Фуюцуки Нобу – Тлеющий неон в крови (страница 4)
– Собрание всех Пауков начнется через полчаса.
– Мы успеем?
– А то! – ухмыльнулся друг. – У нас времени, как у шлюхи, – по горло. Как раз устроим марафон, ты готов?
– Готов! – решительно ответил ему я. – Какие условия?
– Отлично, финиш будет на той стороне, – ответил Иля, показывая пальцем на темную мегабашню в центре сектора, путь к которой проходит через сотни мелких трущоб.
– Сразу побежим до штаба?
– Ну да. Кстати, кто последний, тот ведет Лину на свиданку.
– А? Чего? Так нечестно! – возмутился я.
– А что ты хотел? Она девушка одинокая, видите ли, ей, кроме работы и собственного револьвера, никто не нужен, но на самом деле она ждет принца на белом коне.
Иля смотрел на меня в этот момент с чрезвычайно отвратительной саркастической улыбкой.
– Ты просто хочешь моей смерти, вот и все, – проворчал я.
– Почему? – посмеялся он.
– Да она же порвет меня на куски!
– Ты в этом уверен?
– Знаешь, рисковать своим здоровьем я не собираюсь.
– Ну вот, кто придет последний к финишу, тот и возьмет на себя смелость рискнуть. Я лично проигрывать не намерен.
– Размечтался! – я показал ему средний палец.
– Можешь уже придумывать, какое место на этой помойке ты выберешь в качестве свидания, – не переставая насмехаться, продолжил Иля.
– Ты просто чудовище! – ответил я, на что он дико рассмеялся.
Иля вытащил из кармана маленькое устройство, напоминающее миниатюрный реактивный ранец, размером не больше ладони.
– Зацени. Механизм пространственного маневрирования на реактивной тяге.
– Ого! – удивился я. – И как он работает?
– Прикрепляешь его к обуви, и устройство выпускает поток энергии с помощью определенных команд, ускоряя носитель. В него встроен специальный датчик, реагирующий на положение твоих ног и рук, а также сокращение мышц. С ним очень сложно синхронизироваться, на тренировки у обычных людей уходит не одна неделя, я смог справиться с ним дня за четыре.
– Поставил бы себе уже импланты на ноги, вышло бы куда эффективнее, – предложил я.
– Не хочу портить свое тело, я буду чистым, как младенец.
– Сказал парень, который без дозы и пары дней прожить не может.
– На себя бы посмотрел! Судя по тому, что ты не жалуешься на свою жизнь и не думаешь о суициде, ты сам уже под кайфом.
– Да‑да, – закатил глаза я. – А не считаются ли сейчас твои устройства читерством? У нас же честный марафон, слабо меня обогнать без этих приблуд?
– А ты готов не использовать свои способности? – подловил меня он.
– Нет уж!
– Ну, вот и я о том же. Надо же как‑то сравнять наши возможности. Надеюсь, ты перед тем, как взмыть в воздух, таблетки принял?
– Конечно.
Мы оба приготовились спрыгнуть с вышки.
Когда мы коснемся земли, испытание начнется.
Я глубоко вздохнул, почувствовал небольшое покалывание по всему телу. Спектр переполняет меня вдоль и поперек, и я был готов вырваться вперед. Глядя на Илю, я заметил, как его глаза покраснели, а от тела исходил тусклый красный дым, будто он тлеет от натиска силы. Он был уверен в себе, и я не собирался ему уступать.
– Ну что, Алекс? На старт, внимание…
0.0 – БЕССМЕРТНЫЕ
За 1288 лет до событий из пролога…
– Аркад, я во дворце, жду твоего сигнала.
– Понял тебя. Мы с Чарльзом на окраине города, выдвигаемся через несколько кольцевых витков, как только начнется тревога, ты знаешь, что делать.
– Я поняла.
– И, Нэталисия…
– Да?
– Благодарю за помощь, мне будет тебя не хватать.
– Я всегда рада помочь, любимый брат. Не забывай меня!
– Я даю тебе слово, что назову город в твою честь, – возгордился я.
– Ох, как это мило! – нежно завывая от умиления, сказал она. – Береги себя! Конец связи.
– Конец связи, – со вздохом ответил я.
– Твоя сестра? – спросил мой друг, стоя рядом со мной.
– Да. Все готово, Чарльз?
– Да, Аркад, людей мы переправили, все оборудование, припасы и ресурсы находятся в миллионе световых лет отсюда. Остались мелочи в виде нескольких космолетов и строительной техники.
– Сколько времени осталось?
– До закрытия портала осталось не больше пяти часов.
– Чарльз, а если попонятнее?
– Не больше двадцати пяти дуговых витков, – торопливо отчеканил мне товарищ, глядя на свои золотистые механические часы в слегка вспотевшей ладони, которые он достал из кармана темного классического жилета. – Я постоянно путаю, перевожу свое время на ваше буквально на ходу. Кольца, дуги – кошмар какой‑то. Прошу меня простить, мне ужасно стыдно!
Я слегка усмехнулся.
– Не волнуйся, Чарльз, в новом месте наше привычное представление о мире перевернется с ног на голову, и нам придется создавать все по новой. Теперь, когда нам известен этот
– Не это ли ты обсуждал со своей сестрой? В чем замысел? – спросил Чарльз.
– Я хочу попрощаться с матерью, – ответил я. – Ты со мной? Мне не помешала бы твоя поддержка, ведь во дворце десятки стражников. Одному мне отнюдь не справиться.
– Тогда не будем терять драгоценное время! – не задумываясь, ответил он мне.
Обожаю его пламенный энтузиазм, за что я сильно уважаю.
Мы с Чарльзом стояли на вершине невысокой обзорной башни на окраине города и в последний раз любовались широким видом Топоконии, который был словно на ладони, а позади него – красивейшим закатом из двух звезд, сияющих на горизонте. Свет от них пробивался сквозь кольца планеты, окутывающие небосвод, и это зрелище поистине вдохновляло, заставляя задыхаться от изумления.
У меня сегодня хорошее настроение, чувствую, как адреналин бурлит в моих жилах. Оно неспроста, ведь сегодня для нас знаменательный день – окончание колонизации. Я пытался максимально насладиться последними мгновениями, проведенными дома.
Ох, Топокония, моя родина, место, где я вырос и жил по сей день!
Как же она прекрасна…