Фуюцуки Нобу – Тлеющий неон в крови (страница 22)

Не жизнь, а сказка!

Учителя вечно пытаются вызвать моих предков, чтобы нажаловаться на меня, но, учитывая, что их постоянно нет дома, они даже и не собираются приходить, однако один раз моя мама соизволила прийти на родительское собрание. Она была в тот день вся на нервах, не оттого, что ей было ужасно стыдно за меня, просто ей было неимоверно скучно, и она не хотела тратить на это время. Когда учителя сообщили ей о том, как я себя веду, она сделала серьезное лицо и пообещала, что поговорит со мной. Придя домой, мама рассказала все отцу. Родители предупредили меня, что если я продолжу себя так вести в школе, то могу привлечь к себе лишнее внимание, и одна группа нежелательных людей может попытаться со мной и ними разобраться. Я, конечно, послушал их какое‑то время, но потом продолжил так же заниматься тем, чем мне так нравится.

Лина невысокого роста, со стройной фигурой и милейшим личиком. В школе носила рубашку на пару размеров больше, галстук никогда не завязывала, а просто вешала себе на шею. Никогда не любила юбки, всегда при любой возможности заменяла их темными облегающими джинсами. Красилась она лишь раз, когда мы были на школьном балу. Тогда я увидел ее в черном платье и глубоким разрезом до бедра. У меня тогда чуть челюсть не выпала. Когда приходилось быть женственной, в этом плане она никогда не допускала проколов.

В свободное от школы время она всегда ходила в легком спортивном костюме, для нее он казался самым удобным из всего ее огромного гардероба.

С Линой я дружу уже четыре года, в одном из школьных походов на природу я увидел ее, как она закидывала камнями шпану из параллельного класса. Я подумал, что она задирается, и хотел вмешаться, но после слов «Эй, да успокойся ты, дура ненормальная, мы просто поспорили с пацанами, что сможем потрогать твои сиськи», я сам взял камни и решил к ней присоединиться. Так мы и познакомились.

Спустя некоторое время я успел ей рассказать все, что происходило тем вечером.

– И что, теперь тебе нельзя даже выходить гулять? – спросила она.

– Получается, что так.

– Надолго все это?

– Не знаю, по крайней мере, пока не закончатся основные тренировки.

– И когда же это будет? Через сто лет?

Я промолчал.

– Иля, переставай грустить и пошли со мной, думаю, что мне стоит тебя кое с кем познакомить.

– С кем это?

– А вот когда придем на место, узнаешь.

Она мило улыбнулась, взяла меня за руку и повела с крыши нашей школы до самых школьных ворот. Мы остановились с ней около охранной будки, я насторожился, а она лишь ехидно улыбалась и оглядывала забор.

– Лина, ты же понимаешь, что нас не пропустят охранники, пока идут занятия?

– Ты всех учеников в школе так сильно зашугал, что они тебя стороной обходят, когда тебя видят, а тут ты вдруг превратился в трусливую девочку, с чего вдруг?

– И что ты предлагаешь? – нахмурился я.

– Просто перелезем через забор, охранник и опомниться не успеет, как мы уже с тобой убежим.

Я скривил лицо и с такой физиономией простоял около минуты.

– Иля, ты прикалываешься? – возмутилась она и тут же ударила меня кулаком по плечу.

– Ай, больно же!

– Смелее, не позорься, особенно когда стоишь перед такой дамой, как я, – посмеялась она.

Забор хоть и высокий, но он был монолитным со множеством выступов, вскарабкавшись на которые можно было с легкостью его перелезть.

Лина полезла первая, а я – вслед за ней.

– Ну что, куда теперь? – спросил я, спрыгнув с обратной стороны забора.

– Теперь нам нужно сесть на поезд и поехать в Южный район Митры.

– Чего? Ты серьезно?

– А что такого?

– Ты предлагаешь мне сбежать и поехать в самый опасный район мегаполиса? В этот лес трущоб, где живет весь сброд планеты, и в котором убить человека посреди улицы – это обычное дело?

– Ого, так ты наслышан? В таком случае все правильно, так и есть, – ответила Лина, пожимая плечами. – Тебя что‑то смущает?

– Ясен член, я на такое не подписывался. Мой отец рассказывал мне, что ступив своей ногой на ближайшую улицу, ты автоматически можешь считаться знатным деликатесом для местных каннибалов‑педофилов.

– Там, конечно, все плохо, но не до такой же степени, – махнула она рукой. – Твои предки преувеличивают.

Я остановился.

– Лина, я серьезно. Я не хочу туда идти!

– Да чего ты так боишься? Ты натренированный сын наемных убийц, думаю, что тебя там даже и пальцем тронуть никто не сможет.

– Все равно.

– Нам нужно туда, потому что там живет человек, который сможет помочь тебе с твоей проблемой.

– Может, ты просто ему позвонишь, и он сам сюда приедет?

Мы резко остановились, и мне стало немного не по себе от ее взгляда.

– Иля, твою мать, ты хочешь поменять свою жизнь? Ты хочешь, наконец, стать свободным? Перестать ходить на изнурительные тренировки своих родителей, терпеть их унижения и то, как они тебя постоянно во всем ущемляют?

– Конечно, хочу.

– Ну вот, тогда заткнись, и поехали со мной. Не переживай, я в этом районе постоянно ошиваюсь, и все про всех там знаю. Я буду рядом. Идет?

– Идет, – нехотя согласился я.

– Вот и славно, пошли, по расписанию поезд приедет через полчаса, мы должны успеть.

***

Станция оказалась намного больше, чем я мог себе представить.

Широкое белоснежное здание с украшенными торцами из циркона, как и остальные дома и небоскребы в Митре. Кругом люди двигаются в бешеном темпе, лишь бы успеть сходить на свои деловые встречи и заключить многомиллионные сделки.

Сам я не знал, куда идти, чтобы купить билет на поезд, поэтому мне пришлось довериться Лине и слепо следовать за ней. Она не мешкала, была уверена в каждом своем действии, видать, и правда она частенько ездила, и не только в тот злополучный район.

– Ты, правда, часто катаешься в Южный район?

– Да, мне на самом деле там нравится. Здесь, в богатом районе, я считаюсь самой настоящей оторвой, даже психопаткой, я бы так сказала. Не с кем пободаться, помериться силами. Но там таких, как я и того хуже, – миллионы. Если здесь мне и моей жизни ничего не угрожает, ну разве только полиция и органы правопорядка, то там я нахожусь в настоящей опасности, и мне от этого просто ужасно кайфово. Адреналин кипит, не переставая!

– Какой ужас!

– Иля, я тебя не узнаю.

– Почему?

– Я с тобой дружу только потому, что ты практически не отличаешься от меня, остальных я либо заебываю, либо мне с ними скучно.

– Не знаю, Лин, я никогда не выбирался за пределы Центрального района, особенно после родительских рассказов о том, что находится вне их стен.

В ответ на это она устало закатила глаза и, держа меня за руку, дотащила до ближайшей кассы продажи билетов.

– Здравствуйте, будьте добры, два билета до Южного района Митры, – обратилась подруга.

Кассир удивленно подняла бровь, посмотрев на нас с Линой.

– Добрый день, прошу вас, заполните эту форму и представьте ваши документы.

Кассир протянула планшет, в котором нужно было написать данные о пассажирах. Лина взяла в руки стилус и молча записывала все данные, а я тем временем стоял молча и ждал ее.

– Эй, друг, не будет сигаретки? – спросил я проходящего мимо человека в деловом костюме.