Фунтик Изюмов – О чём молчат рубины (страница 33)

— А про Святое писание споров не было?.. — упавшим голосом, в четвёртый раз уточнил судья.

— Нет!

— Больше вопросов к свидетельнице нет…

Я шла к своему месту и постепенно приходила в себя. Вот мы, бабы, ду-у-уры!.. Свяжешься с язычником, и сама не заметишь, как язычницей станешь! Хуже того, клятвопреступницей! Вот, почему я не сказала, что были споры? Почему пожалела дурака? И сама не знаю. А ведь теперь этот грех на мне до самой моей смерти будет. Уже не покаешься на исповеди, мол, под присягой солгала, еретика выгораживая. Потому что в тот же час и меня, и Андреаса схватят под белы ручки и повторный суд начнут. Только что, сидеть на месте обвиняемых вместе будем. Единственный выход — сделать так, чтобы Андреас стал примерным христианином, а лучше — чтобы он в честь матери Церкви какой-нибудь подвиг совершил! Тогда да, тогда можно и покаяться, снять грех с души. А что? Первые апостолы тоже не были христианами, пока Иисуса не встретили, пока Он не призвал их для служения Ему. Я, конечно, не Иисус (прости, прости Господи мою гордыню за столь кощунственное сравнение!), но теперь мой долг — воспитать из этого язычника настоящего христианина! Мой крест, если говорить пафосно (прости, Господи, ещё раз!). Да! Теперь я обязана сделать из этого недотёпы католика! Помоги мне, Господи, в деле сём! Дай силы, очисти помыслы, укрепи сердце и устреми дела мои для достижения цели! Ибо, цель благая и на пользу матери нашей Церкви… Да славится имя твоё, Господи во веки веков!

— Всё не так! — мрачно думал Генрих фон Плауэн, исподлобья рассматривая зал, — Всё кувырком. Суд превратился в фарс. Нет, в комедию! Но, ничего! Есть ещё в запасе у инквизиционного суда способы! Есть! Спасибо, давно уже умные люди на подобный случай придумали. А этот балаган пора кончать. Пока, чего доброго, еретика и в самом деле ангелом не выставили. Не будет этого! Не будет!

— Выслушав свидетелей, — проскрипел он и сам поразился своему голосу, — суд переходит к прению сторон. Слово предоставляется обвинителю.

— Для обвинения дело совершенно ясное! — послушно подскочил со своего места обвинитель, капеллан Мартин, — Этот еретик…

— Протестую! — не менее резво подскочил адвокат, — Еретик, это тот, кто отвергает догматы матери нашей Церкви! Судом не доказано, что подозреваемый отвергал догматы! Мало того! В первом послании апостола Павла коринфянам, 11:19, прямо сказано: «… ибо надлежит быть и еретикам между вами…»!

— Этот подозреваемый, — нехотя исправился обвинитель, — Он тайным образом проник в главный замок Ордена…

— Протестую! — опять выкрикнул адвокат, — Не он проник, а его, своего защитника и спасителя, привёз в орден добрый сын и защитник Церкви, крестоносец брат Гюнтер!

— Он сумел, используя доброту брата Гюнтера, проникнуть в главный замок Ордена, где прикинулся христианином, так, что был никем не узнанный…

— Протестую! — Он никем не прикидывался! Он лежал без памяти уже несколько дней! То, что его признали христианином, я не могу расценивать иначе, чем провидение Божье!

— Какое ещё «Провидение Божье»?! — окрысился обвинитель, — откуда тебе это знать?

— А откуда тебе знать, что нет?! — тут же парировал адвокат.

— Тихо! — пристукнул молоточком фон Плауэн. Ну вот, балаган и есть балаган! — Тихо! Я дал слово обвинителю для обвинения, а не для того, чтобы вы между собой спорили. Обвинитель, продолжайте.

— Так вот, пробравшись в замок Ордена…

— Протестую!..

Я понял! Адвокат постоянно перебивал обвинителя, чтобы полностью смазать всё его выступление. Чтобы каждое его слово вызывало сомнения. Ну, как же! Если после каждого слова слышится «Протестую!». Да и сам обвинитель, вынужденный после каждого слова останавливаться и поправляться, заметно скис, стал повторять сам себя, теряя нить выступления и закончил весьма бледно. Неубедительно, честное слово. Значит, сейчас дадут слово адвокату, а потом мне? Правильно я понимаю? И я принялся ещё раз повторять про себя свою знаменательную речь.

— Слово предоставляется защитнику, — кисло сообщил судья.

На этот раз мой защитник встал спокойно, неторопливо, демонстрируя непоколебимую уверенность.

— Братья и сёстры во Христе! — проникновенно начал он, — Напомните мне, кого первым призвал Христос для служения апостольского, согласно Евангелия от Иоанна? Кто в связи с этим получил прозвище «Первозванный»? На апостол ли Андрей? Ныне мне приходится защищать тоже Андрея… Совпадение? Не думаю!

— Протестую! — подскочил уже обвинитель. Похоже, он решил перенять тактику адвоката и помешать ему сказать речь.

— Против Евангелия? — деланно ужаснулся адвокат.

— Против сравнения апостола с еретиком!!!

— А разве я сравнивал? — пожал плечами мой защитник, отец Дионисий, — Я просто указал, что у обоих были одинаковые имена. Разве не так? Разумеется так! Тогда против чего уважаемый обвинитель протестует?

Обвинитель мрачно запыхтел и плюхнулся на своё место. Адвокат подчёркнуто выдержал несколько секунд паузы.

— Итак, я продолжу. Наверняка все знают печальную историю этого юноши, по имени Андрей, которую он поведал брату Гюнтеру и сестре Катерине. Думаю, все отметили стремление молодого человека к чистой и непорочной жизни (ведь он отказался совершить грех с самой принцессой египетской!), а также его нестяжательство (ведь к концу жизни он остался буквально без гроша, но это обстоятельство он не считал трагедией!). Да, умер он не будучи христианином. Но как бы он им стал, если Спаситель ещё не родился?! А лично я уверен, что живи обвиняемый в другую эпоху, он непременно стал бы христианином! Ибо сердце у него чистое и душа тянется к истинной вере. Да что я говорю? Вы и сами слышали слова свидетельницы, сестры Катерины, что несчастный Андреас тянется к христианскому учению, как цветок подсолнуха тянется к солнцу! Но ему не повезло. Он умер и умер — увы! — некрещённым. А значит, после смерти попал в ад. Что из этого следует, братья и сёстры? Ничего! Ровным счётом ничего! Ибо, рядом с ним были великие пророки и праведники! Да что там! Рядом с ним были и Адам с Евой, и Ной с сыновьями, и праведник Лот, и сам царь Соломон и ещё тьмы и тьмы людей достойных, но родившихся до того, как Христос принёс людям спасение. И все мы знаем, что на второй день пребывания Христа во гробе, он спустился во ад, дабы вывести оттуда праведников. А ещё мы знаем, что праведники и пророки томились не в самом аду, а в этом… этом…

— В лимбе[4], — насмешливо подсказал обвинитель.

— Спасибо! — расцвёл улыбкой адвокат, — Вы совершенно точно указали место, где томился обвиняемый!

Надо было видеть, как вытянулось лицо обвинителя! Теперь получилось, что он сам подтвердил слова адвоката про моё пребывание в лимбе, среди праведников!

— Теперь давайте вспомним, братья и сёстры, — продолжал отец Дионисий, — что спускаясь во ад, Иисус разбил медные врата адовы, сокрушил их. А, как доказывает Иоанн Златоуст, когда Христос сокрушил врата адовы, то и стража адова сделалась немощна. Не стало там ни двери, ни засова. Когда Христос сокрушил, кто исправить может? А что это значит? Это значит, что для того, чтобы призвать любую другую душу из лимба, помимо уже выведенных, Христу спускаться во ад уже не нужно! Достаточно послать любого ангела и тот выведет указанную душу. Ибо нет там больше ни ворот ни запоров!

Понимаете ли вы меня, братья и сёстры?! Когда понадобилось Спасителю отправить на грешную землю добродетельную душу, Христос просто призвал душу Андрея из заточения, вложил её в тело и отправил на место жестокой сечи…

— Не доказано! — подпрыгнул брат Мартин.

— Но и не опровергнуто, — тонко улыбнулся отец Дионисий, — Достаточно того, что мы доказали саму возможность такого деяния. Доказали! Я подчёркиваю это слово!

— Зачем бы это Господу? — попробовал возразить обвинитель, — Зачем спасать еретика?

— Хотя бы потому, что Христос есть человеколюбец, — немедленно парировал адвокат, — Или вы и по этому пункту заявите протест?! А? Нет протеста? Тогда продолжу.

Что же произошло дальше? А дальше Андрей из Афин спасает жизнь крестоносного воина! Не литвина-язычника, не поляка, посягнувшего на Орден Божий, а крестоносца! И это факт, братья и сёстры, факт, против которого не может возразить обвинитель.

Почему Господь не дал победы всему воинству Христову, а спас одного брата Гюнтера? Ох, братья и сёстры! Кто мы такие, чтобы судить дела Господни? Даже предположить не берусь, за что наказал всемогущий Господь детей своих. Но уверен, абсолютно уверен, что была у Господа цель, и эта цель благая. Очистить нас от скверны, например. Да вот, хотя бы для того, чтобы провели мы сей процесс и внемлили провидению Божию, чтобы ещё крепче уверовали.

Но я отвлёкся. Что-то мы не понимаем и не можем понимать в делах Господних, а что-то для нас совершенно ясно. Мне, например, совершенно ясно, почему брат Гюнтер называл Андреаса из Афин ангелом. Почему он принял его за ангела. Потому что он ангел! Не в том смысле, про который вы подумали, братья и сёстры! Но вспомните, что слово «ангел» означает «вестник, посланник». И вам тоже станет всё понятно. Совпадение? Хм!..

А ещё мне ясно, что не мог Христос оставить Андреаса язычником. И что же? Как только он очнулся от беспамятства, рядом оказалась сестра Катерина! Девушка, без сомнения, наделённая не только христианским милосердием, но и весьма начитанная, сведущая в религии и сама решившая посвятить свою жизнь служению Богу. Опять совпадение? Не слишком ли много совпадений?!