так... Чем займёмся? Надолго всё ЭТО? — шепнула Дилану Хина.

— Я бы поел, — вполне серьёзно сказал принц.

— Звучит как план! — оценила жрица, взяла парня под руку и отправилась вместе с ним к праздничному столу.

— Сайрус, слышишь ли ты меня? — позвала Ангелина, пристально глядя на дворецкого, но тот упорно избегал с ней зрительного контакта. — Что тут творится? Что нам лучше делать? Сайрус?!

Но красавчик молчал, натянуто улыбаясь гостям. Всем, кроме Ангелины.

Дилан решил не стесняться и поесть как следует: взял свободный поднос, навалил туда разной еды на двоих, захватил пару бокалов между пальцами и отошёл к столику на балконе с видом на Штормфронт, который едва-едва различался огнями ночного города вдалеке. Хина присела рядом, взяла канапе на палочке, откусила и чуть не выплюнула всё обратно:

— Какой ужас! — кашлянула жрица, аккуратно избавляясь от еды во рту на салфетку. — Еда пересолена!

— Это ладно! У меня в тарталетке вообще волос! — попытался приободрить её принц, демонстрируя находку.

— У меня есть подозрение, что поваров заставляли готовить под остриём болтов арбалета...

— А я всё равно всё съем! — смело заявил Дилан. — Бедняги старались, переступали через себя, чтобы мы могли покушать. Я не дам этому пропасть! Ваше здоровье!

Принц начал храбро наворачивать угощения со скоростью голодного дракона, смакуя каждый кусок.

В какой-то момент королю надоело просто сидеть и наблюдать за унынием. Он шепнул что-то на ухо дворецкому, а тот заметно побледнел, а после вышел перед всеми, стуча по хрустальному бокалу вилкой:

— Дорогие подданные королевства Пион! Его Величество Роланд Пятый желает выступить с важной речью! Прошу минуточку внимания!

Музыка мигом стихла, редкие разговоры смокли. Все взгляды прикованы к королю. Роланд медленно встал с трона, обвёл всех недобрым взглядом и начал говорить:

— Мой народ! Я знаю, все мы устали: от войны, от невзгод, но особенно — от исчезновения магии стихий. Когда-то... — Роланд сделал небольшую паузу. — Клан «Покоряющих Небеса» был самым могущественным во всём мире! Нашей магии не было равных, мы побеждали каждую войну, но потом — у нас отняли эту привилегию. Но знаете ли вы, как всё можно исправить? Буквально, в ближайшее время, если быть точным.

Зал наполнился тихими оживлёнными разговорами, люди начали подходить к королю поближе. Одна только компания Дилана напряглась, как никогда раньше. Принц отложил еду, шепнул Хине на ухо «будь наготове» и сосредоточил всё внимание на отца.

— Каждый с детства знает о пророчестве, — продолжил Роланд. — Однако не каждый ведает о его истинной сути. Правду знаю лишь я один, и сейчас я поделюсь ею с вами! Мой сын Дилан — встань и подойди ко мне! — властно велел король.

— Я слушаю, оте...

— МОЛЧАТЬ! — грубо прервал его Роланд. — Тебе было велено только подойти. Говорить будешь, когда я позволю! А теперь, люди королевства — посмотрите на него! Это тот самый человек из пророчества Брима, что соединил свою жизнь с пегасом! Тот, кто мог бы снять проклятие божества! — и тут Его Величество помрачнел, а глаза налились кровью от дикой злобы: — Вот только. Этот треклятый сын — отказывается исполнять своё предназначение!

Толпа возмущённо загудела, а Дилан растерялся от такого поворота событий.

— Дилан! Он что — собрался повесить всех собак на тебя?! — испугалась Ангелина.

— Да, сын мой — я всё знаю! Ты всё это время понимал, как уничтожить печать Эквайзера, но ничего для этого не сделал!

— Это ЛОЖЬ! — выкрикнул Дилан, злобно смотря на отца. — Ты сам вставлял мне палки в колёса! Это из-за тебя я ничего не мог сделать!

— Да как ты смеешь?! — разозлился король. — Покоряющие Небеса на пороге войны! Нежить лезет из каждого угла! Жизни наших подданных в опасности, а ты посмел оправдываться такой наглой клеветой, да ещё и на меня?!

— Я даже не знаю, что от меня требуется! — возразил принц.

— Ох, действительно? — с насмешкой сказал Роланд. — Хочешь сказать, что избранный принц, получивший пегаса, ничего не знает, а Его Величество — да?! Какая жалкая попытка уйти от ответственности! Ты разочаровал меня!

— Это ты всех разочаровал! Давно! Ещё когда мама скончалась!

— Дерзкий щенок! — король махнул рукой, подзывая Сайруса. — Значит так! Слушайте мой указ! Я, Роланд Пятый, на правах законного правителя этих земель, объявляю: теперь я займу место избранного вместо моего сына, и сломаю печать божества! Дилан потерял это право!

— Кажется, время сваливать... — шепнула Грация.

— Не выйдет, — вдруг отозвался Сайрус. — Попытаетесь убежать, я вас остановлю.

Дворецкий не сказал «если», он полностью уверен, что остановит.

— Какого дьявола, Сайрус?! Я думала, мы друзья! — Дворецкий оставил последние слова Ангелины без ответа.

— А теперь... Сайрус! — велел король, указывая на принца. — Приведи мне сына и его кобылу! Мы идём снимать печать прямо сейчас!

— Да, Мой Лорд, — через силу сказал Сайрус, преклоняясь перед безумным королём.

— Если сделаешь шаг вперёд — я тебя не пощажу, Сайрус, — пригрозил Дилан, складывая пальцы для быстрого сотворения магии света.

— Ты ещё смеешь перечить, щенок?! — фыркнул король. — Сайрус! Новый приказ — проучи гадёныша! Хоть какое-то веселье будет на этих «поминках».

— Да, Мой Лорд... — с болью в голосе отозвался дворецкий, обнажая из-за пазухи стилет. — Могу я просить Ваше Величество о честной битве?

— Что? — буркнул король. — О чём ты говоришь, слуга?

— Ваш сын без клинка. Кодекс чести не позволяет мне нападать на безоружного.

— А! Как хочешь! — отмахнулся король и поудобнее уселся на троне.