Габриэль Норлэйн – Грация! (страница 40)

— Я себе тоже включу режим спарринга. Не хочу от тебя отставать, Джоз.

— Уважаемо! — с одобрением закивал ящер.

Второй голем ждал летящего кальмара с боевым настроем: машина бесцеремонно кинулась на Хименеса, но тот её вообще не боялся, только выставил посох мудреца впереди себя. Ю-32 ворвался в битву вихрем ударов ногами прямо в полёте, словно мельница. Джоз с крольчихой замерли от переживаний за Хименеса, но тот начал уклоняться с таким изяществом и сноровкой, что двое его товарищей от удивления пораскрывали рты.

— Он уклоняется, как...

— Как голем! — подтвердила Шаша. — Хименес полностью копирует движения своего противника! Словно видит все его действия наперёд!

— Это круто, но как он будет атаковать? Наш мудрила очень слаб физически, как ни посмотри, — почесал кожаный подбородок Джоз.

Голему надоело промахиваться, и он решил взять кальмара в захват, чтобы тот не смог уклоняться. Ситуация не изменилась: мудрец уклонялся от цепких рук и ног голема.

— Узрите! — объявил Хименес, взмахивая посохом. — Ускоренное время!

Посох мудреца коснулся головы голема и тот, внезапно, ускорился! Его движения становились всё быстрее и быстрее, он даже умудрился пару раз ударить Хименеса, но только вскользь. Через пару секунд, Джоз и Шаша просто не могли уследить за боем. Что-то мельтешило тут и там, изредка появлялся мудрец, а голем превратился в блик.

— О нет! — испугалась алхимичка. — Пульт управления големами остался у Хименеса! Мы никак не можем ему помочь!

— Земля пузом! — покачал головой Джоз.

— Не смешно! — надулась Шаша и стукнула ящера по плечу.

— Смотри! Это что?! — ящер похлопал грязной рукой по куртке крольчихи и указал в сторону Хименеса, застывшего напротив своего голема. — Они просто встали и не двигаются!

— Хименес! У тебя всё в порядке?!

— Я победил, — коротко объявил он, замахнулся посохом, а потом нанёс единственный сокрушительный удар по голове голема.

— Как это?! — растерялся ящер. — Вот же он! Стоит и ничего не делает!

— Битва окончена, — настойчиво повторил мудрец и подлетел к союзникам.

— Но что же произошло?! — Шаша не находила себе места от любопытства.

— Я расскажу. С помощью способности анализа, я выучил паттерн поведения и движения големов. Начал с противника Джоза, а потом запомнил движения со своего противника. Я начал чувствовать любую вражескую атаку заранее, словно вижу будущее. Так я защитил себя от негативных последствий моего главного заклинания — ускоренного времени.

— А что оно делает? В какой-то момент голем начал ускоряться!

— Раз вы не догадались по названию, то объясню: это заклинание мудреца, которое накладывает проклятье на цель, ускоряя его рефлексы и восприятие по экспоненте...

— Экс... Экспо... ЧОООООО?! — не понял ящер.

— Это значит, что с каждой секундой мой противник будет ускоряться, пока не потеряет чувство связи с реальностью и не попадёт в ловушку: чем больше он двигается, тем сильнее проклятье. Когда голем встал на месте, то для него одна наша секунда стала бесконечностью. Я ударил его посохом, но он поймёт это, лет через десять, примерно. Разум (или что там у голема имеется) становится заложником тела, которое не готово к ускоренному восприятию. Он будет медленно смотреть, как я бью его посохом, но так ничего не сможет сделать.

— Какая жуть.. — Шаша схватилась за ушки. — Напомни мне не злить тебя!

— Так вот ты какой козырь прятал, когда мне угрожал! — обрадовался Джоз. — Да с таким заклинанием мы хоть кого победим!

— Мне приятна ваша похвала, но у заклятья есть огромный список ограничений и условий, к тому же, я теперь не скоро смогу им воспользоваться, — грустно признал мудрец.

— А мне теперь неловко из-за вас! — обиделась Шаша, скрестив руки на груди. — Я даже не могу показать вам весь свой арсенал на этом болванчике, потому что он... неживое существо! У меня в запасе остаётся только два подходящих зелья для битвы с големом и... я очень не хочу показывать вам одно из них!

— Ну так не делай этого, — спокойно ответил Хименес. — Тебе включать боевой режим, как нам до этого?

— Ещё спрашиваешь! Ха! Смотри, что маленькая заинька может! — Шаша излучала уверенность, направляясь к последнему голему. Алхимичка на ходу выпила то самое зелье, которым постоянно угрожала Джозу, поморщилась и случилось следующее...

Третий Ю-32 насмотрелся на поражение собратьев и аккуратно подобрался к Шаше сбоку. Пока крольчиха морщилась от послевкусия зелья, голем ударил её в висок, попытался одёрнуть руку обратно, но не смог — она налетела на непонятно откуда взявшиеся острые рога и намертво застряла.

— Ух! Моя головушка! — посетовала Шаша. — А? Ты уже тут! Уклонись-ка от этого!

Рука крольчихи начала меняться, превращаясь в демоническую, покрытую острой чешуёй с торчащими наростами. Алхимичка без труда проткнула грудь голема с безразличным взглядом, а потом отрастила за спиной огромные кожистые крылья и взлетела вместе с пронзённым големом над ареной. Шаша лениво мотнула головой, избавляясь от чужой руки в рогах, скинула противника вниз и добавила следом жидкого пламени из демонической руки. Голем сгорел прямо в полёте, до земли долетел только прах и образовавшийся обсидиан.

— Я думал, что зелье химеры всего лишь легенда, — с интересом произнёс Хименес, глядя на трансформировавшуюся Шашу. Крольчиха медленно спустилась к остальным и самодовольно ухмыльнулась:

— Да я всякие легенды на завтрак пью! Знаете, во сколько мне обошлось применение этого зелья? Лорд Мрак убьёт меня, когда прочтёт отчёт о расходах в ближайшем месяце!

— Не убью, — коротко отозвался повелитель, выходя из тени.

Троица и не заметила, что один из магических кристаллов давно погас, а во тьме затаился Лорд Мрак. Повелитель медленно шёл к своим чемпионам, удовлетворённо хлопая в ладоши:

— Браво! Всё, что я тут увидел — именно то, что мне было нужно! Теперь я более чем уверен в своих силах, а, значит, война с людишками не за горами!

Глава 24

— Как же темно и холодно...

Импульсом пронеслось в голове Ангелины. Тело не отвечало на приказы разума, в мыслях проносился белый шум без намёка на Дилана или хоть кого-нибудь живого. Помехи. Да, в данной ситуации, лучше и не скажешь.

— Кто-нибудь... Ответьте...

Ангелина боялась поддаться панике от нагнетающего чувства пустоты. Она начала припоминать, как в седьмом классе на неё накатывали панические атаки от осознания, что она однажды умрёт, и на этом вроде как всё. Ни мыслей, ни звуков, ни чувств — одна сплошная пустота до скончания времён. Ирония в том, что на столь депрессивные мысли её натолкнул глупый детский мультик по телевизору: тамошние персонажи в шутливой манере всего лишь озвучили мысль о бесконечной пустоте парой предложений, а впечатлительное сознание Ангелины это прочувствовало и не смогло забыть.

Сейчас сбылась та самая страшная ситуация, которой девушка боялась и по сей день. Очень необычное и противоречивое чувство — ты растворяешься в пустоте, ничего не можешь сделать, но при этом ты полностью осознаёшь весь глубинный ужас ситуации.

— Какой же глупый конец... — подумалось Ангелине. — «Отличная» из меня героиня истории! Мне столько шансов дали, а я всё потеряла настолько банальным способом! Как же бесит... Ситуация была бы намного абсурднее, если бы Дилан упал с меня и разбил голову об камень...

— Чем ты занимаешься? — спросил до боли знакомый голос.

— Кто? Я?! — вспыхнуло внутри разума Ангелины.

— Ну не я же, правильно? — спокойно ответил голос.

— Сильф? — предположила девушка.

— Ты прекрасно знаешь ответ, — отмахнулся дух ветра. — Я наблюдал за тобой какое-то время, но я никак не могу понять — почему ты не просыпаешься? Ты действительно думаешь, что умерла?

— Постой... — до Ангелины начало доходить. — Так мы просто в кошмарном сне?

— Кошмар, как же, — презрительно сказал Сильф. — Мы находимся в ситуации, что люди называют «устал и спал как свинья, а вместо снов видел чёрный квадрат Малевича». Ты, кстати, знала, что свиньи видят довольно разнообразные сны и обладают зачатками воображения?

— Нет, не знала! — облегчённо ответила Ангелина. — У меня камень с плеч упал, когда я услышала твой голос! Я была не готова умирать!

— Никто и никогда не готов умирать, — задумчиво произнёс Сильф. — Тем ни менее, от этой участи не сбежать никому, включая меня с братьями. Людям кажется, что мы вечные стихийные духи, но тебе скажу кое-что по секрету: я неизвестно какое по счёту воплощение духа ветра.

— Так ты был человеком?

— Наверное, — расплывчато ответил Сильф. — Давно это было. Мне жаль прерывать нашу короткую беседу, но тебя пытаются откачать.

— В смысле?! — возмутилась девушка и вдруг всё вокруг начало обрастать привычными красками, звуками, а вот изо рта выкашливалась холодная вода с привкусом тины, но несмотря на боль и удушье, чьи-то тёплые губы настойчиво вдыхали в Ангелину жизнь.

Пегас выплюнул остатки жидкости и начал брыкаться, заставив Дилана резво отскочить назад. Ангелина проморгалась от воды и едва заметила принца в сырой одежде, освещаемого слабым сиянием собственных крыльев.

— Ты очнулась! — Дилан неуклюже кинулся обниматься. Парень крепко обхватил шею Грации, медленно поглаживая спутанную сырую гриву. — Я столько воды из тебя откачал, что мне в один момент показалось, будто ты решила выпить реку! Я уже и не надеялся...