Фёдор Бойков – Молниеносный (страница 9)

И только оказавшись в горячей ванне, я смог немного расслабиться. Эта длинная ночь вымотала меня гораздо больше, чем я поначалу думал. А уж событий за несколько часов произошло столько, что я невольно начал думать о какой-то подставе со стороны той сущности, которая перенесла меня в этот мир.

Нет, я не жалел о прошлой жизни, точнее о смерти там. Да, я был обычным электромонтёром пятого разряда, но я хорошо пожил. Ещё и напарника спас, перед тем как свалиться с ЛЭПа. Короткая и яркая жизнь — это неплохо. А здесь есть, где развернуться.

Магия, демоны, говорящие псы и мощные артефакты. Всё это манило меня, будоражило кровь. Именно поэтому я даже не понял, как смог так быстро принять новый мир и новую жизнь. Я не считал род Громовых чужим, как и их наследие. Все эти деревенские жители, помощница и забулдыга-дворецкий стали мне родными.

И я уверен, что справлюсь с любыми трудностями, которые меня ждут на этом загадочном Рубеже. Князь я или где?

Проснулся я от настойчивого звука мобильника. Потянулся к тумбочке и попытался нащупать свой смартфон. Вместо тумбочки рука наткнулась на пустоту, а я чуть не свалился с кровати. Разлепив глаза, я видел княжеские покои и сразу же вспомнил события прошлой ночи.

Сигнал телефона отзывался болью в голове, а ноздри щекотал запах свежесваренного кофе. Хорошая у меня помощница, уже и кофе сварила и мобильник достала. Только вот откуда этот звук идёт?

Я встал с кровати и в одних подштанниках вышел в гостиную. У этих аристократов личные покои больше моей трёшки в Мытищах. Спальня, гостиная, гардеробная и ванная комнаты были метров по тридцать каждая, а ещё была вторая гостиная через дверь — для будущей княгини.

В гостиной меня ждала Алёна, нетерпеливо постукивая папкой с документами по столу. Телефон она отложила подальше от себя и сейчас морщилась от каждой новой трели, которые становились всё громче и громче.

— Утречко доброе, — протянул я, зевнув и потянувшись к мобильнику, чтобы отключить будильник.

— Князь! — воскликнула моя помощница, вскочив с дивана и возмущённо уставившись на меня.

— Что не так? — спросил я, залезая в меню телефона.

Интересно, как здесь выйти в интернет? Похожих значков на экране не было, зато там была куча цветных иконок с приложениями-играми.

— Как вы можете в таком виде показываться… людям, — она сначала хотела указать на себя?

Судя по раскрасневшимся щекам — да. А что это она так пыхтит? Подумаешь, увидела мужчину в подштанниках. Не голый же. Или у них запрет на обнажёнку? Я смерил взглядом свою впалую грудь и усмехнулся. Вряд ли Алёна от возбуждения жаром пышет. Значит, всё-таки расхаживать в исподнем в этом мире считается неприличным.

— Откуда мне было знать, что ты здесь? — я пожал плечами, взял мобильник и кофе, стоявший рядом на столике, и поспешил обратно в спальню.

— Но… постойте! — Алёна рванула за мной, перегородив собой дверь спальни. — Вы же сами просили принести документы и… там оценщик приехал.

— Какой ещё оценщик? — удивился я.

— Так с аукциона, — помощница смущённо улыбнулась и отвела взгляд. — Я же говорила вам на прошлой неделе.

— Точно! Совсем из головы вылетело! — я качнул головой и обошёл Алёну. Только оценщика мне не хватало для полного счастья. — Оденусь и спущусь, встреть его там. И проследи, чтобы ложечки не пропали.

— Какие ещё ложечки? — моя помощница нахмурила лоб.

— Из коллекции фамильного серебра, — хмыкнул я. — А то, знаешь ли, всякое бывает. Допустим, ложечки найдутся, а осадочек останется.

Алёна зависла, а я, довольный произведённым эффектом, захлопнул перед ней дверь спальни. Кофе выпил почти залпом, ковыряясь в меню телефона. Похоже, это совсем новый аппарат, на который установили резервную копию или что-то вроде того. По крайней мере в исходящих звонках было пусто. Да и в сообщениях тоже.

Зато я наконец нашёл иконку интернета и принялся увлечённо изучать местный аналог всемирной сети. Хм… а вот здесь уже нашлись и звонки, и сообщения. Которые посыпались на меня непрерывным потоком.

«Княже, надо бы встретиться», — писал мне некий Александр Н.

«Ваша светлость, если не внесёте остаток, парюра будет выставлена на ближайшем аукционе! Поспешите, осталось два дня!», — я перечитал сообщение ещё раз и всё равно ничего не понял. Какая такая парюра, какой остаток? Сообщение пришло три дня назад, так что я в любом случае опоздал. Ну и ладно. Всё равно у меня нет денег.

Допив залпом кофе, я направился к гардеробной. Ровные ряды белоснежных рубашек висели по левую сторону от меня, а справа располагались однотипные сюртуки в комплекте с брюками того же цвета. На открытых полках лежали стопки нижнего белья наподобие тех же подштанников, а нижние полки были заставлены рядами обуви.

Вот же модник, этот князь Громов. Неудивительно, что Захар не смог упаковать всё это в один чемодан. Тут понадобится целый грузовик.

Разбираться в фасонах я не стал, взял первый попавшийся комплект из сюртука и брюк, сцапал ближайшую ко мне рубашку и принялся одеваться. Через несколько минут я был готов. Глянув напоследок в зеркало, пригладил торчавшие в разные стороны тёмные волосы и направился прочь из апартаментов. Так и привыкнуть к роскоши недолго, — хмыкнул я.

Внизу с важным видом расхаживал худощавый старичок в очках с толстыми линзами. Сразу видно — въедливый и противный, как все бюрократы. Он осматривал стены с обветшалыми обоями, лестничные перила и немногочисленные картины и фигурки с изображением собак, которые стояли на невысоких постаментах у стен. Периодически мужчина что-то печатал на планшете и снова возвращался к стенам моего поместья.

— А вот и я! — громко сказал я, заставив мужчину вздрогнуть. Он чуть не уронил планшет и прижал его к груди, словно самое ценное, что у него есть в жизни.

— Князь, — укоризненно сказала Алёна, внимательно следившая за оценщиком. Видимо, мои опасения насчёт ложечек она восприняла всерьёз.

— С чем пожаловали в мой дом, уважаемый? — спросил я, ступив на нижнюю ступеньку.

— Это Демид Субботин, — представила мне старичка Алёна. — Оценщик аукционного дома Троцких.

— Согласно положению о передаче недвижимого имущества под залог аукционного дома Троцких необходимо сделать опись обстановки и предметов мебели, — скрипучим голосом проговорил Субботин. — После мне будет нужен доступ к фамильной сокровищнице, гардеробной, конюшне, гаражу, кухонной утвари и прочему движимому имуществу.

Нехило он замахнулся! Да ещё и кухонную утварь в один ряд с фамильной сокровищницей поставил.

— У меня есть месяц для внесения четверти от нужной суммы, — сказал я, глядя на оценщика.

Типичный крючкотворец на страже казённого имущества, такого можно и нужно посылать куда подальше от моих владений, а то он и вправду начнёт мои подштанники пересчитывать. А уж про ложечки вообще молчу.

— Так вот, уважаемый Демид Субботин, — продолжил я. — Ровно месяц и ни днём меньше. Только после этого ваш аукционный дом имеет право оценивать, пересчитывать и описывать. Так что благодарю за визит, но вам придётся покинуть мой дом.

Субботин замер, глядя на меня немигающим взглядом. Я прям чувствовал, как в его голове прокручиваются строчки договоров, положений и указов. На самом деле я блефовал — изучить документы я не успел, но мне было достаточно слов Алёны.

— Действительно, такая отсрочка есть, но это не имеет смысла. По имеющейся у меня информации князь умер, — произнёс наконец старик.

— Но вот же я, прямо перед вами, — я развёл руки в стороны и покрутился, чтобы старик мог рассмотреть меня со всех сторон. — И могу вас заверить, что я очень даже жив.

— Документальных подтверждений вашего состояния у меня нет, — Субботин заглянул в планшет и нахмурился. — Если же смерть будет официально подтверждена, то мне придётся снова ехать сюда для оценки.

— Вот и отлично! — воскликнул я, указав на выход. Многовато у меня за последние сутки посетителей, хоть двери заколачивай. — Уверен, вам не придётся приезжать в моё поместье второй раз. Всего хорошего, был рад знакомству.

Недалеко от поместья, в рощице, прилегающей к крематорию, расположились двое мужчин в камуфляже. Артефакты сокрытия делали их практически незаметными на фоне тёмно-зелёных кустарников.

— Вон он, видишь? — негромко сказал один из наблюдателей — невзрачный, неприметный и блёклый, как и положено хорошему шпиону. — Сначала выставил из дома инквизиторов, потом с толпой разобрался, а сейчас и оценщика Троцких прогнал. Это если наши информаторы не врут.

— Откуда столько прыти у покойника? — недовольно пробубнил второй наблюдатель, пришлёпнув комара. К сожалению, ни один артефакт не защищал от этих мелких гадов.

— Ну раз инквизиция ничего не нашла, демона в нём нет, — задумчиво протянул первый. — Иначе мы бы уже на площади любовались чадящим факелом и слушали визги толпы.

— Прошлые исполнители совсем мышей не ловят? — второй выругался и почесал щёку. — На фотках видно удары от кинжала, но князь почему-то до сих пор небо коптит. Идиоты.

— Ладно, этих неудачников наверняка уже пустили в расход, — первый убрал бинокль и задумался. — Как думаешь, он правду про Защитника сказал или это просто слухи среди местных? Информаторы…

— Да наплёл с три короба, лишь бы его на вилы не подняли! — фыркнул второй, не дав договорить.