Фёдор Бойков – Молниеносный (страница 37)

— Всё образуется, — с нажимом сказал Никулин. — Пожарский поправится и наведёт порядок. На базе сейчас творится хрен знает что, тросы рвутся, одержимые шляются как у себя дома…

— Если он вообще поправится, — фыркнул Самойлов и получил тычок в бок. Никулин указал на Ксению и свёл брови к переносице, но на его заместителя это не подействовало. — И эта туда же, а ещё княжна. Думает, что дядя успеет вмешаться. А вот ни хрена! Все рядком будем стоять и ждать, когда огонь нас заберёт!

— Заткнись! — процедил сквозь зубы Черепанов. Вот уж от кого я не ожидал поддержки, так это от него. — Думаешь, князь виноват в том, что на него инквизиция взъелась? Если так, то ты идиот! Этим уродам плевать, что ты сделал или не сделал. Громова заказали, это же ясно.

— В смысле заказали? — подал голос Михаил Бабарыкин. — Разве такое возможно?

— В мире большой и малой политики возможно всё, — хмыкнул Игорь. — Просто разные услуги стоят по-разному. Думаешь, Орден Инквизиции только на пособии императора и продаже зелий так поднялся?

— Но это же… инакомыслие, — пробормотал Михаил, оглядываясь на лица рубежников. — Это противоречит всему, чему меня учили.

— Подрастёшь — поймёшь, — снисходительно подмигнул ему Игорь. — В мире очень многое противоречит учениям и иногда даже здравому смыслу.

Разговор затух, все задумались о возможной продажности инквизиторов. Черепанов открылся для меня с новой стороны. Как бывший аристократ, он понимал в мироустройстве побольше моего. Я вот, например, не знал, на какие средства существует инквизиция.

Слова Игоря не показались мне пустой бравадой, я чувствовал, что за ними что-то стоит. Это было заметно по горечи в голосе Черепанова, по уголкам губ, которые будто жили своей жизнью, подсвечивая истинное отношение Игоря к Ордену.

Кто мог купить Данилу? Придётся мне хорошенько обдумать этот вопрос, когда будет время. Сейчас же мы вышли к огромному подземному озеру, поверхность которого была скрыта густым туманом.

Мы осторожно подошли к краю озера. Вода в нём была черной, как смола, а на поверхности появлялись и лопались странные пузыри. Моей ноги коснулось что-то холодное, я отшатнулся и посмотрел вниз.

В воде шевелилось что-то огромное. Присмотревшись, я увидел тварей, похожих на гигантских червей. Они медленно поднимались со дна, слизистые тела мерцали в тусклом свете.

Я не мог разглядеть их толком, но чувствовал, что они готовы напасть. Ну как чувствовал… любая тварь в этом Каньоне только и думала, как полакомиться человеческим мясцом, так что сомневаться не приходилось.

— Готовьтесь! — нарушил тишину Никулин. Его голос звучал хрипло и устало.

А потом твари вырвались из озера и бросились на нас. Они были похожи на пиявок, только с острыми зубами и щупальцами. Семён отбил мечом атаку одной из пиявок, а я присмотрелся. Тело монстра скользнуло по клинку, оставляя на нём мерзкую слизь. У меня по коже пробежал холодок от отвращения.

Нет, так дело не пойдёт. Надо бить эту мерзость, пока она не вылезла из озера полностью. Каждый электрик знает, что разряд молнии может достигать силы тока до полумиллиона ампер, а напряжение в ней доходит аж до миллиарда вольт. Энергии одного разряда молнии хватит чтобы обеспечить электричеством город-миллионник на год.

А что у нас отлично проводит ток? Вода! И чем она грязнее, тем выше её электропроводность.

Была только одна проблема — я почти истощил резерв в бою со сколопендрами, и выдать что-то мощное сейчас не мог. Где бы раздобыть чуток энергии, а? Как вообще в этом мире маги восполняют резерв? Должно же быть какое-то средство!

— Я могу помочь, — обратился ко мне Бабарыкин. — У меня очень слабая магия… то есть я даже не совсем маг…

— Чего ты сиськи мнёшь⁈ — прикрикнул я на него. — Давай уже, говори нормально. Чем ты можешь помочь?

— У меня способности ретранслятора, — уже чётче сказал он. — Если поблизости есть источник энергии, я могу подключиться к нему и передать эту энергию.

— Тогда ищи этот источник, — сказал я, отправив слабенькую молнию в ближайшего слизняка.

Тот заверещал на ультразвуке и принялся извиваться, корчась от боли. Я добил его ещё одной молнией и поспешил на помощь Ксении, которая застыла напротив пиявки и ничего не делала. Мне показалось, что перед нападением слизняков рядом с Пожарской что-то вспыхнуло. Может, её чем-то ослепило или оглушило?

— Не стой под стрелой! — крикнул я, отталкивая княжну с пути червяка и поджаривая его до хруста.

Такими темпами мы тут надолго застрянем — пиявки продолжали выползать на берег. Благо, их было не так много, или у них была какая-то очерёдность, раз они не лезли на нас скопом. Несколько раз мне пришлось спасать Пожарскую, которая будто вообще не собиралась защищаться.

Такое поведение княжны меня беспокоило, раньше она не проявляла трусости и билась наравне с остальными. Какого хрена она пялится на пиявок и будто бы ждёт, когда те нападут⁈ И на шпильку Самойлова о Пожарском она тоже не отреагировала. Ох уж эти женщины!

— Нашёл! — завопил Бабарыкин, проталкиваясь ко мне. — Нашёл источник! Давайте руку!

Я ухватился за протянутую ладонь Михаила и сосредоточился. Где там мой жидкий огонь? Где мощь и сила, которую я ощущал в изоляторе? Мне бы они сейчас очень пригодились.

Энергия вдруг потекла по моим венам, превращаясь в раскалённую плазму. Яркая и мощная молния вырвалась из моих рук и ударила в озеро. Вода закипела, клубы пара заволокли всю пещеру. Но этого было недостаточно.

Я хотел превратить озеро в кипящий котёл, хотел уничтожить каждую пиявку, которая пыталась выбраться из воды. Но, увы, способностей Михаила не хватило, или же источник, который он нашёл, оказался слабым. Так что пришлось нам лупить слизняков мечами и слабыми разрядами молний.

Бабарыкин осел на землю, едва мы разомкнули руки. Бедолага тоже выложился по полной. Ну ничего, сейчас добьём этих пиявок и отдохнём перед тем, как дальше идти.

Когда мы закончили, рубежники принялись ругаться во весь голос, а Александр брезгливо поморщился. Я посмотрел на отряд и усмехнулся — все наши новенькие, только выданные доспехи были покрыты слизью пиявок. Бабарыкин уже пришёл в себя и с ужасом разглядывал зеленоватые подтёки на своих руках.

— Далеко ещё до Пещеры Дьявола? — спросил я у Семёна Рыкова, который пытался оттереть слизь со штанов.

— Уже пришли, — буркнул он, сплюнув. — Вон там тропинка. Как дойдём до конца, увидим Зубец. Но я через него не проходил, ждал снаружи с отрядом… те двое, что вошли в пещеру, так и не вышли.

Рубежники, услышав, что пещера близко, оживились. Они оставили в покое доспехи и поспешили за Уткиным, который уже двинулся вперёд. Тропинка и правда скоро закончилась, и перед нами предстал Зубец.

«Зубец» оказался каменным зубом, торчащим из земли под углом. Он преграждал вход в пещеру, словно клыки у чудовища. Сверху по Зубцу стекала вода, оставляя на камне мокрые полосы.

— Подходим ко мне, — негромко скомандовал Никулин. — Чем ближе, тем лучше. Мы не знаем, что дальше, поэтому активируем маскировку и разведаем по-тихому.

Когда мы столпились вокруг него, он достал из сумки небольшой амулет, отливающий тусклым светом. На нём были выгравированы странные символы, смысл которых я не понимал.

Никулин положил артефакт на землю перед собой и нажал на камень в центре. Амулет вспыхнул чуть ярче, и я почувствовал, как меня окутывает незнакомая энергия. Ощущение было странным, будто я растворяюсь в воздухе, но я всё так же видел себя и рубежников.

— А теперь погнали! В темпе, ребята, в темпе, — поторопил нас командир. — Действует артефакт не больше получаса. В случае опасности — всем выметаться из пещеры, это приказ!

Нам пришлось обойти Зубец, прижимаясь к стенам пещеры. Никаких демонов я поблизости не видел, но они наверняка где-то рядом. Я отчётливо понимал, что без артефакта маскировки нас взяли бы, как только мы коснулись бы Зубца.

Как только я продвинулся чуть дальше, пол ушёл из-под моих ног. Буквально. Я полетел вниз, сжав челюсти и матерясь про себя. Падение было недолгим, но я успел рассмотреть пещеру. Её стены были покрыты сталактитами, а на дне текла подземная река.

Приземлившись на дно, я осмотрелся. Наш отряд справился с падением, никто не издал ни звука, как и в прошлый раз. Да и вообще, мы все старались помалкивать на всякий случай.

Так же молча мы двинулись вдоль подземной реки, пока не вышли в ещё одну просторную пещеру, в центре которой находился огромный кристалл, излучающий яркий свет. Кристалл был окружён какими-то странными механизмами.

— Что это такое? — спросил Евгений Уткин, передёрнув плечами.

— Не знаю, — ответил Никулин. — Но выглядит это очень опасным.

— Ещё опаснее то, что мы не встретили ни одного стража, — прошептал Самойлов, крутя головой. — Они должны охранять свои сокровища, но их нет. Где демоны?

— Соскучился по демонам, серьёзно? — удивился Черепанов. — Век бы этих тварей не видел!

— Да вы все совсем что ли⁈ — взвизгнул Самойлов. — Если мы не видим демонов в их же схроне, то это может означать только одно — они тоже под маскировкой, следят за нами и окружают нас прямо сейчас!

Я слушал их вполуха. Зрелище кристалла и механизма не очень меня занимало, как и возможное присутствие демонов. В отличие от ряда клеток, стоявших вдоль одной из стен. Не знаю, что мной двигало, но я шагнул к клеткам и вдруг замер.